Соскучился

В темном подвале, едва освещаемым слабыми лампочками, находился Дазай Осаму, который добровольно дал себя похитить, желая исполнить свою цель, а может даже не одну. В своей голове уже пару раз просмотрел результат своей цели, и он ему очень нравился. Осаму был на сто процентов уверен, что детективное агентство даже не занимается его поисками, потому Дазай решил немного развлечься. После прихода Акутагавы прошло около получаса, и он уже хотел идти и исполнять цель прибытия во вражеский штаб. — Самое время, — он мельком глянул на цепи, которые совсем не сдерживали бывшего мафиози, но только со стороны лестницы послышался стук, а после в проеме появилась мужская фигура, а громкий голос эхом разнесся по помещению. — Снова что-то задумал? — Этот голос, — с ужасом в голосе проговорил Дазай, что даже на лбу выступил холодный пот, останавливая свой взгляд на мужчине в паре метров от него. — Чудесно. Прекрасная картина, я бы сказал шедевр на миллион долларов! А~а, Дазай? — Только не это. Вот ведь мерзость, — показывая явное недовольство, проговорил шатен. — Мне нравится твоя реакция, так и хочется тебя придушить, — рыжий мафиози подошел почти вплотную к Дазаю немного нагибаясь, чтобы посмотреть тому в глаза, — ладно, теперь ты всего лишь жалкий пленник. Время рыдать, Дазай, — в ответ последовала тишина, — нет? Мне это даже нравится, — Чуя резко схватил детектива за волосы, поднимая его голову, — ты можешь обмануть Акутагаву, но не меня… Как-никак раньше я был твоим напарником. Каков твой план? — О чем ты говоришь? — Дазай сделал совсем невинное лицо, будто ничего не замышляет, — я просто жду своей казни. — Я не поверю, что Дазай попался в руки мафии по глупой случайности, — он отпустил голову бывшего напарника и развернулся к нему спиной, — будь ты настолько глуп, я бы давно убил тебя. — Ты преувеличиваешь, — хоть Чуя и не видел лицо наглого суицидника, он мог со стопроцентной уверенностью поставить бутылочку любимого вина, на то, что он лыбится. И Чуя не прогадал. Рыжий эспер давно знал Дазая, и он знал, что тот просто обожает любую похвалу в его сторону, пусть она и была скрытой, — скажи, зачем ты здесь? — Чтобы тебя извести. Ты так часто издевался надо мной, что я сбился со счету. Но… — Чуя резким движением ноги пробил стену и разорвал кандалы, крепившиеся к этой стене, после чего Дазай выровнялся и теперь разница в росте стала заметной, — как правило за все приходиться платить сполна. Какие бы грандиозные планы ты не строил… Сразись со мной Дазай, и я растопчу тебя вместе с ними, — рыжий ухмыльнулся, игриво смотря за пленником. — Чуя, — с легкой хрипотцой в голосе, как раз такой какую любил Чуя и был готов слушать вечно, произнес Осаму, и одним щелчком пальцев заставил оставшиеся цепи раскрыться и упасть на пол со звонким звуком, а после «магическим» образом у него в руках появилась шпилька. — Так ты мог сбежать в любое время… — Ты растопчешь мои планы, да? Попробуй, если кишка не тонка. — Мне нравится твой настрой, — мафиози скинул с себя плащ за секунду и в этот же момент сорвался с места надвигаясь прямиком на Дазая. Чуя сделал пару махов кулаком, но Дазай успешно их избегал. Только вскоре это надоело шатену и тот схватил правую руку рыжего и слегка ударил того в живот, не хотя причинять боль рыжему, только Чую это совсем не волновало, да и он скорей всего не заметил, что его соперник сдерживался, и он оттолкнул Осаму ногой, да так, что тот отлетел прямо в стену, после чего тот свалился на пол. — И это ты называешь ударом, хах, даже на щекотку не похоже. Для Портовой Мафии твои умения драться ниже среднего, конечно твоя способность причиняет хлопоты, но я и голыми руками с тобой справлюсь. Вставай! Веселье только начинается. — Не даром тебя зовут лучшем бойцом портовой мафии, — Дазай встал на колени, разминая руки, — я уж думал моей руке конец. «В последнюю секунду блокировал мой удар. Предвидит мои действия?» — мгновенно пронеслось в голове Чуи. — Мы не первый день знакомы, я отлично изучил твои движения, скорость и навыки, тем не менее оказался для тебя не лучшим напарником, но… — договорить Осаму не успел, как Чуя быстро ринулся вновь в бой, что шатен не успел увернуться и получил удар в челюсть. — Раз так хорошо меня знаешь, значит и это предвидел, — еще один удар пришелся в живот из-за чего из рта потекла маленькая струйка крови, после Чуя жестоко схватил его за горло впечатывая того в стену по своему росту, — неужели ты подумал, что победишь, угадывая лишь мои действия? А теперь говори, пока жив, зачем ты дал себя поймать, — сейчас Дазай услышал нотки волнения в его фразе, после чего улыбнулся, — молчишь? Ладно, пытать тебя будет очень весело. — Главная причина… Ацуши… — Ацуши? — а вот теперь в голосе Чуи были нотки разочарования. — Что, ожидал услышать от меня что-то другое, — шею Осаму сдавили сильнее, намекая на то, что ему следует помолчать, — мы же оба знаем, что ты не убьешь меня, Чу. Ты меня любишь! — Заткнись! — Чу~уечка, не говори, что ты обиделся… — Дазай скорчил милую рожицу и улыбнулся во все тридцать два зуба, — ну прости меня, что ушел и не поцеловал на прощание, я спешил. Ты же знаешь, как Куникида ненавидит опоздания, — Дазай одной рукой снял эту «дурацкую» шляпу с головы возлюбленного, а другой рукой потрепал того по голове, нежно, как нравится рыжему, хоть тот это никогда не признавал. — Замолчи! — Чуя опустил руку с горла Дазая, а после убрал обе в штаны, продолжая злобно смотреть на шатена, — знаешь, что я чувствовал, когда Акутагава вышел из пыточной, светясь и рассказывая, как ударил самого Дазая Осаму?! — Так мой рыжик переживал за меня, как мило… — Нет, Осаму, это не мило, ты подставил себя под удар ради какого-то тигра?! — Оу, ревнуешь, — Дазай развернул Чую к себе спиной сложил руки на талию, а голову положил на плече, слегка целуя шею, от чего у рыжего пошли мурашки и тот буквально растаял на глазах, и если не руки любовника, то он бы упал. Шея - эрогенная зона Чуи, и Дазай это знал, — не переживай, ради тебя я бы сделал и не такое. — Да не ревную я, просто не вижу смысла было скрывать наши отношения на протяжении всего этого времени, раз ты так рискуешь и появляешься в логове врага ради встречи. — Ну, Чууя, я скучал. — Дазай, мы виделись утром! — Ты же знаешь, я готов любоваться тобой круглые сутки, не могу жить без тебя. — Ох, ладно, — он развернулся и взял лицо Осаму в свои ладони, — как ты себя чувствуешь? — Ой, волнуешься? — Хватит выделываться, скумбрия, просто ответь на вопрос! — Все хорошо, только твой последний удар оказался слишком сильным. — Жив, значит удар был слабый, я вообще тебя пожалел! — Как грубо и холодно… — Давай, ищи информацию, которая тебе нужна, и сваливай отсюда, пока тебя еще кто-нибудь не избил, — Чуя поднял пальто, отряхивая его от пыли, а после собирался уйти, но… — Чуууя, ты кое-что забыл! Ты коее-чтоо забыл… — Арх, — рыжему пришлось вернуться к детективу, а после быстро притянуть того за плащ, страстно целуя в губы, только Дазаю этого было мало. Он притянул Чую еще ближе, забираясь руками под пиджак и рубашку, нежно поглаживая поясницу, обводя каждую косточку на теле этого милого эспера, и он дождался долгожданного стона в губы, после чего отстранился, а за ним потянулась тоненькая ниточка слюны. Руки детектива быстро перешли на волосы и шею мафиози, и Чуя не возражал этой минуте ласки и нежности. В последнее время им редко приходится видеться, а проводить такие моменты стало вообще невозможным. Потому рыжий позволил себе эту слабость, пока руки партнера нежно перебирали непослушные волосы, а другая поглаживала очень чувствительную кожу на шее, где под толстым слоем тонального крема находился яркий засос, поставленный ночью, когда тот только заснул. Накахара упал в объятья шатена, ведь и правда соскучился по его теплу и запаху. Вчера он пришел, когда тот уже спал, а сегодня проснулся, когда того уже не было, но перед этим рыжий видел очертания силуэта и даже открыл глаза, чтобы увидеть любимого, но после вновь заснул. Он соскучился по его шуткам, да просто он соскучился по Дазаю, мать его, Осаму, по его любимому человеку, — пожалуйста, приди сегодня к ужину. — Конечно, Чуя…