Кладбище чистой души

       Люцифер прижал к себе Хлои, которая тряслась как осиновый лист. Он вернулся слишком поздно, и увидел, как она пытается одной рукой с дрожащими пальцами, набрать в сотый раз его номер, когда свой телефон он разбил, разбираясь с Ксафаном. Завидев его, девушка сорвалась с места, и не обращая внимание на гипс, прижалась к нему настолько сильно, что ему казалось, ещё немного, и она переломает ему все кости, если такое, вообще, возможно.        Она плакала, крупные слёзы скатывались по её щекам и капали на его окровавленную рубашку с её подбородка. Он был рядом, гладил её по спине, но её поведение было слишком странным.        Он огляделся по сторонам, отмечая, что здесь слишком тихо, и, по всей видимости, в доме никого, кроме неё нет. — Он забрал Трикси, — она поднимает губы, отстраняясь от него и держится за живот, лицо бледное, сливается с белыми стенами в прихожей, и он уже чувствует что-то неладное. — Ты… — он осматривает её с ног до головы, и видит помятую одежду, растрепанные волосы, разбитую губу. Она усмехается ему, и слезы исчезают с её глаз. — Какой же ты дурак, Люцифер, — она проходит к дивану, выходя в гостиную, и садится на него, перекинув одну ногу на другую. Асмодей и его дружки были здесь, и, судя по тому, что сейчас делает Хлои, они добились того, чего хотели. Они забрали её душу.        Через мгновение, она сваливается на пол, и её тело бьётся в конвульсиях, выпуская наружу весь свет, который в ней был. Она растворяется также быстро, как появилась в его жизни, а он не может сдвинуться с места, чувствуя, как уже по его лицу бегут слёзы. — Хлои, — кричит он, захлёбываясь в собственных слезах. Свет исчезает, а её бездыханное тело лежит на полу в неестественном положении. Из её рта сочится кровь, а живот вспорот и оттуда торчит головка маленького человечка.        Этого просто не может быть. Дьявол трясёт головой в разные стороны, отгоняя дурные мысли. Он закрывает глаза, снова их открывает, щипает себя за руки, пытаясь привести в чувства. Это всё сон. Плохой сон. Он сейчас проснётся с ней в кровати, прижмёт это хрупкое тельце к себе и зароется в густых волосах, так вкусно пахнущих.        Он подрывается, глубоко дыша, пытаясь хватать кислород ртом. Перед глазами всё плывёт, и он не может сфокусировать свой взгляд. В любом случае, в голове проносится мысль, что весь этот ужас был лишь сном, и он проснулся. А значит с Хлои и Трикси всё в порядке…        Он трясёт головой, чувствуя, как руки сзади что-то сильно сжимает. Конечно, он в наручниках. Как же иначе?        Воспоминания вереницей проносятся в его голове и он зажмуривает глаза, чтобы те не вылетели из орбит. Зрение восстанавливается, и он отчётливо может увидеть серые бетонные стены, окна, заколоченные досками, и лишь одна лампочка, висевшая посредине потолка, освещала помещение. Оно было слишком маленьким, больше похожим на какой-то подвал. Его руки были прикованы наручниками к батареи, и сам он не мог понять, как демоны смогли его обессилить.        Резкое осознание, что он оставил одну Хлои, приходит в его голову и он с ужасом понимает, что этот сон может превратиться в реальность, если он не выберется отсюда в ближайшее время.        Он слишком хорошо знал Деккер, и, судя по тому, что его похитили, демоны тоже об этом знали. Она не будет сидеть дома сложа руки, а его святоша-брат наведается к ней, чтобы всё рассказать и не выстоит перед её напором пойти на поиски с ним. Единственное, что хоть немного его успокаивало, так это то, что она не бросит в доме Трикси одну. Если только эти идиоты — Мейз и Аминодиил — не притащат за собой детектива-кретина или ещё кого, с кем можно оставить отпрыска.        Он провёл рукой по волосам, глубоко вздыхая. Это всё было огромной ловушкой, в которую он попал, и теперь тянет за собой и её. Ту, которую так сильно любит, и которую оберегал от всего этого. «Уберёг? Кретин! »        С силой пытается вырваться из наручников, но они не поддаются дьяволу, из-за чего тот приходит в ступор. Он чувствует себя нормально, так почему же силы не действуют?        Он снова откидывается назад, несильно ударяясь головой о бетонный пол. Что бы там ни было, он должен выбраться отсюда и поскорее найти Хлои.

***

       Она распахнула глаза, когда кто-то сильно дергал её за здоровую руку. Ей казалось, что всё произошедшее — сон, но видя перед своим лицом наглую рожу Михаила, она поняла, что всё реально. Подскочив с дивана, на котором вчера отрубилась, она встаёт на ноги и делает несколько шагов назад от улыбающегося брата Люцифера, выставляя в свою защиту руку вперёд. — Что ты тут делаешь? — она упирается спиной в стену, и её сердце готово выпрыгнуть из грудной клетки, переломав все кости. — Не стоит меня бояться, Хлои, — он поднимает руки вверх, показывая, что не причинит ей вреда, и, почему-то, ей хочется ему поверить, поэтому она облегчённо выдыхает, сгорбившись у стены, — Я пришёл, чтобы помочь вам найти Люцифера.        Хлои хмурится. — А тебе из этого какая выгода? — спрашивает она, кажется осмелев настолько, что, возможно, готова врезать ему, если он начнёт болтать какую-то чушь. — Он же мой брат, — простодушно пожимает плечами мужчина. Глаза Хлои мелькают каким-то странным для ангела огоньком, и он сам рефлекторно делает шаг назад. Деккер поняла уже давно, что он не собирается убивать её. По крайней мере не сейчас, — Так что, какие у тебя есть предположения?        Она качает головой в разные стороны, строго смотря на него и тыкая пальцем в грудь, когда подходит вплотную. От неё пахнет цветами и клубникой, и Михаил в какой-то момент не может перестать принюхиваться. — Мои предположения останутся в тайне от всех. Сейчас я не могу доверять даже родному отцу, — она замечает его взгляд и пытается понять, что он собирается делать, делая снова пару шагов назад. Он усмехается и отходит к дивану, на котором недавно спала девушка. Он всё ещё пахнет ею. — А где Мейз? — спрашивает, сглотнув. Кажется она поняла больше, чем должна была, и это заставляло держаться от копии Морнингстара подальше. Не то, чтобы она его боялась, как, например, Асмодея, но какая-то тревога засела у неё в груди и не хотела отпускать. — Поехала за твоим отцом, — объяснил он, перекидывая ногу на ногу, — Он же снова детектив. Нам не помешают рабочие силы.        Хлоя обессилено закрыла глаза. Только отца здесь не хватало для полного счастья. Хотя, с другой стороны, возможно Михаил был прав. Им действительно не помешает ещё один человек, имея одного демона и ангела. Но как только она себе представляла всю эту «операцию» по вызволению дьявола, её перетряхивало от одной только мысли, что может пойти не так. Всё может пойти не так. Начиная с того, что кто-то может пострадать, и заканчивая тем, что её папа может слишком переусердствовать в переживаниях за неё.        Она не успела до конца понять, что делать, когда двери лифта распахнулись, и она застыла на месте, понимая, что до этого наматывала круги по пентхаусу, приложив кулак к подбородку.        Мейз усмехается, держа мужчину за рукав куртки и выталкивает из лифта. Хлоя на мгновение замирает, пытаясь реализовать ситуацию. Она ещё не до конца смогла поверить в то, что её отец жив. — Привет, — улыбается она ему и делает неуверенные шаги навстречу. Джон отмечает, что именно так она начала, в принципе, ходить, делая первые шаги по направлению к нему. Он заключает её в свои объятия, понимая, как сильно скучал по своей Мартышке. — Может ты мне объяснишь, в чём дело, потому что она вытащила меня из участка, сказав, что миру грозит апокалипсис, — он повернулся к Мейз, на что та лишь кивнула. — И это правда. Что ещё нужно было сказать? — она вопросительно изгибает бровь, когда Хлоя поворачивается к ней. — Не будет никакого апокалипсиса. Мы найдём Люцифера и он отправит обратно в Ад всех демонов, — заключает она. — Демонов? — удивляется Джон, наверное только сейчас осознав, что здесь всё связано с божественным. — Демонов, — подтверждает девушка, опуская голову. Она не признавалась себе, но она действительно боится того, что с ними может произойти, но отступать нельзя. На кону жизнь Люцифера. Жизнь невинных людей. — Да, я более, чем уверена, что с твоим ненаглядным всё в порядке. А вот с тобой не будет, если ты сунешься туда! — рявкнула демоница. — Это всё ловушка для таких лохов, как вы с Люцифером. Это ж надо было додуматься пойти с демоном один на один. Демоны первые лжецы на этой планете, им свойственно обманывать, и этот придурок знал об этом. — А что ты предлагаешь тогда?! — сорвалась Деккер. — Просто сидеть сложа руки и ждать, пока его частями по почте пришлют?! — Всегда знала, что любовь выбивает мозги, но никогда не думала, что настолько. Будь по твоему, только сделай так, чтобы он меня потом не четвертовал, когда найдёт тебя мёртвой в лесу, в который ты собираешься, — Смит повернулась на ничего непонимающего Джона, а потом продолжила, — И с чего ты взяла, что это именно тот лес, который ты видела?        Хлоя вздохнула. Дышать было тяжелее, чем обычно, как будто грудную клетку кто-то сдавливал. — Потому что это единственный лес в ЛА, где деревья так близко друг к другу посажены, — отвечает она, — Мы с папой часто гуляли там в детстве, и я помню тот погреб. — Да, только до этого погреба идти полдня нужно, — встревает Джон, всё ещё пытающийся переварить информацию, — И ты не пойдёшь никуда. — Чего?! — Это слишком опасно, Хлои, и ты сама это прекрасно знаешь. Мейз всё же рассказала мне немного по дороге, чем всё это может закончится, и я не хочу, чтобы ты погибла таким образом, — отвечает мужчина, прикоснувшись к щеке дочери, — Меня долгое время не было рядом, и я знаю, что ты очень сильная, детка, но в этот раз с этим должны разбираться ангелы, а не ты. Ты ничем не поможешь, лишь подвергнешь себя опасности. Разве этого хотел бы Люцифер? Разве не для твоей безопасности он купил дом, адрес которого никто не знает, кроме Аминодииля?        Хлои нахмурилась и опустила взгляд. Она понимала абсолютно всё, но сдаваться не собиралась. Да, Люцифер будет злиться, будет ругаться. Но она не бросит его. Он никогда не бросал её, защищал, закрывал собой, возвращался в Ад ради неё, теперь пришла её очередь жертвовать собой ради него. И она никогда не будет жалеть об этом. — Её не переубедить, — обречённо сказала Мейз, заметив боевой настрой подруги. В груди что-то неприятно сжалось и захотелось закричать на весь мир, чтобы эта полоумная остановилась. Только сейчас Смит поняла, что боится потерять её навсегда. Лишившись души, она просто исчезнет, и ни в Аду, ни в Раю её уже не будет. Люцифер никогда не сможет вернуть её. И это убивало демоницу. — Да будет война! — весело воскликнул Михаил, слишком громко хлопнув в ладоши, из-за чего девушки вздрогнули. Смит перевела на него убийственный взгляд, и собиралась уже направиться в его сторону, чтобы придушить. — Нет. Не будет, — вдруг произнёс он, сделав шаг назад, — Не будет войны, — подтвердил он, обводя взглядом всех присутствующих. Похоже он начинал понимать, за что любит его брат простую смертную.

***

       Она не знала, почему согласилась сесть за руль внедорожника своего отца, но отступать было уже поздно. В это время в Лос-Анджелесе были жутко забитые дороги, и Деккер едва только успевала жать на педаль тормоза, когда перед её мордой вскакивал какой-нибудь смельчак. Она сигналила и иногда даже материлась, хотя периодически сама понимала, что перегибает палку. В другой любой ситуации, сиди рядом с ней Люцифер, они бы пошутили про то, что дьявол обязательно покарает души тех, кто посмел когда-либо подрезать её. И из-за этих мыслей становится ещё хуже. За двадцать минут езды, они продвинулись всего ничего. Все светофоры, которые есть в городе, загорались зелёным сотню тысяч раз, но они лишь на несколько метров могли продвинуться, пока все, кто был впереди, пытались проехать.        У неё болела голова, солнце нещадно светило в разгорячённый салон, хотя на небе уже давно скопились грозовые тучи. Хлоя лишь жалела о своей невнимательности, когда, выходя из дома, она забыла свои солнцезащитные очки и теперь щурилась, стоя первой у светофора и пытаясь разглядеть, какой сейчас цвет, пока раздражающие гудки сзади не заставили отпустить её педаль тормоза. Она сорвалась с места, нарушая все правила дорожного движения. Следующий участок дороги, из-за того, что давно требовал ремонта, был менее загружен, поэтому она смогла разогнаться до 90 км/ч, не думая о том, что сейчас придётся остановиться. Однако, как только дорога стала разветвляться из разных сторон, а самые умные, кто решил объехать бездорожье другим путём, начали выбираться как тараканы, они снова встали в длинную пробку.        Хлоя глубоко вздохнула, и Мейз, сидевшая рядом с ней, даже усмехнулась, крутя в руках свои ножи. Деккер даже не обращала на них внимание, витая в своих мыслях, и только сейчас смогла расслышать, что играет по радио. Сзади сидели Михаил и её отец, которые были особо молчаливы. В частности из-за того, что у Джона было куча вопросов, хотя бы по поводу того, что у Люцифера есть брат-близнец.        Она барабанила пальцами по рулю, тряся свободной ногой, из-за чего машину начало потряхивать. — Успокойся, — послышалось сзади, — Судя по навигатору, осталось совсем немного, — отец хотел её приободрить, но выходило слишком отвратительно, потому что девушка тут же скривилась, посмотрев на вереницу машин, которые, как ей казалось, не собирались сдвигаться с места вовсе. И лишь раздражённые гудки сзади, к которым она изредка присоединялась, не давали ей снова погрузиться в размышления, где она видит окровавленное тело Люцифера.        Солнце скрылось за густеющими чёрными тучами, и послышались первые раскаты грома. Ветер стал сильнее дуть и пришлось закрыть окно, имея лишь слабенький кондиционер в машине. Пожелтевшие листья начали свой танец по нагревшемуся асфальту и Хлоя взглянула вверх. — Похоже будет гроза, — отметила она, сощуривший. Зато солнце больше не слепило ей глаза.        Они сдвинулись с места, и она прибавила скорость, чтобы побыстрее проскочить и никого не впускать, но перед её носом снова выскочил какой-то парень на белом мерседесе, показывая ей средний палец и уезжая «в закат», а вслед за ним ринулись и все остальные. Она с грохотом стукнула по рулю, откидываясь назад и прикрывая глаза. — Может стоит мне дальше вести? — спросила Мейз, вырывая её снова из мыслей. — Нет. Так я могу отвлекаться на дорогу, — коротко ответила она, воспользовавшись тем, что женщина, сидевшая за рулём сбоку от неё, уткнулась в телефон, и рванула с места, оставляя лишь клубы пыли на том участке дороги, где был песок.        Больше никто не проронил и слова. На улице значительно потемнело и ливанул сильный дождь. Дворники только успевали смывать капли с лобового стекла, когда там появлялись новые и они беспрерывно херачили в разные стороны. В какой-то момент показалось, что они сейчас просто отвалятся от такой скорости.        Они съехали с хорошей дороги на какую-то тропинку, ведущую вниз. Склон был слишком крутым, и приходилось ползти как последняя черепаха, чтобы не перевернуться на размытой дороге. Им пришлось остановиться, когда сверкнула молния и повалило дерево прямо перед мордой машины. Хлоя только успела нажать педаль тормоза, когда всё это произошло в миллиметрах. Она дёрнула рычагом, ставя машину на паркинг и тут же отпустила педаль, пытаясь дышать глубже. Их только что чуть не убило деревом. И спасло лишь то, что за годы работы в полиции, у неё сформировалась хорошая реакция. — Кажется дальше нам придётся идти пешком, — заговорил Михаил, как-то подозрительно улыбаясь и Хлою передёрнуло от его интонации. Она поверила ему, и ей не хотелось, чтобы её чутьё подвело. Во всяком случае не сейчас.        Гром гремел чуть ли не над ними, а новые вспышки молнии вызывали внутреннюю дрожь. Она боялась грозы, когда находилась дома, а сейчас… Чёрт возьми, они все сидели в машине, и их чуть не убило деревом, в которое ударила молния. Она переползла на заднее сидения, заглушив двигатель, и прижалась к отцу, крепко обнимая его. — Здесь так ничего и не изменилось, — усмехнулся он, поглаживая её по спутавшимся волосам.