Тебе пора

      Она развернулась чтобы уйти, как на всю комнату раздался злобный рык.       - Ты принадлежишь мне, Уокер! – Люцифер с силой развернул ее, и прижал к стене.       Она подняла свой взгляд на Люцифера и наткнулась на полыхающие красные глазницы.       - Я никому не принадлежу, Люцифер. – холодно ответила Вики.       Он смотрел в ее голубые глаза, пытаясь понять ее чувства, ведь снаружи она была также холодна, как и внутри.       - Я не игрушка, чтобы кому-то принадлежать. – она откинула его руку, чтобы выйти из комнаты, но ей не удалось.       Люцифер ударил в стену возле ее головы. Люцифер был в ярости. Его дыхание нарушало тишину. Его мышцы готовы были разорвать рубашку. Грудь колыхалась, а ноздри раздувались. В его голове творилась целая вакханалия чувств и мыслей, которые так и рвались наружу.       Он поднял голову и зацепился взглядом на приоткрытые губы Уокер, которые так и манили. Он поцеловал ее. Нежно, спрашивая разрешения, внутри умоляя, чтобы она ответила. И она ответила.       Их поцелуй перерос в настоящую битву, в которой каждый боролся за право жить.       Он кусал ее нижнюю губу, оттягивая, оставляя маленькие ранки. Она выгибалась под напором его рук, блуждающих по телу. Всеми своими действиями он показывал ей, что она его, что у нее нет права думать иначе.       Прервав поцелуй для возможности отдышаться, он повел рукой от шеи до груди, провожая ее взглядом.       Обвел рукой ее грудь, освобождая от платья, обхватив двумя пальцами потянул сосок. В сладкой истоме Вики выгнулась на встречу прогибаясь в пояснице. На ощупь она стала расстёгивать его рубашку, пока Люцифер истязал ее шею, оставляя укусы с багровыми засосами.       Оказавшись полностью раздетыми, Вики толкнула его на кровать, и как кошка плавными движениями подбиралась ближе. Она села сверху, обхватив возбужденный член и размазав естественную смазку направила его в себя.       Приятные ощущения охватили ее с ног до головы, она откинула голову назад, поддаваясь им. Люцифер блуждал по ее телу руками, наслаждаясь каждым моментом. Ее тело было как самая лучшая картина мира, на которую он мог смотреть вечность.       Ее движения были плавными, нежными, она насаживалась на его член с осторожностью, будто это самое хрупкое что у нее есть. Тем не менее, это нравилось Люциферу. Он никогда не был сторонником такого секса, но с ней он был готов на всё. С ней он чувствовал себя другим. Живым, способным на любовь. Она пробудила в нем это давно забытое чувство.       Он подхватил ее за ягодицы и перевернул на живот, надавливая на поясницу. Он вошел в нее, получив в ответ сладостный стон. Теперь они играли по его правилам. Он взял ее грубо, как привык. Хотел выдолбить из нее всю отрешенность, вдолбить свое имя в ее тело.       Ее такие родные, такие нужные стоны заполнили всю комнату. Она любила секс с ним. Он помогал откинуть не нужные мысли и уйти с головой в приятные ощущения, которые она испытывала, находясь в его власти. Руками она хваталась за постельное белье, утыкалась носом, чтобы подавить стоны, а он хотел ее слышать, хотел знать, что она его, только его.       - Ты моя Уокер, этого ничего не изменит, слышишь?       Он чувствовал, как она подходит к пику удовольствия, обхватывая мышцами его член, содрогаясь телом, крича от удовольствия. Они кончили вместе, заканчивая особый момент близости.       Он упал рядом с ней, приводя дыхание в норму, рассеивая морок возбуждения.       Он брал бы ее каждый день. Каждый чертов день, что отведен им вечностью. Доказывал, что лучше нет и не будет. Есть только он и есть только она.       Сквозь мысли он услышал       - Тебе пора.