История о Чертвудском маньяке-пугало

Тёмной ночью в Чертвуде становится особенно не по себе. Брошенные переулки с отголосками света от одиночных фонарей уже привлекали чувство страха, но уверяю вас — это лишь верхушка айсберга... Безоглядно проходить мимо бездомных упырей, пускающих какие-то белые смеси по своим истыканным венам, тоже идея не из лучших. Но если не хочешь получить от отца нагоняй по своей заднице, то пройти нужно именно по этому пути. Те истасканные шалавы и заплывшие рожи алкашей напугают вас похуже, чем романы Стивена Кинга. Серьёзно, когда идешь мимо этого места волосы дыбом встают, и кажется, что начинают медленно седеть. Вся эта готическая обстановка нагоняла страх настолько, что я словно попадаю в "пятницу 13" или же слушаю очередную байку про "Чертвудского маньяка-пугало". К слову о нём - типичный городской байк от наших стариков, в который я не верил до тех пор, пока не прочитал несколько заголовок и старых статей из газеты "Трай Сайл". Информация о том, что я узнал хоть и кажется довольно нереальной, но она правдивая. Вряд ли кто-то бы стал опубликовывать такие странные факты в эту респектабельную газету 40-ых годов. Те несколько бездыханных тел подростков находили в разных точках города, но их всех объединял лишь способ неизощренной кончины — перерезанная шейная артерия и сатаническая символика на правой ладони, чем-то напоминающая змею с рогами буйвола. По легендам выживших — это нечто подходило к началу выезда на шоссе Дункина, где выжидало заблудших и одиночных спутников ночи. Будущие мертвяки проходили параллельной стороной трассы, стараясь отвести взгляд от этих неровно сшитых лоскутков ткани и острейшего лезвия пшеничного серпа, но боковое зрение все равно улавливало этот демонический образ. Но самым пугающим для людей была: вырезанная до формы зубастого уродца — гнилая тыква. После того, как жертва отдалялась всё дальше и дальше, это огромное чучело даже не сдвигалось с места. Пока его жертва рефлексом оборачивалась назад, он магическим способом исчезал из виду. Но в тот момент, когда его цель оборачивалась в исходное положение, кромка серебристо-темного серпа отражала сияние страха, тут же происходил легкий, но в то же время точный удар вдоль сонной артерии. Кровь разлеталась на тыкву напором прорванной трубы и она медленно падала на колени, а потом на землю. После, уже оставив свою змеино-бычью метку, оно уходило своей кровавой тропой в долину городских мифов...