К вопросу о героях

— Дозволь, о владыка Элронд, — с полупоклоном произнес Гэндальф, — открыть очередное заседание Светлого Совета. Элронд величаво кивнул. Под диадемой на его челе явственно виднелась печать усталости и озабоченности. — Прежде чем представить вам нашего нового смельчака, — Гэндальф покосился вбок, туда, где сидел щуплый паренек в очках, — позвольте в нескольких словах ознакомить вас с историей последних лет — ибо Светлый Совет изрядно потрепан темными силами, и далеко не все ныне здесь собравшиеся знают, сколь много усилий уже приложено для достижения цели! — Давай, — равнодушно согласился один из людей — по виду гондорец — и закашлялся, прижимая руку к груди. — Боромир, кстати сказать, был участником самой первой экспедиции и чудом остался в живых после битвы у Андуина Великого, — отметил, глядя на него, Гэндальф. — Храбрые хоббиты, вызвавшиеся нести Кольцо, не смогли выйти из пещеры Шелоб, став пищей этой чудовищной твари, порождения Унголианты! Никто и никогда во тьме ее пещеры не сможет отыскать наших друзей среди множества мумифицированных останков! К счастью для нас, Кольцо нашли не орки, а Голлум, которого позднее поймали лучники Фарамира. Фарамир, преодолев десятки препятствий, доставил Кольцо обратно в Ривенделл, и мы стали искать нового героя, способного рискнуть жизнью ради жизни целого мира! Ветер шелестел в буковых кронах, словно говоря: да-да, ради Средиземья и не то можно сделать. — И мы нашли! — воскликнул Гэндальф. — Неизвестный возник прямо перед нами, и его синий воздушный корабль немного походил на «Вингилот»… Приглашенный на совет Кирдан коротко хмыкнул. — …Неизвестный не представился, но легко согласился помочь. Он изучил Кольцо с помощью некоего чудесного жужжащего прибора, сказал, что это «плевое дело», и направил свой корабль к Ородруину. Позднее один из захваченных нами орков поведал, что дух Саурона был крайне разгневан, когда обнаружил в огненной лаве Роковой горы плавающую туда-сюда большую синюю коробку, издающую странный звук. Она чудесным образом не тонет, но и вырваться из объятий этой лавы ей тоже не по силам. Единственной удачей оказалась нетерпеливость нашего гостя: спеша выполнить поручение, он оставил Кольцо у своей тарелки за обеденным столом. — Но нетонущую коробку в Ородруине Саурон нам не простит, — вполголоса добавил Элронд. — Затем всеведущие майа послали нам воина, — плавно продолжил Гэндальф. — Воин был вооружен арбалетами работы нездешних мастеров, луком… — …и чесноком, — с немалым ехидством подсказал кто-то из гномов. Чувствовалось, что говоривший имеет немалый зуб на Гэндальфа. — И чесноком, — нехотя согласился маг. — Взяв с собой Линдира, поскольку, как он объяснил, не привык обходиться без помощников, воин отправился в путь, дошел до Минас-Моргула и там, увы, отвлекся от выполнения порученной ему задачи, вступив в бой с назгулами, в которых признал своих давних врагов. Он попытался вонзать в них осиновый кол, и один раз это ему даже удалось, но результата, как вы понимаете, не возымело. Тело героя до сих пор болтается на воротах Минас-Моргула, а его шляпа пришпилена колом к сердцу. Кстати, — обратился старый маг к Арагорну, — пора бы кому-нибудь снять его оттуда. — Я не властен над воинами Гондора, — привычно сказал тот, разглядывая обломанные ногти. — Могу попробовать сам. — Сиди уж… надежда рода людей, — буркнул Гэндальф. — Линдир, проделавший с воином весь путь, счастливо избежал его участи, своевременно попав в плен к оркам, которые и отнесли его в Изенгард. Хитроумно спрятав Кольцо, Линдир устоял перед посулами Сарумана и в конце концов сбежал из его крепости. Жаль, что он сам не может поведать нам о своих приключениях — после пережитого он слегка заикается, стал нелюдим и, как было неоднократно замечено, никогда не наклоняется за мылом в ривенделлских купальнях… Простите, я, кажется, отвлекся. Итак, следующими отважными стали двое братьев, что откликнулись на наш зов из далекого далека. Братья были храбры, опытны и очень-очень близки. Они заверили нас, что лично знают минимум одного майа, а темных созданий уничтожают пачками на завтрак. У нас не было никаких оснований для недоверия, и, однако, это оказалась самая провальная из всех экспедиций Кольца. В младшем из братьев вскоре после начала похода пробудилась темная сущность, после чего старший думать не мог ни о каком Кольце. Они заключили сделки, кажется, со всеми слугами Темного властелина, которые встретились им на пути, несколько раз были убиты и вновь возращены в Арду, совратили во Тьму кого-то из майа и запутали все так, что значительной части Средиземья еще и сегодня не до Саурона — они разгребают последствия деятельности Охотников. Куда делись сами Охотники — никому неизвестно… и надо сказать, я с трепетом жду их возможного возращения, — добавил Гэндальф, склоняясь к Элронду. — К нашей великой радости, — продолжил он во всеуслышание, — случайно выяснилось, что Кольцо братья еще в самом начале пути посолили и сожгли под одним из буков Ривенделла, сочтя, что на этом со всей его темной силой покончено. Элронд закрыл лицо ладонью и глухо застонал. — И вот, наконец, сегодня, — голос Гэндальфа возвысился, — мы нашли достойного, нашли того, кто способен уничтожить Кольцо и вернуть мир и спокойствие в Средиземье! Гарри, несмотря на его молодость, недавно победил в своем мире Темного властелина, преодолев множество препятствий, лицом к лицу встретившись со смертью и потеряв многих друзей! Его наставник, мой добрый друг, заверил, что Гарри из тех, кто скорее погибнет, нежели не дойдет до цели! Мы с радостью и надеждой вручаем тебе это Кольцо, Гарри, мы верим в твою удачу, а если она оставит тебя — что ж, пока живо Средиземье, здесь будут прославлять твое имя! Гномы, эльфы и люди дружно закивали. Гарри, до этого переводивший взгляд с одного участника Совета на другого, повертел Кольцо в руках. — А знаете что, — задумчиво сказал он, — идите-ка вы все… в Мордор. И Кольцо свое прихватите. А у меня другие дела есть. Он положил Кольцо на стол, взмахнул палочкой и аппарировал. Его ждали квиддич, сливочное пиво и Джинни, которая обещала наконец-то дать.