Тейлор Сибирь

Около десятка минут Тейлор понадобилось на то, чтобы осознать увиденное. Сначала сформулировать мысль, логически ее обосновать и испугаться полученных выводов. Серьезно так испугаться, аж до нового приступа паники. Задавить оный приступ волевым усилием. И снова задуматься над тем, что ей со всем этим теперь делать? И так, она скорее всего теперь кейп. О чем прямо говорили факты, в виде следов рваного металла напротив ее лица. О том, на кого теперь она очень возможно похожа, она подумает позже. Сейчас же, ей крайне необходимо все же выбраться из чертового ящика. Тейлор морщась от боли, подняла разбитые предыдущими приступами паники руки и осторожно положила их на дверь. Уж если она теперь такая сильная, то наверняка сможет сломать замок. К большому ее разочарованию, от осторожного толчка дверь настежь не распахнулась. Впрочем, от неосторожного тоже. Она нагло стояла непреодолимой преградой, как и собственно многие часы до этого. Привычным уже усилием воли вновь подавив нарастающую панику, Тейлор стала думать, что же она делает не так? Первое, она помнила как оказалась посреди коридора в метре от своего шкафчика, без одежды и черно-белыми полосами по всему телу, Потом она неосторожно махнула рукой, раздался скрежет металла, и она снова в шкафчике. Стоп! А почему она решила, что она вообще покидала шкафчик? Ведь вся одежда сейчас на ней. Да и Руки, Тейлор пользуясь тусклым светом из прорех в металле внимательно осмотрела свои смутно видимые худые конечности, причудливо покрытые разводами грязи и нечистот поверх синяков, ссадин обильно смешанных с запекшейся кровью. И тем не менее. Руки были похоже абсолютно нормального человеческого цвета. Выводы просты, похоже сама она физически шкафчика не покидала, а вот что его покидало и как это сделать снова, вопрос был крайне интересным. Ей потребовалось еще почти час, чтобы нащупать ответы на эти вопросы. Перед тем как она снова перешла в нужное состояние. Причем самой ее собственной заслуги в этом было откровенно мало. Ибо очень скоро, временное прояснение рассудка, вызванное огромным количеством адреналина поступившего в кровь, от внезапного стресса кончилось. И она снова почувствовала как ее начинает с новой силой мутить, кружиться голова и потряхивать в ознобе от, скорее всего, подхваченной инфекции. Вызванной многочасовым пребыванием в немыслимо влажном, холодном и грязном месте. Так что вскоре, Тейлор окончательно отключилась и вновь осознала себя стоящей посреди коридора в чём мать родила, с болезненным любопытством разглядывающей свое собственное лицо через разрывы в дверце шкафчика. Удивительно, но в ее теперешнем состоянии, в полумраке пустой школы, она видела все необычайно четко, даже лучше, чем в ясный день и в очках. Поразительный факт для человека всю жизнь проходившего с толстыми стеклопакетами на носу. При этом, в теле была необычайная легкость, сила и что самое важное, она вообще не ощущала абсолютно никакого дискомфорта. Ни от уже ставшего привычным, запаха помойки, ни от той же липкой одежды, мокрых ботинок на ногах и даже от насекомых, что казалось уже пробрались под кожу и начали ее выгрызать изнутри. Даже намека на дурные ощущения, от начавшейся дикой лихорадки и пробирающего зимнего вечера в частности. С жалобным хрустом сминаемого металла, Тейлор «аккуратно» оторвала с мясом дверцу шкафчика и в нерешительности застыла перед самой собой. Странные ощущение, никакое зеркало не может передать того чувства нереальности, когда вот так, в живую, смотришь на себя своими же глазами. Худое, нескладное тело подростка в грязной мешковатой одежде, из которой торчит измученное бледное лицо с мочалкой свалявшихся длинных волос. Зрелище откровенно жалкое и пугающее, казалось, что в любой момент ее родное тело вот-вот да и перестанет дышать. Да, определенно, ей нужна была помощь. Неизвестно, что она могла подхватить в этом чертовом шкафу, заполненного загнивающим мусором, вперемешку с использованными прокладками и сотнями насекомых. Ожидать того что с рассветом и придет уборщик, и все-таки вызовет скорую помощь ей показалось плохой идеей. Надеется, что на странные, зловещие звуки могли прийти посмотреть охранники, тоже не приходилось. Ибо как казалось Тейлор, в охранники в Уинслоу, набирали исключительно из перманентно трусливых людей. Максимум, что они сделают до рассвета, это вызовут полицию. Которая в районы доков на ночные вызовы обычно тоже приезжала с крайне небольшой охотой и задержкой часов так в пять, пока даже самые ленивые преступники уж точно не покинут место преступления. Так что так и так, выходило одно и тоже. Пойти самой и сказать охране о лежащей в школьном шкафчике умирающей ученице? Учитывая ее теперешнюю внешность, тоже идея не особо здравая и даже вредная. Если кто узнает, об одной из самых одиозных представительниц Бойни Девять, абсолютно внезапно оказавшейся в средней школе посреди Броктон-бей, то… Помощи она явно не дождется. Скорее всего даже наоборот, ее даже не станут слушать. А количество сопутствующих проблем для нее самой, в тот же миг можно будет измерить исключительно в астрономических числах. В тех самых, в которых астрономы обычно измеряют расстояние между звездами и галактиками, это даже не учитывая, не самого хорошего для ее основного тела состояния. Вывод был один, нужно было самой разбираться со всеми проблемами. Ибо спасение утопающих, как известно, дело рук их самих. Но и подходить к себе и особенно трогать свое тщедушное тельце, было откровенно страшно. Тейлор хорошо запомнила, с какой легкостью теперь лопается в ее новых руках металл. Но делать что-то было надо?