Обычный день

Переполох в то утро начался с Софи. Сразу после завтрака она оглядела гостиную строгим взглядом и веско проронила: — Уборка. Услышав это страшное слово, Кальцифер запричитал, что ему опять придется сидеть в совке, Маркл подскочил и умчался в свою комнату на второй этаж, а Хаул внезапно вспомнил, что у него назначена встреча в портовом городе. Ведьма Пустоши же продолжила пить свой чай. Впрочем, удрать у Хаула не получилось — Софи перехватила его прямо на пороге перед выходом. — А в прошлый раз, — сказала она, уперев руки в бока, — ты обещал мне помочь! — А может, просто переедем? — предложил Хаул с надеждой и улыбнулся самой очаровательной из своих улыбок. Софи эта улыбка совершенно не проняла. — Никаких «переедем», я только привыкла к новой кухне! — грозно возразила она. И добавила гораздо тише: — И мне нравится наша спальня. Ведьма Пустоши ехидно захихикала, раскачиваясь в своем кресле-качалке. — Может, тогда со спальни и начнем? — предложил Хаул, и Софи согласилась: она не видела особой разницы, с какой комнаты начинать разгребать накопившийся бардак. Вот только уборка в спальне началась с того, что Хаул прижал Софи к стенке и поцеловал от всей души. — Если ты так пытаешься меня отвлечь от дел… — грозно начала Софи, когда он ненадолго отодвинулся. Хаул не дал ей договорить и поцеловал еще раз. — Пытаюсь, — признался он во время следующего перерыва на пару быстрых вдохов, — а ты разве против? Софи против не была совершенно: в этот раз она поцеловала его сама, в награду за честность. В результате дальше кровати они так и не продвинулись. — Хорошо, — сказала Софи, когда смогла выбраться из объятий Хаула, — сегодня я отложу уборку. До завтра. Но завтра ты будешь мне помогать. И начнем мы с первого этажа! — грозно добавила она, увидев многозначительную улыбку Хаула. Улыбка тут же несколько увяла. Когда Софи наконец спустилась вниз, то ее встречала все та же ехидная ухмылочка Ведьмы Пустоши и жалобный взгляд Маркла. — А у нас Хин пропал, — сообщил он. — А ты везде смотрел? — недоверчиво спросила Софи. Трудно потерять собаку в летающем доме, знаете ли. — Везде, — уверенно ответил Маркл, — кроме вашей спальни, конечно. Вы там как раз убирались! — Очень любопытная собачка, — заметила Ведьма Пустоши и затянулась толстой сигарой, выпустив в воздух клуб сиреневого дыма. Софи почувствовала, что краснеет. — Сейчас проверю спальню, — все-таки пообещала она Марклу и поднялась назад. Хаул все так же валялся на кровати, раскинув руки, и лениво смотрел в потолок, увешанный сверкающими амулетами от ведьм. По сути, они ему больше были не нужны: мадам Саливан давно не искала их дом, а Ведьма Пустоши и вовсе жила с ними под одной крышей, но Хаул говорил, что привык, а Софи было не жалко. — Мы потеряли Хина, — сообщила Софи с порога. Хаул удивленно поднял одну бровь: — Он от нас наконец-то ушел? — Зачем же так жестоко, — возмутилась Софи, быстро оглядывая спальню. На видных местах Хина не наблюдалось, и она легла животом на пол и полезла под кровать. Под кроватью Хина тоже не было, зато была куча паутины. Софи вылезла злая и грязная, и Хаул, увидев ее взгляд, тут же сел и предложил: — Может, поищем его в ванной? Я помогу. Софи громко фыркнула и вышла из спальни, бросив напоследок: — Завтра — точно уборка! Хаул громко вздохнул и упал обратно на кровать. Внизу Софи встречали виноватый взгляд Маркла и улыбочка Ведьмы Пустоши, сидящей в своем кресле. С Хином на коленях. Последний выглядел как всегда — совершенно довольным жизнью. — Вот уйду я от вас, — многозначительно произнесла Софи в пространство. — Не надо! — тут же подскочил Маркл. — Нам без тебя будет грустно! — И Хаул совсем от рук отобьется, — вставил свои пять копеек Кальцифер из маленького очага. — Ты разве его не знаешь, Софи. Захандрит и про меня совсем забудет, он же мне теперь ничего не должен… Подкинь-ка дровишек, Софи! Софи тяжко вздохнула и подложила ему небольшое полено. — А ты приготовишь чего-нибудь вкусненькое? — умильно облизнулся Кальцифер, выпустив язычок багряного огня. — А то все дрова да дрова, сто лет ничего не ел. — Хорошо, — вздохнула Софи, — приготовлю и на тебя тоже. Ужин прошел в уютном молчании. Ведьма Пустоши старательно глотала кашу, Хин увлеченно чавкал в миске на полу, Маркл со вкусом уплетал отбивную, Кальцифер довольно потрескивал, распространяя по комнате острый запах горящего мяса. И только Хаул задумчиво ковырялся в своей тарелке, гоняя по ней остатки жареных овощей. — Не хочешь — не ешь, — сжалилась над ним Софи. Хаул удивленно посмотрел на тарелку и быстро дожевал овощи. — Знаешь, мы давно никуда не выбирались, — сказал он, когда Софи домыла посуду. — И я решил наколдовать нам еще один выход. — А я помог! — гордо плеснул огнем Кальцифер. — В общем, собирайся, — велел Хаул, не обращая внимания на некоторую растерянность Софи, — пойдем гулять! Возражения он, конечно, не слушал, как всегда. Новый выход открывался на узкую полосу песчаного пляжа, за которой до самого горизонта тянулось море, пурпурное от багряных лучей заходящего солнца. Над водной гладью низко-низко кружили белокрылые чайки. Скалы вокруг пестрели разноцветными плетями вьющихся цветов, и воздух пах совершенно одуряюще: солью и сладостью. Софи постояла немного, глядя на эту внезапную красоту, потом сбросила сандалии и пробежалась по песку. Закружилась, раскинув руки. — Как здорово, Хаул! — Рад, что тебе понравилось, — улыбнулся тот, выходя из небольшой крытой беседки — именно так выглядела отсюда дверь в их волшебный замок. — Здесь должны быть просто чудесные звезды! — оглянулась на него Софи. — Не хуже, чем над звездным озером, — согласился Хаул. — А еще здесь часто случается звездопад. Хочешь посмотреть? Конечно же, она согласилась. Закат они наблюдали, сидя на пестром вязаном пледе, который Хаул прихватил из дома. Солнце медленно опускалось в воду, расцвечивая ее самыми разными красками, а на небе зажигались яркие звезды. Софи сидела, прижавшись к плечу Хаула, а он обнимал ее, ласково перебирая серебристые волосы. Когда первая звезда прокатилась по ночному небосводу и со звоном разбилась о темную гладь моря, Софи обернулась к Хаулу: — Больше никаких контрактов. Хаул улыбнулся, притянул ее к себе и нежно поцеловал в лоб. — Думаешь, мне мало того, что я уже имею? — Кто тебя знает, — проворчала Софи, и тогда Хаул поцеловал ее в губы. — Я заблокировал вход, — сообщил он, оторвавшись от нее. — Можем переночевать здесь сегодня. Софи кивнула: Хаул отлично знал, как ее убедить. Ночь они провели под разноцветным звездопадом, и Софи было ничуть не холодно в теплых родных объятиях. Утром следующего дня, сразу после завтрака, Софи вышла на середину комнаты и объявила: — Уборка! Маркл обреченно вздохнул, Ведьма Пустоши выдула новое колечко дыма, а Хин хрипло гавкнул. Хаул приложил палец к губам, обращаясь к наблюдавшему за ним Кальциферу, и попытался просочиться за спиной Софи ближе к дверям. — А ты, Хаул, — добавила Софи, не оборачиваясь, — начинаешь с кухни! Кальцифер трескуче рассмеялся и пододвинул к себе новое смолистое полено.