Тёмная сторона души оружейника

      В пропахшей пылью, заполненной книгами комнате сидели два эльфа. Их спор длился уже не первую минуту.       — Не понимаю я тебя, Най. Ну что хорошего может быть в этих людях? Ни красоты, ни грации, ни гибкости…       — Зато сколько эмоциональности, — улыбнулся Найелар. — Они не прячут своих чувств, живут так мало, что готовы отрываться на полную катушку.        — Это даже звучит скучно… Ладно, так и быть. Отдам дань уважения нашей дружбе.       — Ну и славно. Выезжаем немедленно, — Найелар закрыл книгу, в которую все ещё продолжал пялиться чернокнижник.       Раньше Найелар считал Кеммотара своим другом. В детстве вообще часто считаешь другом того, с кем часто встречаешься и проводишь беззаботное время за весёлыми играми. Не нужно присматриваться, искать общие интересы, высматривать достоинства и недостатки. Просто подошёл, представился, сказал волшебную фразу «давай дружить» и вот у тебя уже новый друг и напарник по играм и изучению окружающего мира. Но, как это обычно бывает, идут годы и пути недавних друзей расходятся по совершенно разным дорожкам. Пока Кеммотар горбился над очередной книжкой, Найелар избивал многострадальный манекен, оттачивая свое мастерство до совершенства. Один впервые пробовал вино и девушек, другой радовался новому освоенному заклинанию. Найелар совершенствовал тело, а Кеммотар развивал ментальные навыки. И теперь, спустя многие десятилетия, один из лучших бойцов Луносвета сидел напротив того, кого называл когда-то другом, и понимал, какая огромная пропасть их разделяет. Какими они стали разными и далёкими друг от друга.       — У тебя вообще была девушка, или это вся твоя жизнь? — Найелар кивнул на полки с книгами.       — Я чернокнижник. Весьма талантливый, надо заметить. Так что при желании, все мои потребности удовлетворит суккуб.       — При желании и рукой можно, — фыркнул Найелар. — Но сами отношения, эмоциональность… Ай, да что я объясняю. Идём, сам все увидишь и попробуешь.       — Куда? — Кеммотар рассматривал лежащий перед ним свиток и шарик искусной работы. — И что это?       — В Златоземье, конечно! Это сфера обмана, очень редкая вещь. Так что активируй скорее, отправляемся веселиться и радоваться жизни!

***

      Филипп катил перед собой полную капусты и моркови тачку и думал о жизни. Вот уже в который раз он представлял, как интересно могла бы сложиться его жизнь, если бы он был не младшим, а старшим братом. Держал бы в руке не скользкое от пота, отполированное ежедневным трудом древко мотыги, а благородный меч. Носил бы латы вместо позорных штанов с заплатками и застиранной рубахи. Получал бы ежемесячное жалование, а не выручку с продажи урожая, который зависел то от погоды, то от разнообразных вредителей, облюбовавших огород.       — Джеймс! Ты тут что-ли? — Филипп остановил тачку у заднего входа в таверну, который вёл на кухню.       — Здесь я.       Из двери вышел коренщик, вытер руки о серый, замызганный фартук, снял с плеча полотенце и промакнул блестящее от пота лицо. Похлопывая по внушительному животу, он осмотрел товар не только поверхностно, но и проверил несколько овощей, что лежали глубже. Видать, привык уже, что другие продавцы любят припрятать гнилье.       — А ну, подсоби.       Джеймс подставил мешок, подождал, пока Филипп наклонит тачку, сгружая содержимое.       — Хороший товар, да маловато. Привози ещё, — коренщик вложил несколько монет в руку парня. — Ну, бывай!       Махнув рукой, человек скрылся на кухне. Филипп пересчитал монеты. Четыре серебряных. В Штормграде можно было и больше выручить, но пока до него докатишь тачку, пол дня пройдёт, да ещё и ограбить по дороге могут. Нет уж, лучше он и впредь будет сдавать урожай в «Гордость льва», ведь если подумать, таверна Златоземья не такое уж и плохое место. Многие герои заходят сюда, вспомнить молодость и потравить интересные байки о своих приключениях. Филипп вздохнул, поднял закатившуюся под тачку морковку, да так и пошёл в таверну, задумчиво крутя в руке овощ и вспоминая рассказы о странствиях и невиданных монстрах.

***

      Кеммотар, хоть и с некоторой скукой, но все же наблюдал, как развлекается его старый друг, натягивая лежащую на столе блондинку, закинувшую ноги на плечи рыцаря.       — Я даже спиной твою кислую мину чувствую, — фыркнул Найелар. — Поверить не могу, что тебе никто не понравился. Иди, посмотри ещё раз. И ещё пару бутылок возьми. А лучше сразу шесть, чтобы второй раз не ходить.       — Ладно, — вздохнул Кеммотар, мысленно отдавая приказ суккубе продолжать.       Та была и не против — ей вполне неплохо сиделось на лице блондинки, да ещё и симпатичный друг хозяина не забывал оказывать внимание, то и дело одаривая страстными поцелуями. Мнения блондинки никто и не спрашивал, её задор подкрепляла сначала щедрая плата, а потом — заботливо добавленные в выпивку зелья, расслабляющие тело и ум и вызывающие непреодолимое желание сношаться.       Чернокнижник спустился вниз, теша себя мыслью, что если и не развлечется, то хоть новые зелья протестирует на местных шлюхах. А потом он увидел его.       Было что-то притягательное в парнишке, который, переступив порог таверны, испуганно озираясь, чтобы не попасть под горячую руку набравшихся посетителей, пробирался к барной стойке. Далеко не с первой попытки он привлёк внимание бармена и, положив перед ним монетку, попросил кружку самого дешёвого пойла, продолжая что-то теребить в руке.       «Морковка?!» — Кеммотар выпал в осадок. Он повидал в жизни много чудес, но чтобы в таверну приходили со своей морковкой… Такое он видел впервые. Мысленно окрестив пацана кроликом, чернокнижник продолжал смотреть, как смешно тот уверял, что ему можно пить эль, ведь сегодня ему исполнилось шестнадцать.       Раскрасневшийся парень наклонил кружку, сдул пену, смешно шевеля губами, отпил. Осторожно оглянулся, рассматривая посетителей таверны, поправил пальцами светло-рыжые растрепанные волосы.       «Кажется, змей нашёл своего кролика», — Кеммотар усмехнулся и направился к стойке.

***

      Филипп сглотнул прохладный напиток, надеясь, что тот поможет справиться с предательским румянцем, залившим лицо, когда бармен посмел усомниться в его возрасте. К стойке подошёл ещё один посетитель. Когда тот сделал заказ, Филлип невольно захотел оглянуться, чтобы посмотреть, кто же заказывает такой дорогой алкоголь, да ещё и в совершенно невиданном количестве. Если бы Филлипу такая бутылка досталась, он бы её поставил на полку и раз в год открывал, чтобы понюхать. А этот… Он его что, пить собрался, что-ли? Скосив глаза, парень едва сдержал восторженный вздох. Такая дорогая, шитая золотом мантия была недоступна простым смертным. Наверное, придворный маг, а может, и вовсе, настоящий герой!       — Могу я поинтересоваться, зачем Вы принесли сюда морковку?       Филипп едва не выронил кружку, когда с ним заговорили, да ещё и вежливо. Не «эй-ты-да-чтоб-тебя», не «пшел-с-дороги», а вежливо и спокойно, да ещё и сказали «Вы», как равному.       — Я… Эээ… Да вот… — парень поспешно поставил кружку на стойку, чтобы не расплескать в трясущейся руке. — Продаю…       — Интересно… Продайте её мне. Сколько Вы за неё хотите? Этого хватит?       — Да я просто фермер, Филлип. Можно на «ты», — парню явно было неуютно слушать это «Вы». А потом он посмотрел на лежащую перед ним монету, которую сначала принял за медную. Кругляш поблескивал самым настоящим золотом.       — Боюсь, у меня сдачи не найдётся. Давайте, я вам просто её подарю?       — Тогда я подарю тебе это, — незнакомец вынул морковку из вспотевшей ладони парня и заменил на всё ту же монету. — Слышал, у тебя день рождения сегодня. А какой праздник без подарков?       — Мне как-то неловко… Даже мама про мой день рождения не вспомнила.       — Какая досада. Хочешь, проставимся всей таверне, чтобы они выпили за твоё здоровье?       — Нет-нет, не надо! Это будет ещё более неловко.       — Понимаю, — незнакомец качнул капюшоном. — Я тоже не люблю эти толпы пьяни, которые к концу праздника не могут вспомнить даже, что отмечают.       — Да, действительно, — паренёк усмехнулся, теребя монету.       — Тогда предлагаю отметить в более уютной компании моего друга и милых девушек. Этот засранец, мой друг, так увлёкся, что совершенно забыл про меня и мне теперь ужасно скучно. Не откажешь составить компанию? Еда и выпивка за мой счёт.       Филлип колебался. Желание согласиться, боролось с предупреждениями мамочки на тему незнакомцев, предлагающих странные вещи, да ещё и какая-то дурацкая поговорка про сыр всё лезла в голову.       — Не знаю, удобно ли… Что я, простой сельский парень, могу рассказать вам?       — Хотя бы, как выращивать морковь. Думаю, заняться садоводством на досуге.       — Ну… Хорошо…       Филипп пошёл за незнакомцем на второй этаж, попутно вспоминая, всё, что знает о выращивании растений. Но едва он перешёл порог, все вылетело из головы. Комната была наполнена сладковатым дымом. Неподалёку от огромной, прикрытой балдахином, кровати стояла самая настоящая ванная, наполненная водой, от которой шёл пар. Филипп и представить не мог, что такая роскошь скрывалась на втором этаже «Гордости льва». На столе, расположившись между многочисленных блюд, лежала девушка с широко раздвинутыми ногами. Парень видел её и раньше, но в одежде. Теперь же он с любопытством рассматривал покачивающуюся грудь, напряжённый животик и устроившегося между её ног мужчину, по всей видимости, бывшего тем самым «другом». Филипп, хоть сам этого и не пробовал никогда, вполне имел представление, что и куда должен засовывать мужчина женщине, но теперь его теория трещала по швам. Мужчина проникал в блондинку блестящей от смазки кистью руки, а та, будто и не удивленная вовсе, тихо постанывала.       «Наверное, ей очень больно», — Филипп, раскрыв рот, смотрел за происходящим.       — Силриэль, встреть нашего гостя, как полагается, — раздалось из-под капюшона чернокнижника.       Простучав копытами по полу, суккуба послушно подбежала к пареньку, с улыбкой провела коготками по груди.       — Какой милый мальчик…       Филипп завороженно смотрел на подбежавшее к нему нечто. Он слышал истории о том, что чернокнижники могут подчинять демонов, но чтобы вот так… Суккуба уже положила ладони паренька на свои упругие бедра и покачивала ими, наслаждаясь реакцией.       — Господин Кеммотар, мой дорогой Мотти, почему у твоего гостя потекла кровь из носа? — пропела суккуба.       — Ну что, выбрал себе ш… — Найелар, обернувшись, так и замер на полуслове, понимая, кого себе выбрал его друг. И к этому эльфу он ещё голым задом поворачивался!       Кеммотар, игнорируя возмущенный взгляд, усадил паренька на кровать, дал салфетку, чтобы тот вытер кровь. Суккуба нагло разлеглась рядом, абсолютно не стесняясь ласкать себя, скользила коготком между ножек.       — Вот, выпей, станет легче.       «Мама-дорогая, куда я попал?!!!» — парень опрокинул в себя залпом бокал вина, так заботливо предложенный его новым знакомым. Точнее, незнакомым, о чем он так внезапно вспомнил.       — Простите, а как Вас зовут?       — Тебя только это сейчас интересует? — чернокнижник смеялся от души. — Всё по-разному называют. Кеммотар, Господин, Мотти… Тот молчун, стоящий к нам задом — Найелар. А это милое создание — Силриэль. Кеммотар звонко шлепнул суккубу по упругой заднице.       — Ясно… А про овощи сейчас рассказывать? — прошептал в ответ парень и грохнулся в обморок.