Эйфория

Он манил меня за собой, смотрел на меня. Мне уже не столько лет, чтобы я восхищалась этим. Но мне чертовски этого хотелось. И он подходит ко мне близко, говорит: «привет», говорит, что ему нравится мой голос, что я ему приятна. Он говорит, что во мне есть что то манящее. Я смотрю в его глаза, как тянет ко мне руку под красным освещением прожектора. Ох, как же он пленит, но я ни капли не выдаю своего восхищения. Наши руки сплетаются словно есть намёк на большее. Его радужка глаза кажется бесцветной, его слились в этом свете, они как стекло. Словно он демон. Я половину не понимаю, что он говорит, замечает ли он это? Он говорит, что случайно узнал и заинтересовался, ему кажется, что мы похожи. Время без пяти три ночи, наша группа в клубе, так расхваленный в Берлине, мы вообще впервые здесь. И мне все нравится. Я отвечаю ему: «спасибо, мне очень приятно», говорю что мне бы хотелось увидеть его со своим концертом в Москве. Ох,- смеётся он, - я обожаю Россию и Москву, но пока у меня нет возможности. Он всматривается в меня... - Скажи, а ты была на моем концерте? - Ни разу не была, - покачивая головой, отвечаю я, - Но мне бы очень хотелось тебя видеть. - Даже если я дам концерт ещё через 10 лет? - Я буду жить ради этого момента, -улыбаюсь я. Он смеётся и говорит: - Я правда очень восхищён тобой. «Прям как я в свои 15 лет, была восхищена тобой», подумала я. Мы смотрели друг на друга. Руки не хотели отпускать, или даже упускать... Вдруг до моей плеча дотрагиваются, это Ройн, он жмёт руку Джеку, и говорит что пора уходить, все напились уже. - Что, уже? - возмущённо переспрашиваю я. - Да уже, - с выпученными глазами говорит Ройн - а завтра концерт. - Он же вечером, - продолжаю возмущаться. - Ты сама знаешь если мы их щас не заберём, они начнут, что покрепче употреблять, и завтра лажать будут, а меня это бесит. - Ну ладно давай, собираться. Джек грустно посмотрел на меня. - Джек, - мы взялись снова за руки, - мне очень приятно, что ты пришёл, но мне пора идти. - И мне было приятно познакомится с тобой, можно обнять тебя? И мы обнялись. - Вы на долго в Германии? - Завтра ещё концерт и в пятницу самолёт. - Получается на 4 дня, - улыбнулся он. - Да, - улыбаюсь. - Я провожу тебя. Выйдя на улицу, мы стояли и болтали. Ройн сажал наших коллег по машинам. - Ну Ройн только все началось, че ты себя ведёшь как... - Заткнись, ты со своим разводом, только и делаешь что пьёшь! Уже компанию собутыльников себе нашёл, - ворчал Ройн, - помаши им ручкой, до свидания. И действительно стояла компания и кричала: Стас, ты крутой! Стас навеселе снял с себя футболку и кинул им, крича: - Ребята! Это на память, это вы крутые! - Сядь уже, - говорит Ройн. - Ройн, ты тоже красавчик- кричала компания, а Ройн мило улыбался им в ответ, махая на прощанье рукой Стаса. Нас с Джеком они не замечали, мы стояли на углу, возле горящего фонарного столба, я в капюшоне. Мы словно стояли под невидимым куполом. - Я поеду. Наши глаза смотри в зрачки, в самую глубь...Это чувство... и лампочка в фонарном столбе взорвалась. Я вскликнула. А Джек приобнял меня, как бы защищая. - Ничего себе, - сказал он, - у тебя когда-нибудь такое было? - Нет, не было. Я почувствовала как завибрировал телефон, посмотрела, сообщение от Ройна: «ну поехали уже». Посмеялась про себя. - мне пора. - Да пойдём. Ускорясь, он потянул к себе мою руку. - Стой, подожди, ты скажешь мне свой номер телефона? И уже посадив в машину, он сказал, « ты очень красивая» Я улыбнулась, но ничего не ответила, я только лишь видела как удалялся его силуэт, с его номером телефона в своих руках. Как красиво здесь, как беспечно здесь... Огоньки от фонарных столбов пролетают в окне бмв, как мотыльки. Только не бьются о стекло. Они пролетают как мои воспоминания, как мои фантазии. Я ни разу не видела, чтобы он с кем то встречался, не видела фотографий в его аккаунте, чтобы он кого то целовал. В голове крутится объятье, когда лампочка лопнула. Боже, как я вскликнула. Райн единственный трезвый, как и я. Он знает о чем я думаю. Он пихает меня локтем, улыбается. Я улыбаюсь ему в ответ. - Он так долго на тебя смотрел, я думал не подойдёт. - Серьезно? Мы с Ройном друзья, хорошо ладим и часто смеёмся, мне нравится, что на него можно положится. Он всегда горой за своих друзей, за людей которые ему дороги. - Да, - кивая головой, - ты его явно очаровала. - Я даже не думала что он придёт, я приятно удивлена. И на весь салон захрапел Стас. - Самолёт заказывали? - пошутил Ройн. И мы засмеялись. Прическа, завитые темные волосы до пояса, платье чёрное в серебряную звездочку. И я снова на любимом месте, на сцене возле микрофона. Как же это все случилось? Было же все по другому, это было просто мое хобби. Я выкладывала сначала видео, где я пою, потом Ройн писал мне музыку, и слушатели росли вместе с популярностью. На самом деле мне всегда это нравилось, я просто перестала гнаться за идеалом и развивала свою чувственность, я как минимум между чувствами, нашла свой ритм. Я уже отбросила все мысли, здесь только я, моя чувственность и моя команда. Начиная издавать звук, я как будто ныряю, закрываю глаза, и погружаюсь в океан. Я и есть океан, вот сейчас, вот в эту данную секунду... Летя в самолете, я вспоминала про него. Конечно, ведь я лечу в страну где живет кумир из прошлого. Мне думалось, что он испорченный, что он пьяница или наркоман. Но это оказались суровые домыслы. Я помню как ждали очередного видео с его лицом или других участников группы. Но они были такие короткие... сколько фафиков было написано. Они были сценические персонажи. Как и я сейчас. Но кем он был без образа? А я сейчас в образе или настоящая? Свет в зале меняется, он становится синим. Я буду петь про звёзды и сны, про хребты и любовь. Мне чудится, что он стоит перед мной, смотрит на меня, я вижу его с распущенными волосами, вижу его в кожаной футболке. Мне не хочется его целовать... мне так кажется... но эту песню я пою ему, воображаемому Джеку. Песня заканчивается, я слышу возгласы, аплодисменты. Мой глаз цепляет его улыбку. Среди сотен этих людей, одну его улыбку. Классно бы с ним провести фотосессию по среди серого города. Я нас так вижу. Мы с ним в ярких одеждах в очках, будто загораем на шезлонге под серым небом. Вся пронизанная музыкой и чуть уставшая, я сажусь перед зеркалом в своей гримерке. Слышу стук в дверь. «Да!заходите» это Джек. Он улыбчив, я чувствую его мягкость. Всегда ли он таков? Как то он гастролировал по России, его снимали фанатки, не помню в каком городе, и он прятался от них под белой маской. Фанатки бежали рядом. Они раздражали его. Сколько надо проехать с ним, чтобы увидеть раздражение? Я улыбаюсь в ответ. Мы взялись снова за руки. - Аглая, это было великолепно. Почему я не слышал тебя раньше? Почему не видел? - я не знаю, Джек. - хочешь я покажу тебе завтра Германию? - хочу