Petals Fall

Кинг не мог сказать, когда он начал испытывать чувства к своему младшему. Не было особого момента, когда он это понял. Это просто случилось. Они проводили все больше времени вместе. Это была вина самого Кинга. Он хотел узнать Рама, чтобы стать его другом. А теперь посмотрите, где он сейчас — тайно тоскует по своему нонгу. Какая жалость. Он заметил, что рассматривает Рама, когда выпадает такая возможность. Его глаза запоминали форму его лица: его нос, глаза, то, как они морщились, когда он улыбался (что было редкостью). Кинг в глубине души не знал, что ему делать. Может, он тоже нравится Раму? Может быть, они могли бы быть вместе больше, чем просто пи и нонг. Может быть… — Кинг! — Ти щелкнул пальцами перед лицом собеседника. — Что? Что случилось? — Кинг оторвал взгляд от бумаги, на которую смотрел, мечтая. — Мы зовем тебя уже 5 минут, — фыркнул Босс. Книги разбросаны по столу. — Мы ничего не понимаем! — И кто виноват в том, что не внимателен на занятиях? — Кинг зарычал в ответ, кладя голову на стол. Он не высыпался с тех пор, как Рам переехал из его комнаты обратно к себе домой. Его сны были наполнены младшим, заставляя Кинга просыпаться посреди ночи, желая, чтобы это было на самом деле. — Чувак, расслабься. — Бон похлопал Кинга по плечу. — Обычно ты себя так не ведешь, когда мы просим о помощи. — Знаю, знаю. Мне жаль. Я просто устал. — Кинг провел руками по лицу. — Все в порядке? — Бон беспокойно посмотрел на Кинга. Иногда он мог показаться засранцем, но он по-прежнему оставался лучшим другом Кинга. — Я в порядке. Давайте продолжим. — Кинг даже не взглянул на Бона, давая Боссу понять, что что-то не так. Кинг не в порядке. Он вообще не в порядке. Он не ожидал увидеть Рама, сидящего с девушкой, когда он пошел за кофе, не говоря уже о девушке, которая выглядела иностранкой, похожей на Рама, каким не был Кинг. Они сели рядом, глядя на один лист бумаги. Кинг почувствовал, как его живот сжался. Они просто друзья. Это все. Кинг не пропустил легкие прикосновения к руке Рама или то, как она смеялась над его реакцией. Вот тогда он это почувствовал. Щекотание в горле. Он быстро продолжил идти, убедившись, что младший не видит его, пока он идет как можно дальше, прежде чем откашляться. Его легкие внезапно загорелись. Кинг захлебнулся, когда почувствовал, что что-то приближается, и когда он посмотрел на руки, то увидел пурпурный лепесток, похожий на те цветы из его тайного места. — Нет. Нет нет. Только не это, — прошептал Кинг про себя. Слезы наполнили его глаза. — Пи’Кинг? — тихий голос Рама прервал его, и Кинг почувствовал как тяжелая рука легла на его плечо. Кинг быстро вытер слезы и усмехнулся. — Крутыш! Забавно наткнуться на тебя здесь. Я как раз пил кофе. Лицо Рама выражало беспокойство, когда он посмотрел на красные глаза Кинга и его сжатый кулак, в котором он прятал лепесток. — Я в порядке. Просто не в то горло попало, вот и все. — Кинг заметил, как брови Рама нахмурились. Брови младшего недоверчиво дернулись. Неужели Кинг ожидал, что он поверит в это? — Кто-то тебя обидел? — Рам заговорил тихо, его рука сжала плечо старшего. Кинг почувствовал, как его сердце забилось быстрее из-за беспокойства Рама. — Я в порядке, Крутыш. Честно. Никто не причинил мне вреда. Рука младшего мягко упала с плеча Кинга. — Рам! Кинг услышал сзади женский голос, ожидая увидеть ту девушку. — Ты оставил свой кошелек на столе, — сказала она, подходя к ним. Рам взял его и слегка поклонился, чтобы выразить свою благодарность. — О, привет! Я Делия. — девушка улыбнулась, когда подошла к Раму поближе. Кинг посмотрел на нее, и он никогда не видел ее раньше; она, должно быть, была студенткой по обмену; она вообще не выглядела тайкой. — Привет, — промурлыкал Кинг, ревность текла по его венам. Рам заговорил за него. — Делия, это наш старший Пи’Кинг. Он один из лучших учеников школы. Кинг почувствовал, как его лицо вспыхнуло от похвалы Рама, и он молча поблагодарил его. — О, так ты Пи’Кинг! Я так много слышала о тебе! -. Делия улыбнулась. — Приятно познакомиться. Боже, он хотел ее ненавидеть, но она казалась такой милой. Она идеально подходила Раму. — Мне нужно идти, — выпалил Кинг, чувствуя, как у него снова перехватило горло. Лицо Рама изменилось в замешательстве. Он протянул руку, чтобы схватить Кинга за запястье, его глаза умоляли его остаться. — Прости, Крутыш, но я оставил ребят заниматься работой, и я не собираюсь бросать их Приятно познакомиться с тобой, Делия. — Кинг вырвал запястье из хватки Рама и продолжил идти, допивая кофе, чтобы проглотить еще один лепесток, который подступал к горлу, оставив после себя сбитого с толку младшего и его новую подругу.

***

Кинг старался избегать Рам насколько это возможно, полагая, что это замедлит распространение лепестков. Он знал, что они находятся в его легких — это был лишь вопрос времени, когда целое дерево вырастет в его дыхательной системе. Какая ирония. Кинг всю жизнь ухаживал за растениями и цветами, а теперь они же его убивают. Медленно, но он не бредит. Он умирает, потому что любит того, с кем не может быть. Сначала все шло отлично. Он приходил раньше, чем кто-либо из студентов успевал его увидеть, и покидал кампус раньше, чем заканчивали остальные. Это был надежный план. Пока не появился Дыан в поисках Бона во время обеда в сопровождении Рама. — Я только что вспомнил, что у меня завтра проект. Я должен идти, — пробормотал Кинг, пытаясь собрать свои вещи. — Хорошая попытка, Кинг. У нас одинаковые занятия. — Бон закатил глаза. Хватит нас бросать. — Хорошо, — вздохнул Кинг, доставая свой ланч-бокс. Он почувствовал, как кто-то сел рядом с ним. Рам бросил на Кинга обеспокоенный взгляд, в котором читалось: «Ты действительно в порядке?» — Я в порядке, Крутыш. Просто плохо спал. — Кинг ободряюще улыбнулся Раму. В конце концов, Рам не виноват, что он умирает. Он сам виноват. Рам положил руку на руку Кинга. — Ты закончил с занятиями? Кинг кивнул, едва успев ответить, как Рам поднял его, схватил вещи Кинга и утащил его прочь. Молча. Бон попытался возразить, но Дыан остановил его. — Крутыш! Куда мы идем? — Кинг скулил, когда младший тащил его, как собаку на поводке. Рам привел старшего к своему велосипеду, отпустив его руку. Он похлопал Кинга по спине и жестом велел ему садиться. — Крутой мальчик, ты не можешь просто взять и заставить меня сесть… — начал Кинг, но увидел выражение глаз Рама. — Хорошо. Но если я умру, Бон убьет тебя. — Кинг сел на багажник, а Рам на сиденье и направился к кондо Кинга. Кинг довольно быстро узнал маршрут, ведь он ездил по нему еще с первого курса. — Почему мы едем ко мне? У тебя больше нет занятий? Рам в ответ хмыкнул, положив руки Кинга на свою талию. — Держись. Кинг почувствовал, как его лицо покраснело, живот начал сжиматься, а сердце забилось быстрее. Воспользовавшись случаем, он прислонился головой к спине Рама, и с его плеч упал груз. Он расслабился впервые за несколько недель. Кинг даже не понял, что задремал, пока движение велосипеда не прекратилось и он не почувствовал, что его несет младший. — Крутыш! Я и сам могу ходить! — крикнул Кинг, обнимая Рама за шею на случай, если он упадет. Рам закатил глаза и вошел в здание. Он поднялся на лифте к дому Кинга, не опуская его, пока они не подошли к его двери. — Ты собираешься сказать мне, зачем ты привел меня домой? — Кинг ключом открыл дверь и скинул ботинки. — Поспать. — Рам указал на спальню Кинга. — Ты привел меня домой… чтобы я поспал? — Кинг слегка рассмеялся. Рам кивнул и закрыл дверь, снял свою обувь, а затем схватил Кинга за руку и повел в спальню. — Спи, — повторил Рам, уложив Кинга на кровать, прежде чем лечь на другую сторону. Кинг почувствовал, как сердце колотится у него в груди, когда он лежал на подушке и смотрел на парня. — Рам… — Кинг тихо сказал, используя его настоящее имя вместо псевдонима. — Тебе действительно не стоило… Рам промычал и закрыл глаза, чувствуя себя более комфортно в постели Кинга, чем в своей собственной (но никогда не говорил Кингу об этом). Кинг наблюдал, как Рам медленно засыпал, его брови расслабились, а дыхание стало ровным. Он не позволил себе дотронуться до лица Рама, и слезы навернулись на его глаза. — Почему ты не можешь меня любить? — прошептал Кинг, прежде чем тоже провалиться в глубокий сон без сновидений. Это было лучшее, что он испытывал за последние несколько недель. Когда он проснулся, кровать рядом с ним была пуста, а на улице темнело. Он увидел записку на тумбочке и понял, что Рам ушел. Кинг потер глаза, читая записку. Оказывается, его новой подруге нужно было, чтобы он немного переводил тайский для нее. Кажется, она действительно не знала языка. Как только он прочитал это, он закашлялся. Бросив записку, он побежал в ванную, упав на колени перед унитазом. Кинг хрипло вздохнул пару раз, прежде чем из него вышли пурпурные лепестки. На этот раз они были пучками, а это значит, что он медленно продвигался ко второй стадии болезни. — Пожалуйста… Я не хочу любить его. Это не моя вина! — закричал Кинг в пустой ванной, притянув колени к груди, слезы опять лились по его щекам. — Это не моя вина…

***

— Кинг, тебе следовало прийти раньше. У тебя уже почти вторая стадия. Тара показал ему рентгеновские снимки его легких. — Лепестков много. — Пи’Тара, я знаю. Я пытался прекратить это. — Кинг смотрел на свои джинсы. — Не получилось. — Конечно не получится, если ты не признаешься или не сделаешь операцию — вздохнул Тара. — Ты знаешь, что будет дальше, Кинг. Ветви. Они разрастутся по твоим легким. — Я знаю! — рявкнул Кинг. — Мне не нужна операция. Я не хочу терять воспоминания о нем! — Кинг обнял себя. — Я лучше умру, чем все забуду. — Кинг, тебе едва исполнилось 20. Ты не хочешь умирать. — Тара подошел к нему. — Если ты не хочешь операции, то лучше признаться. В худшем случае … — В худшем случае он отвергнет меня, и я все равно умру, — пробормотал Кинг, вытирая глаза. — Сколько? — Месяц, может, два, если ты сможешь замедлить это. — Тара вздохнул. — Ты умный парень, нонг. Подумай об этом. Кинг в последний раз посмотрел на свои рентгеновские снимки, прежде чем встать. — Хорошо. Только не говори Дыану, хорошо? Иначе он расскажет Раму и Бону, и все выйдет из-под контроля. — Я не скажу Дыану. Но если ты серьезно хочешь отказаться от операции, возможно, тебе стоит кое-что подготовить. Тара строго посмотрел на него. — Конечно. — пробормотал Кинг, прежде чем покинуть клинику и выйти на улицу, чтобы подышать воздухом. Он надеялся, что все это иллюзия — никаких лепестков, и он просто сходил с ума от недостатка сна. Но это было не так. Его легкие были полны лепестков, и с каждым днем их становилось все больше. Как он мог сказать об этом маме? Сестрам? Это было бы отличным началом разговора за обеденным столом: Хэй, я умираю и отказываюсь помочь себе, потому что не хочу терять воспоминания о Раме! Кстати, эта говядина восхитительна, мам! Кинг провел руками по лицу, направляясь к автобусной остановке. Вернувшись домой, он достал листок бумаги и начал писать письма своим близким. Он запечатал их и оставил Рама напоследок. Рам, я знаю, что ты винишь себя, но я не хочу, чтобы ты чувствовал это. Ты не знал, а я был слишком трусил, чтобы сказать тебе. Не ищи человека, из-за которого все началось, ты его не найдешь. Ты был мне хорошим другом. Спасибо, что заботился обо мне. Спасибо за самое счастливое время в моей жизни. Кинг почувствовал, как слеза слетела с его глаз и упала на бумагу, когда он шмыгнул носом. — Прости, Рам, — он запечатал конверт и спрятал письма в одну из своих книг по растениям. В те выходные Кинг уехал домой, проведя их со своей семьей. Он играл в игры со своими племянниками, помогал маме на кухне и даже позволял Камфе расспрашивать его о Раме. Она не знала. Пока он был дома, он уходил в свое секретное место посреди ночи. Он прикасался к растению, которое он так долго пытался вырастить, чтобы появились цветы, и только чтобы сорвать один из них и подарить Раму. Теперь его легкие были полны ими — он пожинал то, что посеял. Кинг начал рыдать, держась за растение и прерывисто дыша. — Мне так жаль. Я не хотел влюбляться в тебя. Я не могу потерять все, что у нас было. Кинг заснул на улице, свернувшись клубком. Приехав в город, он вернулся в универ. Как только он вошел в столовую, он пожалел об этом. Делия обнимала Рама за талию и смеялась над чем-то, что сказала Тин-Тин. Развернувшись, он наткнулся на нескольких студентов с младших курсов, и, быстро бормоча извинения, добежал до ближайшего туалета, чтобы выкашлять лепестки в унитаз. Казалось, это никогда не закончится, но в конце концов он успокоился и покраснел, прислонившись к двери кабинки. — Надеюсь, они счастливы вместе. Это все, что я хочу, — пробормотал Кинг про себя, прежде чем выйти из кабинки и вымыть руки. Он избегал возвращаться в столовую со всеми. У него больше не было аппетита. Вместо этого он подошел к своему обычному месту у статуи шестеренки, прислонившись головой к дереву. — Ты знаешь, что Рам тебя ищет? — Дыан подошел, сев рядом с Кингом на скамейку. Кинг немного вздрогнул и посмотрел на Дыана. — Ладно. — Он пытался найти тебя в эти выходные, но никто не знал, где ты находишься кроме Бона. — Дыан попробовал еще раз. — Я ездил домой. Я скучал по своей семье, — тихо проговорил Кинг. — Мне жаль, что я не сказал ему. Я подумал, что он все равно будет занят. — Кинг быстро приподнял бровь. — Почему ты здесь? — Я терпеть не могу новенькую. К тому же она и Рам всегда говорят о том, как росли в западных странах, и мы этого не понимаем. — Дыан пожал плечами. Вот оно. Опять вернулось чувство, будто его его живот скручивает. — Я уверен, что она действительно милая. Может, она сможет помочь Раму раскрепоститься.  — Я думал, ты это делаешь. — Дыан посмотрел на Кинга. — У нас просто есть общие друзья. И все. — Кинг схватил сумку. — Я устал. Я пошел домой.  — У тебя больше нет занятий? — спросил его младший, нахмурив брови. — Я же божественный Кинг. Одно пропущенное занятие меня не убьет. — Кинг встал и встретился взглядом с Рамом, карие глаза младшего смотрели на него. — Пока, Дыан. Он сбежал прежде, чем Рам успел подойти, его дыхание стало неровным. Он почувствовал, что лепестков становится все больше, и едва успел нырнуть в переулок, как его стошнило. Это было нехорошо. Это происходило все чаще и чаще. Прошла всего неделя с тех пор, как он ходил к Тару. Он дал ему месяц! Он не может умереть прямо сейчас. И все же ему казалось, что его легкие пылают огнем. Кинг упал в переулке, его ноги подкашивались. Он чувствовал себя таким усталым и слабым. Ему нужно вернуться к себе. Он не мог рисковать тем, что Рам его найдет. На трясущихся ногах он добрался до остановки и сразу же сел на автобус. — Я схожу с ума, — пробормотал Кинг, прислонившись к окну. Уведомление в телефоне вытряхнуло Кинга из его мыслей, заставив открыть глаза и посмотреть, что там. Это было сообщение от Рама. Вселенная, очевидно, в последнее время еще мало смеялась над ним. Я тебя расстроил? Сообщение Рама было прочитано, и Кинг почувствовал себя ужасно. Конечно нет, Крутыш. Я просто плохо себя чувствую. Прости, что ничего не сказал. — ответил Кинг, надеясь, что этого будет достаточно для младшего. Но не прошло и 10 минут после того, как он пришел в свою квартиру, а Рам уже был там с сумкой в руке. — Суп. Кинг почувствовал, как у него слегка сдавило грудь, и он с трудом сдержался, чтобы не закашляться. — Спасибо. Рам уже собирался войти в квартиру, но вдруг зазвонил его телефон. Он отдал Кингу пакет и вытащил его из кармана. Он позволил себе слегка улыбнуться, прежде чем ответить по-английски, что Кинг не часто слышал от него. Должно быть, это была Делия. Кинг почувствовал, что лепестки пытаются вырваться из него, и ему пришлось ухватиться за дверь, чтобы ноги не подкосились. Рам повесил трубку и виновато посмотрел на старшего, указывая на свой телефон. Кинг кивнул и, попрощавшись, закрыл дверь, едва успев поставить еду на стол, прежде чем броситься в ванную и вырвать пучки лепестков, слезы текли по его лицу. На этот раз разница была в том, что Кинг заметил красные пятна на некоторых лепестках. Кровь. У него оставалось еще 3 недели. Почему это происходит так быстро? Кинг спустил воду в туалете и пополз к своей кровати, свернувшись калачиком под одеялом. Судя по словам, они строили учебные планы. Она заставила Рама улыбнуться, совсем как раньше он заставлял его улыбаться. Кинг закрыл глаза и вытер слезы с щек. Любовь —это глупо.

***

Кинг скрывался в своей квартире до пятницы, пока Бон не заставил его пойти в бар вместе со всеми. Включая Рама. Он хотел отказаться, но Бон настоял. — Ну же, Кинг! Я соскучился по своему лучшему другу! — Бон надулся по видеозвонку, заставляя Кинга чувствовать себя плохо. В конце концов, это может быть последний раз, когда он выходит куда-то. — Ладно. Только потому, что ты так мило попросил. — Кинг улыбнулся Бону, но за улыбкой скрывалась боль. Вот как он попал сюда, сидя за столом в окружении своих друзей и младших. Однако кого-то не хватало. — Рам опоздает. Сказал, что должен кое-что сделать, прежде чем прийти, — сказал Дыан, как только они сели. Кинг старался быть активным в разговоре, но было трудно говорить, когда он чувствовал, как лепестки давят на его легкие. Он даже едва притронулся к своему напитку. Он не должен был приходить. Он хотел провести свои последние дни в окружении своих растений, как бы иронично это не было. Старший оторвался от своих мыслей, когда услышал, как остальные за столом приветствуют Рама и Делию, которая держала его за руку. — Меня пригласил Рам. Надеюсь, вы не против? — она усмехнулась, говоря на ломаном тайском. Большинство за столом согласились, кроме него и Дуэн. Но теперь Кинг был в тупике. Он не мог уйти, тогда Рам точно понял бы, что Кинг избегает его. Он даже суп тогда не съел. Он выбросил его. — Итак, Рам. Ты и Делия? — Тин-Тин ухмыльнулась, уже немного выпив. Лицо Рама покраснело, он откашлялся и схватил со стола рюмку. Делия тоже улыбалась, прижимаясь к его Крутышу. Нет, Крутыш не его. И никогда не будет. Из-за этой мысли лепестки снова полезли наружу, и он почувствовал, как один из них застрял у него в горле. Он попытался проглотить его, когда все начали болтать, но это не помогало. В конце концов ему пришлось быстро встать, так что стул заскрипел по полу, и все посмотрели на него. — Я в уборную. — пробормотал он, быстро убегая. Позади него Рам попытался встать, чтобы пойти с ним, но Бон был быстрее, он последовал за своим другом, который вел себя странно уже несколько недель. Кинг только вошел в кабинку, не успев даже закрыть ее, как уже стоял на коленях, вырывая лепестки, чувствуя, что едва может дышать. Он даже не услышал, как за его спиной открылась дверь уборной. В ушах звенело, он кашлял кровью. — Кинг? — Бон испуганно произнес его имя, входя в кабинку и видя, что лепестки смешались с кровью его лучшего друга. Его лицо побледнело, но он отодвинул волосы Кинга назад. Волны лепестков наконец стихли, и он прислонился спиной к Бону, тихо всхлипывая в объятиях друга с красными пятнами на зубах. — Кинг, почему ты мне ничего не сказал? — Бон заговорил спокойно: — Не хотел, чтобы вы волновались, ребята, — пробормотал Кинг, шмыгая носом. — Как будто мы не будем?! Кинг, тебя рвет кровью. Как долго это продолжается? — рявкнул Бон. Кинг опустил глаза и вздохнул. — Давненько. Я уже почти на третьей стадии. Бон заставил Кинга посмотреть на него, и он был зол. Он никогда не видел его таким злым. — Третья стадия? Ты, блять, издеваешься? И ты никому не сказал? — Я ходил к Тару… — начал Кинг, но тут его снова накрыла волна тошноты, и он снова склонился над унитазом. Бон почувствовал, как у него сжалось сердце, и, пыхтя, во второй раз откинул назад волосы Кинга. Его телефон завибрировал сообщением от Дыана, в котором говорилось, что Рам нервничает и собирается их найти. Не пускай его. Никому нельзя нас искать. Я объясню позже, — напечатал Бон одной рукой, прежде чем спрятать телефон в карман брюк. — Кинг, ты должен дышать, — сказал Бон между вздохами Кинга. — Не могу. Больно. — Кинг вцепился в рубашку Бона. Другой старший не знал, что делать. Он не мог вызвать скорую, иначе все узнали бы. Наконец, Кинг смог набрать воздуха в легкие и сел, его тело дрожало. Когда он успокоился, Бон сел рядом. — Так кто же это? За кого стоит умереть? — Бон посмотрел на Кинга, прислонившегося головой к кабинке. Кинг рассмеялся, но за этим смехом не было никаких эмоций. — А ты как думаешь? Я тоже влюбился в младшего. Просто он тише твоего. Гнев Бона вернулся. — Рам?! Серьезно?! Я убью его! Он вообще в курсе, что убивает тебя?! Он притащил сюда эту иностранку и маячит с ней прямо перед тобой! Бон хотел было встать, но Кинг остановил его со слезами на глазах. — Бон, пожалуйста. Никто больше не знает, и я не хочу, чтобы они знали. Это не его вина. Пожалуйста. За все годы, что Бон знал Кинга, он ни разу не видел его плачущим или слабым. Он всегда улыбался и смеялся. Он не узнавал Кинга, стоящего перед ним сейчас: этого хрупкого, испуганного мальчика, умоляющего его не трогать того, кого он любил, хотя тот, кого он любил, убивал его. — Ладно. Ладно, я никуда не пойду. — Бон позволил Кингу положить голову ему на плечо. Он не позволит своему лучшему другу умереть. — Когда операция? — Я не пойду на это. Не сердись. — Кинг прервал своего друга, когда тот уже собирался открыть рот в знак протеста. — Я не хочу терять память о нем. Я смирился с этим, и ты тоже должен. Бон вздохнул и оставил сейчас все как есть. Он ни за что не позволит своему лучшему другу умереть из-за этого раздражающего младшего. Жизнь Кинга не стоила воспоминаний, какими бы хорошими они ни были. — Ты действительно любишь его? — Да… — пробормотал Кинг. — У тебя хватит сил, чтобы встать? — Бон посмотрел на Кинга. — Я отвезу тебя домой. — Да, я в порядке, — Кинг медленно встал, его ноги дрожали. — Напомни мне не показывать зубы. — Они все еще были запятнаны его кровью, и он чувствовал железный привкус. Они вышли из ванной, Бон внимательно следил за Кингом, чтобы тот не упал. Как только они оказались в поле зрения стола, взгляд Рама упал на них обоих, его челюсть слегка напряглась. — Вы двое там целовались? — Босс рассмеялся, уже изрядно пьяный. Кинг покачал головой и сделал большой глоток воды, чтобы смыть кровь с зубов. — Нет. Я только что говорил по телефону. — Было немного страшно, как хорошо Кинг научился лгать с тех пор, как все это началось. — Ох. Ты бросаешь нас ради горячего свидания? — Тин-Тин усмехнулась, заметив, что Кинг надевает пальто. Бровь Рама дернулась, его собственная ревность поползла вверх по спине. — Ага, свидание с учебой. — Кинг был благодарен за легкий выход. Тин-Тин просто невероятно помогла, а она даже не знала об этом. — Я отвезу его. Автобусы перестали ходить совсем недавно. — Бон схватил ключи и поцеловал Дыана в щеку. — Скоро вернусь. Рам встал и положил руки на стол. — Я могу отвезти его. Желудок Кинга сжался, и он схватил Бона за рукав. Бон заметил сигнал и рассмеялся. — На чем? На своем велосипеде? Я отвезу его, младший. Садись и выпей со своими друзьями. Бон даже не дал Раму шанса, прежде чем они с Кингом вышли и сели в машину Бона. — Спасибо, — пробормотал Кинг, подтягивая колени к груди. — Я не позволю тебе умереть из-за него, Кинг. — Бон посмотрел на своего лучшего друга, едва узнавая его. — Слишком поздно. Кинг закрыл глаза и задремал.

***

— Ты официально на третьей стадии, Кинг. — Тара посмотрел на рентгеновские снимки его легких. — Я вижу начало ветвей. Кинг опустил глаза и поиграл свитером. Он стал носить длинные рукава, чтобы скрыть, как похудел. — Я так и думал. Теперь есть кровь. Тара сел на табурет и посмотрел на младшего. — Ты уверен, что не хочешь операции? — Да. Я смирился с этим. Я даже сказал Бону, — пробормотал Кинг, не упоминая, что он случайно узнал об этом. — Это тот Бон, в которого… — начал Тара. — Нет! Ни за что. Отвратительно. — Кинг вздрогнул. — Он просто мой друг, и у него есть Дыан. Тара кивнула и положила рентгеновские снимки в папку Кинга. — Я серьезно рекомендую признаться, даже если ты знаешь, что тебе откажут. Так ты не будешь жалеть о чем-то. Кинг не думал об этом в таком ключе. Может быть, он расскажет Раму. Если он все равно умрет, кого волнует, что его отвергнут? — Я подумаю об этом, Пи. Спасибо.

***

Когда Кинг вернулся на факультет после посещения Тара, Бон сказал ему то же самое. Признайся, умри без сожалений. Кинг не знал, что Бон этого не допустит. — Ладно. Я сделаю это. Признаюсь, — дрожащим голосом выдохнул Кинг, разговаривая сам с собой в зеркале. — Со мной все будет в порядке. Может быть, он чувствует то же самое. Кинг поправил рубашку и схватил розу, прежде чем направиться туда, где был Рам, его местоположение было известно благодаря любезности Дыана. Он сможет это сделать. Просто подойди и скажи Раму, что ты его любишь. Все просто. Он продолжал прокручивать слова в голове, с улыбкой на лице, но когда он повернул за угол, где находился Рам, он чуть не упал, и его зрение затуманилось. Рам был там. Но и Делия тоже. Их губы сомкнулись. Роза упала на пол. Горло Кинга начало сдавливать, и он почувствовал, как ветки впиваются в легкие. Он должен был уйти. Он должен добраться до Бона. Через силу Кинг побежал к статуе шестеренки, его зрение ухудшилось, он начал кашлять, пачкая руку в крови. Он добрался до стола, не заботясь о том, что там был не только Бон, но и Дыан, Босс и Ти. — Бон. Я…Не могу дышать. — Кинг не мог перестать кашлять, падая, и Бон поднялся, чтобы подхватить его, прежде чем его голова ударилась о бетон. — Что случилось с Кингом?! — Дыан ахнул, студент-медик опустился на землю, чтобы поддержать голову. — Ханахаки. — Бон был в панике. Предполагалось, что у него будет больше времени, но теперь он держал своего лучшего друга, пока тот кашлял лепестками и кровью, и — о боже — это была веточка? — Кинг, смотри на меня. Не спи. — Дыан жестом велел Боссу вызвать скорую и отвезти его в университетскую больницу. — Письма. В одной из моих книг. Для всех. — Кинг успел это сказать перед тем как потерять сознание из-за недостатка кислорода. — Пи’Кинг, проснись! — Дыан никогда раньше не имел дела с пациентами ханахаки, не говоря уже о пациентах с четвертой стадией. Бон едва сдерживал слезы, когда услышал вдалеке вой сирен.Кинг не может умереть. Он не может. Он был едва ли старше самого Бона. Им повезло, что большинство людей были в кабинетах, поэтому, когда подъехала скорая помощь и увезла Кинга с Боном, вокруг не было лишних глаз. Кинг просто должен был выдержать еще две минуты. Две минуты.

***

На другом конце кампуса Рам оттолкнул от себя девушку, которую считал своей подругой. — Делия, я же говорил, что ты мне не нравишься. — Почему ты не можешь дать нам шанс? Мы созданы друг для друга! Никто, кроме тебя, не заботился обо мне! — заскулила Делия, хватая его за руку. — Я просто пытался быть вежливым! Я знаю, каково это — быть новичком. Мне нужен был друг. — Рам вздохнул, слегка потянув себя за волосы, чтобы собраться с мыслями. Ему нужен был Кинг. Он всегда улаживал конфликты за Рама. — Рам, одно свидание! Это все, чего я хочу! — взмолилась Делия, когда Рам собрался уходить. — Я сказал — нет! — рявкнул Рам, отдергивая руку и хватая свои вещи. — Мне нравится кое-кто другой. Я не хочу, чтобы ты была такой. Если ты не можешь принять это, значит, мы больше не друзья. Рам даже не стал дожидаться ответа, прежде чем выйти из-за стола. Ему нужно было увидеть Кинга. Он знал, что старший избегал его, и не знал почему. Когда он шел, его нога на что-то наступила. Посмотрев вниз, он увидел, что это была роза с фиолетовыми лепестками, окружающими ее на полу. — Кто мог просто оставить здесь цветы? — подумал Рам, поднимая розу. — Эй, ты слышал? По-видимому, второкурсник вырубился у статуи шестеренки! Пришлось везти на скорой, — сказал кто-то из его одногруппников. — Ого! Почему? — спросил другой. — Я слышала, что это ханахаки, — сказала девушка со вздохом. — Это так печально. Сердце Рама остановилось, когда он посмотрел на пурпурные лепестки под кроссовками. Это не мог быть Кинг, верно? Рам бросил розу и побежал к статуе шестеренки, надеясь, что ошибся. Кинг будет сидеть там со своими друзьями, и с ним все будет в порядке. Рам ошибался. Как только он добрался туда, он увидел Босса и Ти, пытающихся очистить кровь и лепестки, прежде чем кто-либо увидит. Кинга нигде не было. — Пи’Ти! Где Кинг? — настойчиво спросил Рам, хлопнув ладонями по столу. — Говори сейчас же! — Рам, я не думаю… — начал Ти. — Это был он? Второкурсник, потерявший сознание, это был Кинг? — Рам был в ужасе. Никогда в жизни ему не было так страшно. — Да. Это был он, — тихо сказал Ти. Рам побежал к университетской больнице, молясь, чтобы успеть туда, пока не поздно. — Пожалуйста, не умирай из-за меня, Кинг.

***

Двери отделения скорой помощи открылись, и Кинга вкатили на носилках, закрыв лицо кислородной маской. Старший Тара первым взялся за это дело. — Да что с ним такое? — Четвертая стадия ханахаки. Ему нужна срочная операция, иначе он умрет, — сказал один из санитаров. — Подготовьте операционную. — Доктор быстро вызвал ассистентов. — Не надо операции. Я не хочу забывать… — пробормотал Кинг сквозь кислородную маску. Бон зарычал и ударил ладонью по стене. — Черт возьми, Кинг! Тебе сделают операцию! Я не позволю тебе умереть! Доктор перевел взгляд с одного на другого. — Если он не хочет операции, мы не можем ее сделать. — Он явно бредит! Это все недостаток кислорода! Он не мыслит разумно, — бормотал Бон, пока Кинг то терял сознание, то приходил в себя. Доктор на мгновение заколебался. — Если вы считаете, что он не в состоянии самостоятельно принимать решения о медицинском вмешательстве, то мы можем это сделать, если кто-то из членов семьи даст согласие. — Я звоню его маме. — Бон достал телефон и набрал номер мамы Кинга, быстро выяснив, что, когда Кинг сказал, что никто не знает, это включало и его собственную семью. Она с ума сходила, пытаясь сесть в машину. — Нам нужно ваше разрешение на операцию. — Сделайте это! — закричала она в трубку. — Ты позволил моему ребенку умирать, так помоги же мне! Доктор кивнул, и вскоре Кинга поспешили в операционную, а Бон скользнул в дверь. Вскоре пришел Дыан и сел рядом со своим парнем, обняв его. Его обычно белая рубашка была испачкана кровью Кинга — А что, если мы опоздали, Дыан? Мой лучший друг умрет. — Глаза Бона наполнились слезами. — Будем надеяться, что мы привезли его сюда вовремя, — мягко заверил Дыан и погладил своего парня по руке.

***

Через 20 минут мама и сестры Кинга присоединились к ним в приемной, нервно расхаживая взад-вперед. Чего Бон никак не ожидал, так это появления запыхавшегося Рама. — ТЫ! — прорычал Бон, прижимая Рама к стене. — Это ТВОЯ вина! Рам вздрогнул и попытался оторвать от себя Бона. — Я не понимаю, о чем ты говоришь! — Он умирает, потому что любит тебя! По какой причине, я не знаю! Ты убиваешь его! — закричал Бон, крепче сжимая рубашку Рама. — Он… я не знал! — заикаясь, пробормотал Рам, оглядываясь. — Где он?! Я могу это исправить! Я тоже его люблю! — Рам заметил кровь на рубашке Дыана, глядя на своего лучшего друга. — Ды…где он? Дыан опустил глаза.  — Ты опоздал, Рам. Он в операционной. Он тебя не вспомнит. Настала очередь Рама рассердиться. -Нет! Ты врешь! Он в порядке! Я могу сказать ему! Он не может забыть меня! Он не может забыть нас! — Он боролся с хваткой Бона, отталкивая его и сжимая руки Дыана. — Дыан, пожалуйста! Дыан заключил друга в объятия, и Рам не выдержал и упал на колени. — Он не может забыть меня. — Прости, Рам, — Дыан похлопал друга по спине. — Это несправедливо, — по лицу Рама текли слезы. — Я столько раз пытался ему сказать! — Я знаю. — Дуэн взглянула на Бона, который уже выглядел не таким сердитым. — Он собирался признаться. Купил розу и все такое. Я не знаю, что произошло и почему ему резко стало хуже, — признался Бон, чувствуя себя неловко из-за рыдающего первокурсника. Рам заскулил. — Он видел, как Делия поцеловала меня. Должно быть, он убежал до того, как я оттолкнул ее. Бон почувствовал желание стукнуть Рама головой об пол, но сдержался. — Семья Кинга Тантепа? — позвал доктор, опуская маску. Мама Кинга встала. — Мы здесь. С ним все в порядке? — Да. Он потерял много крови, но нам удалось закончить операцию с минимальными осложнениями. Когда он проснется, он не вспомнит человека, в которого был влюблен. — Доктор посмотрел на сидящего на полу человека, сложив два и два. — Мне очень жаль.

***

Кинг очнулся спустя три дня после операции и понятия не имел, почему оказался в больнице. — Я что, опять переутомился? Еще даже экзамены не начались! — воскликнул Кинг, откидываясь на подушку. Никогда еще Бон не был так счастлив видеть своего лучшего друга. — Ты в порядке, чувак, просто нужна была небольшая операция. Твой аппендикс лопнул. Это была история, с которой они все согласились, потому что знали Кинга. Он отправился бы на поиски человека, которого забыл. Даже если человек был прямо за дверью, надеясь, что операция не заставит его забыть. — Он действительно забыл меня, — тихо сказал Рам, глядя на Дыана. — Как будто меня никогда и не было. — Мне очень жаль, Рам, — Дыан держал в руке открытку для Кинга от его друзей. Раму запретили ее подписывать. — Со мной все будет в порядке. Все хорошо, правда. Иди. — Рам одарил Дыана фальшивой улыбкой. — Ладно.Я вернусь через пару минут. — Дыан сжал плечо Рама. Как только Дыан вошел, Рам отправился в больничную уборную. Он плеснул водой в лицо и вытер его полотенцем, когда почувствовал щекотку в горле. Он начал кашлять, чувствуя, как что-то приближается. Он закрыл рот руками и закашлялся, пока щекотка не прошла. В руке младшего лежал его собственный пурпурный лепесток.