Проклятие

Это случилось в пятницу на первом после каникул уроке зельеварения у шестикурсников — Слизерина и Гриффиндора. Северус напрягался при одной мысли, что ему предстоит провести два мучительно долгих часа в одном помещении с тем, кто знает его секрет. Или, точнее, его часть. Северус отмерил парню немного времени, пару месяцев, может быть даже три или четыре, если повезет. Зависит от того, не начнет ли Гарри шпионить и выяснять все сам. Хотя кого он обманывал. Поттер хоть раз сидел сложа руки и оставался безразличным, когда случалось что-то необъяснимое? Нет, и вероятно он уже начал свое небольшое расследование. Ну почему он не может просто оставить эту опасную затею? Урок начался довольно неплохо. Северус написал на доске ингредиенты нового зелья и попытался расслабиться. Он заметил, что Рон и Гарри сегодня не сидят за одним столом, и это его удивило. Видимо, в последнее время, их дружба дала трещину. В подтверждение этого, Мисс Грейнджер красноречиво переводила взгляд с одного на другого. Она как обычно сидела рядом с Невиллом, готовая в любой момент спасти этого несчастного идиота от неминуемого провала. Северус оглядел класс и, резко вдохнув, стал объяснять, что они будут делать в ближайшие часы. Его руки едва заметно задрожали, когда он ощутил на себе пристальный взгляд Поттера. Он забыл, о чем он говорил и запнулся, на лбу выступила капля холодного пота. Спустя пять кошмарных минут студенты приступили к выполнению задания, а Северус боролся с острым желанием провалиться сквозь землю. Не может быть — он заикался! Он, Северус Снейп, грозная летучая мышь, тот, кто знает что сказать, ударив именно туда, где будет больнее всего! Однако шанс ему все-таки выпал. Гермиона в этот раз, похоже, была слишком занята своими мыслями и не сильно обращала внимание на Невилла. Поэтому дорогой мистер Лонгботтом дал ему прекрасную возможность вернуть себе неоспоримое звание ужаса подземелий и высмеять несчастного мальчика перед всем классом. Как же он ненавидел себя за это. Он заметил слезы, проступившие на глазах Невилла, когда объяснял ему, где тот допустил ошибку. Но Северус Снейп поступал так слишком долго, и теперь не знал как остановиться. — Полагаю, ваша бабушка очень гордится вами, мистер Лонгботтом! Я никогда еще не встречал такого великолепного таланта превращать все в катастрофу, как у вас. — На лице Северуса не проступило ни одной эмоции, когда он говорил это, да и откуда им взяться? Годами он тренировался держать такие вещи, как чувства, глубоко внутри себя. Лишь кривая усмешка показалась на его губах, когда он развернулся, и студенты вероятно приняли ее за злорадство. — Сэр, на вашем месте я бы относился к Невиллу немного добрее! — послышался голос с заднего ряда. У Северуса не было сомнений, кому он принадлежит. — Вы мне угрожаете, мистер Поттер? — он медленно развернулся, со своим обычным устрашающим видом и тяжелым взглядом на непроницаемом лице. — Нет, я только прошу вас относиться к другим так же, как вы хотели бы, чтоб относились к вам! — ответил Гарри, глядя ему прямо в глаза. Этот взгляд явно дал понять Северусу, что Гарри его не боится. Ему известно нечто, что Гарри без колебаний может использовать против него, если посчитает, что Северус ведет себя как-то неподобающе. Он старался выглядеть по-прежнему спокойно. Начала неприятно кружиться голова. Поттеру удалось-таки его вывести из себя. Терпение Северуса было на исходе, и Гарри, продолжая вести себя в том же духе, сильно рисковал утратить последние несколько месяцев свободы. Совсем скоро жизнь Гарри изменится навсегда, не важно хочет он этого или нет. На нем повиснет клеймо — стать отцом отвратительного ребенка и весь мир узнает о его участи, навеки соединяющей его душу с ненавистным учителем. Так почему бы Поттеру сейчас же не прекратить действовать ему на нервы, для своего же блага? — Я не нуждаюсь в том, чтобы мне указывали что делать и чего не делать, Поттер. Я достаточно взрослый, чтобы принимать собственные решения, — вкрадчиво начал Северус.  — Это МОЙ класс, если вы успели заметить, — на губах появилась усмешка, а во взгляде предостережение. Гарри ничего не оставалось, кроме как замолчать. *-* Рон и Гермиона догнали Гарри, на пути к лестнице, ведущей в общую гостиную. — Я бы немного притормозил на твоем месте! — сказал Рон, поравнявшись с ним на ступенях. Казалось, что он давно забыл об их ссоре. — Не могу молчать, насколько это было потрясно! — Рон рассмеялся, хлопнув Гарри по спине. — Если вы хотите знать мое мнение, — слева к Рону присоединилась Гермиона, — то я бы сказала, что профессор Снейп тебя боится, Гарри. — Что, летучая крыса боится?! — воскликнул Рон в недоумении, — я поверю, если Снейп придет и сам мне это скажет! — Но так и есть! — с нетерпением продолжила Гермиона, — между тобой и Снейпом явно что-то происходит, Гарри! Я вижу, как вы друг на друга смотрите. До этого момента Гарри молча слушал, но теперь ему пришлось вступить в разговор. — Скажем так, у Снейпа есть секрет, который ему очень не хотелось бы открывать, — Гарри старался говорить как можно тише, опасаясь, что стены Хогвартса могли их подслушать. Рон и Гермиона смотрели на него широко распахнутыми от удивления глазами. — Я так и знал, этот скользкий мерзавец что-то задумал! — с гордостью заявил Рон и ткнул Гермиону локтем в бок. — Прекрати! — Гермиона толкнула его в ответ так, что он чуть не влетел в Гарри, — то, что Снейп хранит секрет, еще не значит, что он замышляет что-то плохое! Гарри не мог не улыбнуться, глядя на них обоих. Они были явно влюблены, но изо всех сил пытались скрыть это друг от друга за взаимными пререканиями. — Послушайте, я бы рассказал вам, если б мог. Но сейчас я не могу этого сделать. Я написал Сириусу, и не хочу что-либо предпринимать, пока не получу ответ. — Ты написал Сириусу? Раз так, значит и правда все серьезно! — Рон вопросительно посмотрел на Гермиону — Все в порядке, Гарри. Расскажешь нам, когда сможешь, — сказала Гермиона с улыбкой. Гарри мысленно поблагодарил ее. Теперь, когда Гермиона взяла ситуацию под контроль, Рон точно не станет делать никаких попыток что-то разузнать. Гарри оставалось лишь сидеть и ждать ответа крестного. *-* Северус пребывал в омерзительном настроении. Только что он выслушал советы по соблюдению диеты от Минервы! Весьма отважно с ее стороны. Конечно, она говорила несерьезно, но Северус тяжело переносил любые шутки в свой адрес. Ему было достаточно всей этой ерунды про булимию, разносившейся по коридорам, не хватало еще слушать как другие люди намекают ему, что он растолстел! Он думал насчет уменьшающих заклинаний, чтобы скрыть беременность, но боялся, что это может затронуть ребенка. Вместо этого он использовал простые чары расширяющие одежду. Это позволяло вещам сидеть на нем нормально, хотя бы какое-то время. Но даже одежда под чарами имеет свои пределы и не может увеличиваться бесконечно. С тяжелым вздохом Северус опустился в кресло своего кабинета. Еще один день лицемерия и притворства выбил его из сил. Он начал задаваться вопросом, есть ли какой-то смысл продолжать все это скрывать. Приходилось держать единственную настоящую любовь его жизни в неведении о том, что могло бы принести настоящее счастье им обоим. Впрочем, Северус сделал свой выбор много лет назад. Когда впервые увидел мальчика, он знал, что пойдет против связавшей их судьбы, из чувства жалости к Гарри. Как он вообще мог претендовать на мальчика двенадцати лет, который прожил большую часть жизни без родителей и был самым ненавистным врагом его темного хозяина. Он дал мальчику свободу. И теперь, эта чертова штука, называемая судьбой, собиралась разрушить все то, что он создавал годами, а заодно и уничтожить его родственную душу. Легкое движение в животе заставило его забыть о проблемах на пару секунд. Почти невесомое, похожее на взмах крыла, оно подействовало успокаивающе на измученного мужчину. Как он мог не любить это чудо? С каждым днем он становился все более мягкотелым, прежний Северус Снейп дал бы ему хорошего пинка, чтобы он перестал себя вести как глупая медуза. Но беременность изменила его. Другая настоящая сторона Снейпа начала медленно проявляться. Да и как он мог не любить ребенка Гарри Поттера, его соулмейта? «Ты продолжишь играть свою роль, Северус. Ради мальчика. Он будет свободен так долго, сколько ты сможешь выдержать. Как ты можешь отказать ему в этом, зная, что рискуешь разрушить его жизнь?»