С днём рождения, Эйс...

Приближающийся праздник на «Моби Дике» виден во всём. Команда украшает корабль цветными лентами и яркими, сделанными из дорогого стекла, фигурками. Саччи с целым отрядом помощников-добровольцев готовят невероятный пир, ингредиенты для которого добывали во всех пяти морях. Периодически распахивающаяся дверь камбуза выпускает на волю такие ароматы, что мимопробегающим пиратам приходится заматывать лица шарфами, дабы не закапать только что надраенную палубу слюной. Эйс, для которого этот Новый Год становится первым, встречаемым вместе с семьёй Белоуса, активно участвует во всеобщем безумии: взбирается на самые верхушки самых высоких мачт, развешивая яркие разноцветные фонари, гоняется по кораблю за Стефаном, так и норовящим уволочь в укромный уголок соблазнительно звенящую коробку с игрушками, и, конечно же, рвётся помогать Саччи на камбузе. Вот только пользы от той помощи маловато, зато наблюдается дикий перерасход продуктов на каждое блюдо. Заметивший эту тенденцию Сатч волевым решением отправляет конопатое бедствие в помощь Марко, как раз набирающему группу для вылазки на остров за праздничной елью. Остров, к которому несколько часов назад причалил «Моби Дик», славится своими хвойными лесами по всему миру. Рядом с некоторыми из растущих здесь деревьев даже командир девятого дивизиона Бленхайм кажется маленьким ребёнком. Эйс, впервые оказавшийся в подобном месте, с детским восторгом мечется из стороны в сторону, разглядывает возносящиеся на многие метры вверх макушки деревьев и даже пытается собирать шишки, но затихает, наткнувшись на громадного рогатого жука. Харута, отправленный вместе с остальными добытчиками ёлки по той же причине, что и Огненный Кулак, встревожено оглядывается, не слишком понимая причин задумчивого и чуть печального молчания новообретённого брата и друга. - Что такое? Что это у тебя? - Геркулес, - Эйс тепло улыбается, перехватывает добычу удобнее, спасая пальцы от грозных жвал, и добавляет: - Луффи был бы в восторге. Рассказов о Луффи – младшем братишке командира второго дивизиона – Харута успел наслушаться вволю, поэтому подробнее не расспрашивает, удовлетворяясь таким ответом. У него нет иной семьи, кроме Отца и его команды, но понять чувства скучающего по родным Эйса Харута, как ему кажется, может. Впрочем, даже если бы командир двенадцатого дивизиона и начал задавать новые вопросы, Эйс вряд ли рассказал бы ему о том, что он вспоминал, глядя на этого редкого жука. О том единственном новогоднем празднике, который они праздновали все втроём в своём доме на дереве. О том, как Луффи, каким-то чудом не только узнавший у Сабо дату рождения Эйса, но и сумевший вовремя об этом вспомнить, подарил брату целый набор своих «сокровищ»: красивый, обточенный бурным течением местной реки, камень; маленького лягушонка, найденного под корнями одного из деревьев и проснувшегося в тепле; небольшое стёклышко, необычайного оттенка, превращающее окружающий мир, если смотреть сквозь него, в яркую сказочную страну. В тот день Луффи даже поделился с Эйсом своей порцией мяса, чего не случалось с этим маленьким резиновым обжорой ни до, ни после… И от этих воспоминаний Эйсу становится тепло и чуть печально, даже несмотря на то, что его новая, невероятно большая семья делает его действительно счастливым. - Эй, мы уже закончили. Идём, - Марко, заметивший состояние Огненного Кулака, взлохмачивает волосы младшего быстрым движением, привлекая внимание к уже уходящим товарищам. - Конечно! – Эйс усмехается, нахлобучивает висящую до того за спиной шляпу на голову и шагает следом за Фениксом. Праздник приближается, а ёлку ещё предстоит украшать. *** Подготовка продолжается до позднего вечера. Суета, царившая на корабле весь день, достигает пика и перерастает во что-то очень гармонично-упорядоченное. Молодёжь под чутким руководством Сатча и Изо накрывает на палубе столы, Бленхайм с Джозом попеременно поправляют символ пиратов Белоуса, украшающий вершину ели, музыканты настраивают инструменты и потихоньку наигрывают старинные песни. А когда на небе появляются первые звёзды, немного уставшие, но счастливые пираты располагаются за праздничными столами. После первых тостов музыка становится громче и зажигательней, медсестёр, только что занятых попытками уговорить Отца пить поменьше алкоголя, утаскивают в круг танцующих, а к самому Ньюгейту подходит Марко. О чём они говорят, не слышит никто, однако смех Белоуса, подобный грохоту землетрясения, разносится по всему кораблю. И через пару минут, когда утихает очередная песня и музыканты и танцующие берут короткую передышку, Отец встаёт и поднимает вверх чашу с саке. - Эйс, а ну-ка встань, чтоб тебя все видели! Подобное вступление заставляет конопатое бедствие, застигнутое в процессе поглощения очередной порции жареного мяса, не только оторваться от еды, но даже вытереть соус с усыпанных веснушками щёк. - Эйс, ты вошёл в нашу семью недавно, но добился уже многого. Тебя знают, тебя любят, ты даже стал командиром дивизиона… Так какого морского дьявола, мальчишка, тебе понадобилось скрывать, что у тебя сегодня ещё и день рождения? На вопрос, повисший в воздухе, Эйсу ответить не дают: восторженно взвизгнувший Харута чуть не сбивает друга с ног, стремясь первым заключить его в объятия. Шумная толпа пиратов – второй дивизион в полном составе – настигает растерявшего именинника чуть позже. Уже спустя десять минут юношу заваливают таким количеством подарков, какого он не получал за всю предыдущую жизнь вместе взятую. Свою лепту вносят и командиры остальных дивизионов, не забывающие не просто поздравить друга, но и, по старинной традиции, оттягать его за уши. Помощники Саччи выкатывают на тележке огромный, в четыре уровня, торт размером с лодку Эйса, если не больше. А изумлённое «откуда вы узнали?» Огненного Кулака перебивается громким криком Марко: - За Эйса!!! За нашего брата!!! Следующие несколько часов превращаются в нечто невообразимое: каждая из медсестёр считает своим долгом потанцевать с именинником, каждый пират – похлопать его по спине и сказать пару поздравительных слов. И новогодний фейерверк пятнает небо яркими красками будто в честь Эйса. И счастье, невероятное, необъятное, совершенно невозможное счастье окутывает его сознание тёплой, ласковой пеленой. А на рассвете начинается снегопад. Крупные белые хлопья кружатся в свете фонарей, переливаются всевозможными цветами и быстро тают, касаясь разгорячённой кожи. Эйс ловит их сначала ладонью, а потом, по примеру Харуты, и языком. Вкуса у снега нет совсем, зато есть ощущение настоящего новогоднего чуда, которое, пожалуй, способно поспорить даже со вкусом фирменного пирога Саччи. И это становится совершенно логичным и очень правильным завершением праздника. Сонливость наваливается на ещё совсем юного, хоть и повзрослевшего на целый год пирата внезапно и со страшной силой, и Марко, заметивший это практически сразу, отправляет Эйса спать. А на следующий день он старательно молчит, очень таинственно улыбается и чуть заметно качает головой на все расспросы о том, откуда же ему стало известно о дне рождения младшего из командиров дивизионов Белоуса. В конце концов, Феникс обещал не рассказывать Эйсу о звонке, поступившем на корабельный Ден-Ден-Муши с одной из баз Флота в Ист Блю.