Зверек

*** — Что скажете? — спросил Александр, когда доктор пришел к нему в временный офис. — А что я могу сказать… — вздохнул мужчина и сел в кресло напротив, — У вас есть татуировка на ступне? Смоллетт поджал губы, но промолчал. — Прости. По поводу мальчика. Он не выражает эмоций, будто он не умеет их испытывать, я не верю что это возможно. Скорее всего он умеет их подавлять. Он всегда настороже, всегда готов зашищаться, — Ливси задумчиво рассматривал ручку, которую взял со стола, — Он не доверяет. При этом… хм. Доктор выровнялся на стуле и нахмурил брови. — Что? — спросил агент. — Он не убрал руку, не первый не второй раз, — припомнил врач. — Что это значит? Короче, Дэвид, Зверек психопат или он безопасен? Я должен знать, что с ним делать дальше. — Не называй его так. Он человек, только… очень необычный. За ним кто-то следит? — Камеры и еще пятеро сотрудников, подмениваем каждые два часа, чтоб не прогавили. Мужчины замолчали, а доктор все еще хмурил брови. Нежданно в дверь постучали. — Войдите, — ответил командир. — Простите, сэр, но… — вошедший солдат сильно нервничал. — Что? — агент напрягся и встал. — Он исчез… — Кто?! — теперь и доктор поднялся. — Закройте все ходы и выходы! Проверьте камеры! У него нет даже телефона, зверек не мог сбежать! Смоллетт был в ярости. Как можно упустить из виду двенадцатилетнего мальчишку и не найди его в четырех стенах? Пока агент и доктор направлялись к камере, другие работники базы уже как муравьи метались по коридорам. — Да я с вас шкуру спущу… — начал было Смоллетт, войдя в камеру и тут же замер. На койке посреди камеры сидел Зверек. — Восемь минут, — хмыкнул ребенок, взглягув на наручные часы. — Что? — не понял мужчина и обернулся. — Я вышел отсюда восемь минут назад. Простите, мне нужно было в туалет. Я успел сделать свои дела, вымыть руки и позаимствовать часы у мисс Марпл. Не той, что детективом была — это ваша уборщица, — мальчик спокойно протянул часы начальнику, — Не могли бы вы их вернуть? Спасибо. Все стояли в шоке и не знали что говорить. — Я рад, что вы пришли, — продолжая сидеть в позе лотоса, невозмутимо и ровно говорил ребенок, — Хоть и не знаю зачем. — Как ты одурачил охрану? — спокойно спросил Смоллетт. — Вышли все! — Они сами себя одурачили. Вы не забывайте, что я взломал одну из самых сильных защит в мире. Осталась только Америка и Северная Корея. — Чего тебе нужно? — Ничего. Я познаю этот мир на ощупь. Хотя, кое-что мне все же нужно — мобильный телефон. Только не Lenovo, прошу. Агент внимательно смотрел в глаза мальчишке и не знал, это попытка манипулировать или искренняя просьба.  — Ты не получишь ни одной техники в руки, пока я не буду уверен, что могу взять тебя на базу, — после этих слов мужчина смело развернулся и вышел. *** Ливси тихо и неподвижно смотрел за мальчиком через зеркало. Ребенок мирно спал на спине, держа руки ближе к голове. Его одежда, кожа и постель попросту сливались в этой белизне. Дэвид и не заметил, как к нему вошел агент АС11. Тут произошло неожиданное. Зверек резко поднялся и слез с койки. Потом обошел ее, заправил белоснежную простынь и одеяло и сел сверху в позе лотоса лицом к зеркалу. — Ого, — врач упер руки в бока. — Хорошая реакция, - подметил Смоллетт и повернулся к Дэвиду, — Долго он спал? — Около пяти часов. Не так уж и мало, но видно чутко. — Может в нем есть будильник? — хмыкнул тот. — Вряд ли, сейчас без восьми минут шесть. На такое время не ставят будильник. скорее всего он понял, что и вы пришли. На меня он так не реагировал. — Господи… Ладно. Вы просмотрели те записи, что я прислал? — Да и это многое объясняет. Запрет на чувства, эмоции, простые радости. Сочувствую я этому парню. Его не обнимали, не хвалили, не общались, не помогали.У него много фобий. Чувствую, работы с ним будет много. — Хм, как Маугли, только чересчур умный. Ладно, что будете сегодня делать? — Буду общаться с ним и попробую стать его доверенным лицом, — врач вздохнул, взял некоторые бумаги и вошел в камеру. — С добрым утром, — поздоровался мальчик, — агент не хочет войти? — Нет, у агента есть свои дела. Как спалось? — Вы следили за мной около сорока восьми минут. Теперь мне нужно умыться и привести себя в порядок. Простите, но вы не могли бы мне помочь? — на одном дыхании выложил Зверек. — Конечно, если ты будешь говорить со мной, а не с зеркалом, — ответил Ливси и мягко улыбнулся. — Мне нужно привести себя в порядок, а именно принять водные процедуры и переодеться в чистую одежду. Доктор кивнул головой. — Конечно, мой мальчик. Тебе уже несут завтрак и чистую одежду. Только с водными процедурами будет сложнее, здесь есть душ, но вряд ли я смогу тебя провести. Лицо ребенка ничего не выражало. — Не беда. Не успел он и закончить, как в дверь постучали. Ливси положил на кровать мальчика пачку влажных салфеток, белую футболку, белье и спортивные штаны. — Я подержу поднос, а ты пока можешь переодеться. Или мне лучше подождать за дверью? — заботливо спросил мужчина. — Я не стану переодеваться в чистую одежду, пока мое тело грязное. Поднос можете убрать, я ел недавно. — Это было больше пяти часов назад, — возмутился врач, — Ты должен поесть. Смотри, нам принесли по ложечке. Выбери себе одну, а вторую возьму я. Мальчик выхватил ложку из правой руки и внимательно наблюдал за врачом. Теперь на подносе была овсяная каша с ягодами, йогурт и нарезанный банан. — Можешь йогурт в кашу добавить, бананы тоже. Так тоже вкусно будет, — посоветовал Ливси. А мальчик очень внимательно смотрел на еду, но не решался попробовать. — В чем дело? Я попробовал, все хорошее. — Это… овсяная каша… она… — Зверек нахмурил брови. — Что? — Горячая… Я никогда не ел горячую еду, да и такое я вообще ем впервые… — мальчик все же попробовал кашу. Дэвида немного удивило признание. — А чем тебя кормили? — Либо уколами, либо таблетками, либо капельницами. Иногда давали батончики или ложку специй, чтоб вкусовые рецепторы помнили свою функцию. Но я знаю что это и, приблизительно, вкус. Но вы сами должны понимать, то каким ты видишь на картинке кролика, не совсем будет соответствовать реальности. — Да, ты прав. Но все теперь изменится, правда, — Дэвид повторил вчерашний жест, чем вызвал настороженность у ребенка. *** Ливси много времени просидел со Зверьком в камере. Мальчик шел на контакт и это радовало. Ближе к вечеру ему все же разрешили принять душ, только Дэвид должен был стоять прямо у двери. После чего нужно было пройти несколько тестов. — Ты наверное устал? Уже восемь часов, — заметил врач, посмотрев на часы. — Сейчас только без пятнадцати восемь. И я могу двадцать четыре часа обходится без сна без последствий, — отчеканил мальчик. — Это не совсем хорошо, на самом деле. Но думаю на сегодня все. Дэвид уже взялся за ручку двери и хотел пожелать спокойной ночи, но Зверек опередил. — ДНК, — он все так же неподвижно сидел и смотрел на стул, на котором сидел доктор. — Что, прости? — обернулся мужчина. — У вас есть мое ДНК. Пожалуйста, пробейте его по базе. Может есть люди из частей которых я создан. Ливси едва не прослезился. — Хорошо, я сделаю все, что смогу. Спокойной ночи, мальчик мой. Свет погас и Зверек расправил постель и лег спать. *** — Про базу данных ДНК я конечно попробую, но ты мне про его состояние скажи, — устало произнес Смоллетт выслушав отчет Ливси. — У него нет элементов психопатии. Завтра скажу точнее. Он просто встревожен и напряжен. Александр, сам подумай. Мальчик с рождения нормальной жизни не знал. За ним однозначно нужен будет глаз да глаз. Одно скажу точно, я не собираюсь его бросать, а ты обещал его защитить. — Хорошо. Тогда у тебя еще есть завтра. Я готовлю группу, которая нас будет сопровождать. *** На следующий день все повторилось по новой. Джим только почуяв Смоллетта за стеклом сразу поднялся. Сегодня был тот же завтрак, что и вчера, только яблоко вместо банана. — У меня хорошие и плохие новости, дружище, — радостно начал Ливси, — Если сегодня все пройдет гладко, то ночью мы переедим на базу. Сначала на машине, затем на вертолете. Еще одна хорошая новость в том, что я нашел кое-что о твоих предполагаемых родителях. Но к сожалению они умерли. Папой был Вильям Джеймс Хокинс, — врач передал фотографию улыбающегося парня приятным лицом, — Он был спортсмен, хокеист. А мама, — еще одна фотография кучерявой женщины, — Очень умной женщиной. Она окончила Гарвард. Эммануэль де Ламарк. Она была француженкой. К сожалению отец погиб в автокатастрофе, а мама сгорела при пожаре. Дэвиду было больно говорить, но мальчик только повнимательнее всматривался в фото. Мужчина присел на койку рядом с ним и погладил мальчика по спине. — Сочувствую. — Не стоит, они же не родили меня, только послужили материалом для моего тела. Я не был их желанным ребенком. К тому же, похоже они не были в браке. Только… — парень снова нахмурил брови. — Только что? — Имя. У меня нет имени. Обычно родители или другие взрослые дают имена своим детям. А меня все еще не существует. Ливси поджал губы и с сочувствием посмотрел на мальчика. — Ты можешь выбрать себе любое имя. Когда мы приедим на базу, тебя официально оформят как гражданина Британии, — доктор снова погладил мальчика по спине. — Тогда лучше назовите меня вы. Тогда я не буду самозванцем, — Зверек в повернул голову и посмотрел в глаза мужчине. — Хм… Что насчет Джеймс Вильям Хокинс? В честь папы. А сокращенно Джим. — Мне нравится. спасибо, что назвали меня.