День святого Валентина

Четырнадцатого февраля Кид ждал с некоторым трепетом. Уже за две недели до этого странного дня ему на ден-ден-муши начал названивать Ло, с восторгом рассказывающий о традициях необычного, не характерного для Саус Блю праздника. Пункты про подарки и вырезание сердечек тревожили особенно: Кид почему-то не сомневался, что если он не угадает с подарком, вырезанным сердцем станет его собственное. О том же, что можно подарить Хирургу Смерти, не знал ни сам капитан Юстасс, ни его первый помощник, озадаченный внезапным вопросом через неделю терзаний. Сам же Трафальгар только смеялся, да шутил по этому поводу столь пошло, что Кид периодически заливался жарким, расползающимся аж до пояса румянцем. И чего в этом румянце было больше - гнева или возбуждения - Юстасс, положа руку на сердце, ответить бы не смог.

***

- Надо сходить в библиотеку, - Киллер с шумом втянул спагетти сквозь дырочки в маске, прожевал и только после этого объяснил: - Там наверняка есть что-нибудь о традициях Норс Блю. Может и про этот "день святого Валентина", - название праздника старпом произнёс с некоторым сомнением, - тоже информация найдётся. Идея Кида захватила. К библиотекам он в последние несколько лет питал весьма тёплые чувства. Именно благодаря этим славным заведениям в его личной коллекции появились такие редчайшие издания, как «Робототехника: наука или искусство?» авторства некоего Вега Рамонеса, «Создание киборга за пятнадцать простых шагов» Кен Тавра и «Лазеры как средство устрашения, усмирения и развлечения», изданное анонимно. Да, Кид определённо любил посещать библиотеки. Однако в этот раз всё пошло как-то непривычно. Во-первых, библиотеку не стали грабить. Уже это с точки зрения Кида было чертовски странно, но Киллер вполне логично заметил, что библиотекари найдут нужную книгу гораздо быстрее, чем сами пираты, поэтому Юстассу пришлось смириться. Второй, закономерно вытекающей из первой, странностью было то, что в библиотеку отправилась не вся команда, а только сам Кид со старпомом. Ну и, наконец, сами книги… Впервые за двадцать три года своей непростой, насыщенной очень разными событиями жизни Юстасс убедился, что читая можно заскучать. Раньше книга, не заинтересовавшая капитана за первые десять-пятнадцать страниц, мгновенно отправлялась на камбуз в качестве растопки или в мастерскую для использования во время особо грязных работ. Здесь же… Здесь приходилось читать всё. Спустя пару часов Киллер, умудрявшийся достаточно шустро разбирать написанное даже через свою маску, отложил очередную книгу и с любопытством посмотрел на капитана, безмолвно и с глухим стуком бьющегося головой о стол. - Уверен, что тебе это вообще нужно? – в его хриплом голосе прозвучало неподдельное сочувствие. – Ну встретитесь, трахнешь его так, чтобы доктор ещё неделю сидеть нормально не смог, вот и весь праздник. Кид вспомнил намёки Ло, явно подразумевающие, что неудобно сидеть будет совсем не Трафальгару, уже почти привычно сравнялся цветом с воротником своей шубы и, издав глухой полустон-рычание, придвинул к себе новый том. Киллер обречённо вздохнул и последовал его примеру. Спустя ещё пару часов старпом издал радостный возглас и, содрогнувшись от взгляда горящих фанатичной надеждой глаз Кида, начал читать. - «День Святого Валентина, также известный как День Всех Влюблённых, пришёл в Норс Блу откуда-то с юга, привнеся и непривычные для этих краёв обычаи. Так, одной из основных традиций стало дарение шоколада – продукта, готовящегося из какао-бобов, растущих исключительно в Саус Блу. Дев… - Киллер на мгновение запнулся, пытаясь подобрать альтернативу компрометирующему слову, - из шоколада делались различные фигуры, чаще всего сердца, которые и преподносились человеку, благосклонность которого пытался сыскать даритель. Принятие шоколада и означало ответные чувства. Ближе к двенадцатому веку начали появляться дополнительные условности и приметы. Так… человек, неуверенный в чувствах возлюбленного, мог добавить в шоколад немного крови. Те, кто хотели оживить угасшие отношения, обогащали вкус угощения южными же специями, вроде айернского перца или корицы. Также использовались просто вкусовые добавки, такие как апельсиновая цедра или орехи. Как бы то ни было, главный обычай не изменился: дарить необходимо не просто шоколад, но непременно сделанный своими руками». Киллер посмотрел на наливающегося гневом Кида и невинно поинтересовался: - Мне сходить, взять поварённую книгу? - Нет, - Юстасс с грохотом встал со стула. – Пошли. Кажется, где-то неподалёку я видел рынок. Шоколад, значит? Будет ему…

***

- Здравствуй, Юстасс-я, - вкрадчиво поздоровался, Трафальгар, входя в номер, которому предстояло стать любовным гнёздышком на эту ночь. Когда его глаза немного привыкли к темноте, Ло чуть разочаровано вздохнул. Не то, чтобы он действительно надеялся, что Кид согласится исполнить одну из тех многочисленных фантазий, которыми Хирург Смерти щедро делился по ден-ден-муши, но… Увидеть Кида хотя бы в чулках хотелось. - Твой подарок! – Юстасс, не тратя времени даром, сунул в руки любовника какой-то свёрток и напряжённо замер, явно ожидая какой-то реакции. Трафальгар удивлённо расширил глаза и свёрток начал разворачивать очень осторожно. Так, будто там могла лежать бомба. Где-то на третьем разорванном слое бумаги по комнате поплыл пряный аромат, на шестом от него заслезились глаза. Когда же бумага закончилась… Кид напряжённо смотрел на Ло. Ло изумлённо смотрел на подарок. Подарок… Подарок не смотрел ни на кого. Подарок болел ветрянкой, желтухой, свинкой и ещё парой-тройкой болезней, опознать которые Хирург Смерти вот так сразу не смог. Ло задумчиво потыкал пальцем то желтовато-коричневое нечто, что лежало перед ним. Сковырнул ярко-красный шарик самого жгучего перца, известного на Гранд Лайн. Не решился коснуться ядовито-зелёного пятнышка расположившегося рядом. - Шоколадное сердце? Это так мило, Юстасс-я, - он шагнул к Киду и впился поцелуем в его губы, одновременно расстёгивая штаны. Сейчас делом выживания было как можно скорее затащить красноволосого капитана в постель. И потом, в перерыве между любовными схватками, отправить «угощение» куда-нибудь подальше. Как можно дальше.

***

«Гринпис бы меня не простил, - чуть виновато подумал Ло спустя три часа, телепортируя шоколадное сердце в залив. – Хорошо, что его нет в этом мире».