Никто...

      Свобода. Никогда никем неслыханная и невиданная. Свобода точно воплощается в иной форме: свободы оказываются невидимы, как в мире существует мечта быть никому ничем, в которой реальность оказывается лишь слепым эхом. Или наоборот – реальности там и сям принимаются за свободу, и весь мир погружается в бессмысленную путаницу. Нельзя жить с иронией по поводу дурацкого варварства и убогости повседневной жизни – ведь ее не просто можно, а нужно защищать. Быть в эпицентре событий, передавать информационные пакеты и выступать «при жизни» со спецречами. Все должно быть просто. Зачем напускать ненужную таинственность в свой только-только раскрывшийся духовный мир? Чего ради мы возводим вокруг себя циклопические стены молчания? Печально, но ответить нельзя. Что и требовалось доказать. А что можно считать свободой?- резко прервал Алексей. Попробуем ответить. Пожалуй, только реализуемое лично каждым из нас, каким бы он ни казался себе бесстрашным пророком. Да-да, не надо не доверять мне на слово, я говорю правду. Ничего от нас не скрывайте, доверяйте. Если мы не можем верить даже вам, о чем же можно говорить тогда вообще? Можно только показать, да? Можно даже показать мир, в котором мы не живем. Что, плохо? Да почему плохо-то? Да ведь глупо это, Максим, делать. Глупо и страшно. Свободные мысли - вот порок твоей свободы,- опять ответил ,прерывая меня, Максим. А свобода, напротив, должна быть всем. Это её уникальная возможность и сущность. Именно этим и определяется качество жизни. Чем больше свободы, тем лучше. Не могут же одни чувствовать себя счастливыми, а другие нет. Разве могут? Может быть, только в некоторых, и то с натяжкой. Или же не чувствуют, только делают вид, что чувствуют, и все. И от этого ведут себя так, словно счастливы. Вот ты, например, имеешь свободу делать вид, что ты счастлив. Счастье?...