Проклятие

Он хранил тайну, наверное, самую опасную тайну из всех, что ему приходилось скрывать за всю его несчастную жизнь. Проклятие, которому суждено его уничтожить, в этом не было сомнения, и он ничего не мог с этим поделать. Но несмотря на боль и страдание от мучительной агонии, вызванной этой тайной, он любил ее. Именно это, видимо, в конце концов его и погубило. За последние годы он много раз принимал темную сторону, и этот раз не был исключением, так он по крайней мере думал. К началу финальной битвы между добром и злом он уже давно знал, на чьей он стороне, но тщательно скрывал свое предательство. Его повелитель до самого конца ни о чем не догадывался. И кто бы мог подумать, что в тот момент, когда повелитель издаст последний дрожащий вздох, он выкрикнет то самое заклинание, которое уничтожит предавшего слугу изощренней, чем заклинание круциатуса. Он, пожалуй, предпочел бы смерть, чем это. Умирать было бы легко. Но, к сожалению, за него решил его хозяин, Волдеморт. И вот теперь он попал в этот ад и не видел никакого выхода из этого состояния. То, что он носил в себе, напрочь развеивало образ холодного и неприятного мужчины средних лет, ужасающего профессора зельеварения, который больше всех остальных ненавидел и задирал одного человека — Мальчика Который Выжил. Никто не догадывался, насколько это было все неправдой. Однако стоило только правде открыться, все возненавидели бы его еще больше. Скользкий, подобный мерзкому чудовищу человек испытывал сильнейшую страсть, которую он пытался скрыть за холодной внешностью и спокойной речью. В конце концов он чувствовал себя всего лишь жалким существом, отвратительным стервятником. Иногда, когда встречаются двое волшебников, между ними образуется невидимая связь, объединяющая их, сливающая их души воедино до конца их дней и даже после. Это произошло однажды ночью в Хогвартсе, около шести лет назад, когда Северус Снейп впервые взглянул на мальчика, известного и почитаемого во всем волшебном мире. Он понял все мгновенно, осознав насколько губительна даже сама мысль об этом. Система дала сбой и судьба соединила его с мальчиком, младше его на двадцать лет! Так он стал тайным защитником парня. Как бы ему ни было больно, он держался от мальчика на расстоянии ради них обоих. Мальчик и весь мир никогда не узнают о его истинных чувствах, также как и его повелитель. Его любовь несла разрушение вместо созидания, отметая все попытки исполнить то, что было предначертано звездами. Рано или поздно человек устает постоянно убегать от судьбы. Сопротивляясь этому, он рисковал потерять собственную душу. Но как он мог этого не делать? Он же не был чудовищем! И теперь, когда мир должен был рухнуть и стоял на грани существования, он перестал защищаться, он был обнажен и даже в большей опасности, чем когда его беспощадный повелитель был еще жив. Волдеморт проклял его той самой любовью, что владела его телом. Древними чарами он сделал Северуса настолько уязвимым, что даже тысячи обезоруживающих заклинаний вряд ли сотворили бы такое. Это было так же просто, как и жестоко — проклясть его тем, от чего у Северуса не хватило бы духу избавиться в себе любой ценой. *-* Он устал и был измучен битвой. Как Пожиратель Смерти, он вынужден был делать отвратительные вещи, чтобы оставаться в ближайшем окружении Волдеморта. Только этим способом он мог выполнять порученную ему работу, но каждый раз, когда его палочка совершала что-то темное, Северус чувствовал, будто терял частичку своей души. Это нужно ради дела, повторял он себе, но все равно было больно. Он стал возвращаться по ночам домой в оцепенении и с нарастающим чувством отчаяния. Он довольно быстро вернул доверие своего старого хозяина, но что ему приходилось совершать, чтобы доказать это… Если бы он мог, он бы заплакал. Вместо этого его мучили ночные кошмары. Темные жуткие кошмары, напоминавшие ему все, что он совершал, якобы для благого дела. Страшный пожиратель смерти вскрикивал как испуганный ребенок в кровати, слишком хорошо понимая, что должен продолжать притворяться. Он лишь ждал нужный момент, чтобы ударить, как ядовитая змея, ударить, чтобы убить. Финальная битва оставила много шрамов. Той жуткой ночью, когда будущее мира балансировало на лезвии ножа, Северус показал свое истинное лицо. Он сумел сохранить видимость верности до самого конца. Его хозяин доверил ему свою жизнь, и это стало ошибкой, о которой он горько пожалел в тот короткий промежуток времени, что был ему отмерен. Северус отлично справлялся со своей ролью. Он был Пожирателем Смерти, самым опасным из всех, кто стоял на защите повелителя. И вот теперь Северус медленно подводил темного Лорда к запретному лесу. Наконец-то эта злобная тварь получит по заслугам, и Северус горячо желал этого всей душой. Но внезапно ситуация приняла такой оборот, которого Северус не предвидел. На самом краю Запретного леса на них бросился Гарри Поттер, атакуя поднятой палочкой убийцу его родителей. Злая усмешка пробежала по нечеловеческому лицу Волдеморта, когда он прокричал то самое заклинание, которое убило родителей парня. — Авада Кедавра! — Время остановилось, Северус видел все в замедленном темпе, со стороны слыша свой отчаянный голос, кричащий контрзаклинание, которое поразило Поттера в грудь и отбросило назад к дереву. Искрящийся зеленый луч пролетел от него в паре сантиметров. Волдеморт повернулся к своему неверному слуге с яростным ревом. Он снова поднял палочку, на этот раз целью был Северус. Но прежде чем он успел открыть рот, в воздухе вспыхнула новая искра ярко-зеленого цвета, поразив это подобие человека в живот. Обычный человек упал бы замертво на землю, но Волдеморт перестал быть «обычным» много лет назад. Под действием смертельного заклятия его сердце замедлилось, кровь перестала течь по венам, но на последнем вздохе он поднял палочку в последний раз и жуткая гримаса появилась на его лице. — Легравата Симурон! — красная вспышка света поразила Северуса в грудь и откинула назад, в ушах раздавался смех Волдеморта. Затем смех сменился яростью и в глазах умирающего появилось осознание, что пришел конец.  — Ты… и Поттер! Вы собираетесь украсть… мое будущее… это вам от меня…» — Северус согнулся пополам от боли, когда внезапно что-то резкое пронзило его живот. У него накопилось много ранений за последние дни битвы, но эта боль была хуже, чем он мог себе представить. Он все же поднял голову, чтобы видеть, как его повелитель умирает. Он хотел увидеть страх и отчаяние в глазах мерзкой твари. К сожалению, Волдеморт не доставил ему это удовольствие. — Желаю… блестящего будущего… с твоей родственной… душой, Северус! Я вижу, как оно в тебе…уже…растет… — наконец его сердце остановилось, и он рухнул за землю, мертвый. Северус, пошатываясь, подошел к Гарри Поттеру. Юноша лежал под деревом лицом вниз. Тело болело, и он был уверен, что это из-за заклинания, попавшего в него секунду назад. Легравата Симурон…он никогда не слышал об этом заклинании раньше, но был уверен, что настрадается от него по полной, ведь оно исходило от Волдеморта. Он опустился на колени рядом с лежащим без сознания парнем под деревом и перевернул его на спину. Красивый и бесстрашный Поттер. Он поднял его на руки и понес в Хогвартс. У самого входа в школу он почувствовал удар чем-то тяжелым по затылку и потерял сознание. Поскольку он притворялся слугой Волдеморта — у него было столько же врагов, сколько у его хозяина. Он очнулся в медицинском крыле через три дня, страдающий от сильной контузии и бесчисленных синяков и ран, по иронии полученных от людей, которых он защищал. Если бы Гарри Поттер не очнулся через минуту после того, как Северуса сбили с ног, рассерженные нападающие вероятно хладнокровно бы его прикончили. Весьма теплый прием… Его имя было полностью очищено, и Ежедневный Пророк даже написал о нем несколько колонок. Северус постепенно востанавливался и через месяц вернулся к работе. Первое, о чем он подумал, когда спустился в свои покои, это заклятие, попавшее в него той роковой ночью четыре недели назад. Легравата Симурон… Он должен был умереть, но почему же он все-таки жив? Какое проклятие может быть ужасней того, что останавливает сердце? Озадаченно нахмурившись, Северус поспешил в школьную библиотеку, чтобы выяснить это. Книга с громким стуком ударилась о пол. Схватившись рукой за грудь, он ошарашено ходил вдоль рядов с книжными полками, пытаясь найти выход, паника гудела в его ушах. Он узнал, что может быть хуже смерти… *-* Он по-прежнему пытался вести себя, как ни в чем не бывало, но теперь его ехидные и острые замечания больше не жалили учеников, как прежде, а пронзительный и пугающий взгляд превратился в измученное лицо человека, проигравшего битву. Многие люди полагали, что это лорд Волдеморт так запугал и сломил его. На лицах у некоторых он замечал даже жалость, и это угнетало его больше всего. Он не заслуживал жалости. Конечно, он решил не обращать на это внимание, но злой гений заклинания, посланного напоследок Волдемортом, проявлялся все больше, он не мог его избежать, как бы ни старался. Судьба окутала его слишком плотной сетью, чтобы не дать сбежать. Ему оставалось только ждать наступления дня, когда мальчишке, а теперь уже молодому человеку, откроется уготованная судьба. Северус, естественно, уничтожил любой шанс развития этих отношений, способных когда-либо перерасти в нечто желанное и прекрасное. Мальчик вырос с чувством обиды и глубокого отвращения к человеку, выбранному самими звездами, чтобы стать его судьбой. Он не знал настоящего Снейпа, да никто не мог и представить, что Снейп когда-нибудь сможет разрушить тот образ, который он старательно строил последние двадцать лет в качестве шпиона. Никто не подозревал о доброте, живущей в нем, даже сам Северус. Он великолепно сыграл свою роль, и за это пришлось заплатить гораздо большую цену, чем он мог представить. Единственным человеком, который частично знал историю Северуса и его тайну, был Альбус Дамблдор. Он доверял и поддерживал его все эти годы, и это позволило Северусу не потерять рассудок. Но даже Альбус не мог ему помочь с этим…никто не мог. Как кролик, попавший в ловушку, Северус ждал конца. *-* Настало время сдвоенного урока зельеварения у старшекурсников Гриффиндора и Слизерина. Пять месяцев прошло после завершения финальной битвы, в которой был повержен Темный Лорд. Многое изменилось с тех пор. Во-первых, никто больше не сомневался, на чьей стороне был Северус. Он серьезно пострадал и был тяжело ранен в битве против своего бывшего повелителя. Он провел целый месяц в больничном крыле, чтобы восстановиться. Нельзя сказать, что кто-то скучал по нему, скорее наоборот. Даже если бы он получил цветы и визит от молодого человека, о котором он тайно мечтал в своем сердце, это бы ничего не значило, он всего лишь снова спас ему жизнь, и парень это прекрасно понимал. Но визит закончился так же быстро, как и начался. Вместо того, чтобы показать молодому человеку, как он ждал этой встречи, он попросту выгнал его из комнаты с криками, что ему нужен отдых, тем самым, забив последний гвоздь в гроб их так и не начавшихся отношений. Многие из студентов Слизерина были на темной стороне Волдеморта. Крэбб и Гойл доживали свои жизни, крича как младенцы в темных стенах Азкабана. Драко Малфой перешел на светлую сторону в последний момент, потеряв обоих родителей. Не удивительно, что повсюду встречались горькие потери и множество разбитых семей. Вдобавок ко всему, Слизеринцам приходилось жить среди всеобщего недоверия, вырезанного позорным клеймом на их лбу. Многие из тех, кто сражался на стороне Темного Лорда, утверждали, что их заставили это сделать, наложив Империус. Однако никто им не верил. Оставалось еще очень много ран, которые предстояло залечить, но жизнь должна была продолжаться. Он разглядывал ряды со студентами, желая лишь одного — вернуться в свои личные покои, в кровать. Холодный пот проступил у него на лбу, что явилось для студентов тревожным сигналом о предстоящей двухчасовой экзекуции с больным преподавателем, пытающимся делать вид, что все в порядке. На предыдущем уроке он был в нескольких секундах от того, что его чуть не вывернуло на предметы вокруг, прежде чем прозвенел звонок. Тем не менее, тогда он удержал себя в руках, как и на многих других уроках до этого. Тогда он надеялся, что тошнота была всего лишь осложнением после простуды, но теперь, когда это длилось уже три месяца, Северус не мог больше это прятать. Он был бледнее, чем когда-либо, и ему приходилось делать перерывы во время уроков, чего он никогда себе не позволял. И студенты, и преподаватели явно замечали, что с ним что-то не так, но когда кто-нибудь спрашивал его об этом, Северус игнорировал их и говорил, что все в порядке. Однажды до него даже дошли слухи, что он страдает булимией. Оставалось лишь надеяться, что и дальше все будут придерживаться этого заключения. Гермиона долго досаждала ему тем, каким бледным и уставшим он выглядит. Вероятней всего, и сейчас, когда ее рука взлетела вверх, этот урок не станет исключением. Он просто кивнул, и, слегка нахмурив лоб, попытался принять устрашающий вид. — Профессор Снейп, вы выглядите больным. Вы не думали, что вам нужен постельный режим? — ее голос едва доносился до его ушей. Она явно представляла, какой ответ получит.  — Со мной все в порядке, мисс Грейнджер! Надо же, как трогательно, что каждый урок вам не дает покоя мое состояние здоровья, я начинаю уставать от вашего любопытства! Десять баллов с Гриффиндора! Низкое рычание послышалось со стороны рассерженных гриффиндорцев. Может, на этот раз она все поняла, однако, он не был в этом полностью уверен. Слишком уж сильно эту девушку заботило его состояние. Внезапно, он поймал взгляд Гарри Поттера. Молодой человек восемнадцати лет, его соулмейт. Его глаза горели недовольством, как и всегда, когда он слышал нападки в адрес своих друзей. Губы Северуса изогнулись в ухмылке, на секунду показавшейся садистской. Какую жизнь он приготовил для него! Будучи одним из немногих, кому суждено испытать великую любовь, он мог претендовать на то, что принадлежало ему по праву, но вместо этого он решил выбрать более достойный путь и оставить мальчика в покое. Вопреки тому, что мальчик, наверное, мог бы полюбить его, даже в юном возрасте, Северус предоставил ему свободу. Он не был монстром. Но теперь, время шло, его одежда становилась тесней, а Гарри неминуемо приближался к встрече с кошмаром своей жизни. Рядом с Гарри сидел Рон Уизли, его близкий друг, он выглядел таким же раздраженным, как и Гарри. — Я не понимаю, почему ты так беспокоишься, Миона, он же этого не стоит! — Пробубнил Рон довольно тихо, не предполагая, что это может долететь до ушей профессора, но Рон не знал, что у профессора не было проблем с чтением по губам. Живот жутко скрутило. Волна тошноты прошла насквозь, и Северус облокотился на край стола, чтобы не упасть. -В самом деле, Уизли! — выдохнул он и комната начала кружиться вокруг него, — я этого не стою, — нет! Он должен сдержаться, Северус обхватил себя руками и закрыл на секунду глаза. -Профессор…вы в порядке? — это был голос Поттера. Он звучал взволнованно. -Я…я в порядке, я же сказал! — рявкнул Северус, потеряв остатки самообладания. Его вырывало прямо на пол позади стола. Все вокруг потеряло очертание. Он ничего не ощущал кроме стыда в тот момент, когда Рон выгнал всех студентов из класса, а Гермиона и Гарри бросились ему на помощь. Каким-то образом им удалось затащить его в личные покои и уложить на кровать. Он не понимал ни слова из того, что они говорили, он стыдился себя, и в этот момент его мысли были заняты лишь отвращением к себе и ничем другим. Он потерял контроль на глазах у всего класса. На глазах обоих факультетов, на уроке, где находился Гарри Поттер! Как ему теперь выживать в ближайшие четыре месяца, было не понятно. После всего этого… Северус закрыл глаза и постарался ни о чем не думать. (Бета: я надеюсь, что вам нравится, автор и я будем стараться, чтобы оправдать ваши ожидания от фф).