Скрытность-это талант.

      В одиннадцать, как штык, Гермиона Грейнджер вместе с Оливией Форд были уже в подземелье, где ждал их профессор Снейп. Увидев девушек, он улыбнулся и открыл проход к камину. Девушки не задумываясь, уже зная, как это все работает, взяли летучий порох, зашли в камин и переместились в Косой переулок. Решив до начала еще немного прогуляться и поболтать, девушки прошли в тот самый небольшой парк-аллею, в котором Оливия сидела в самом начале этой истории и присели на ту же лавочку.       — Что с тобой происходит, Оливия? Почему ты так замкнулась в себе? Грейнджер с беспокойством смотрела на подругу, собственно, как и последние пол года.       — Знаешь, Герми, я не вывожу… Я чувствую, что внутри меня образовалась огромная пустая дыра, я не могу поверить, что он, любящий, такой нежный и веселый со мной врал мне всю жизнь, но даже дело не в этом, он был предводителем, он решил поставить себя на один уровень с Волан-де-Мортом, -Форд посмотрела на Гриффиндорку. — Понимаешь? как я могла не видеть и не знать всего этого? Я же знаю его, как свои пять пальцев, я так думала, по-крайней мере.       Гермиона смотрела на подругу и не могла выдавить из себя ни слова, она очень хотела поддержать Форд, но не могла понять, как. Глаза наполнялись слезами, Грейнджер пыталась их сдержать, ведь это будет уже не поддержкой, тогда сильной Оливии Форд придется поддерживать еще и Гермиону Грейнджер.       — Не плачь, я же держусь, — Оливия улыбнулась подруге и продолжила. — Еще Северус… Я не рассказывала тебе никогда, что у нас с ним было, что есть, какой этап отношений… Прости за это, Гермиончик. Я не могла.       — Это уже в прошлом, все нормально, — девушка потянулась и обняла подругу, — Расскажи мне, если ты готова. Уже пора выговориться, а то, такими темпами, ты сойдешь с ума и будешь, совершенно точно, дочкой своих родителей. Форд улыбнулась и начала.       — Знаешь, начиналось все так красиво, мы начали узнавать друг друга, ну, я его начала узнавать, — у Оливии на лице появилась улыбка. — Когда я первый раз увидела его улыбку, она сразу запала мне в сердечко. Это вот, когда ты видишь огромные просторы, звездное небо, луну, и вот ты смотришь, — девушка сделала паузу, подбирая слова, — и ты влюбляешься каждую минуту, каждую секунду. Без остановки.       Впервые за долгое время Оливия улыбалась искренне, впервые внутри нее появилось то тепло, которое начало топить лед, образовавшийся в тот момент, когда попала огненным шаром в своего отца.       Гермиона смотрела на Форд не отрывая глаз, не моргая, она очень долго ждала этого момента, когда Оливия сможет наконец-таки открыть все свои эмоции и, что с ней произошло за этот год.       — Мы очень часто смеялись, он мне помогал, если я что-то не понимала на уроках, мы гуляли, он почти сразу начал выводить меня сюда, Герми, мы ходили по магазинам и сидели в этом самом парке, — Форд осмотрелась по сторонам. — На это самой скамейке, между прочим! Воскликнула Оливия, скромно хихикнув.       Грейнджер слушала и улыбалась, слезы все еще блестели в ее глазах, но скорее, от счастья, что подруга все-таки смогла испытать это чувство.Оливия еще долго делилась всем, что произошло, своими положительными эмоциями, как проходил ремонт, как днями на пролет они могли не вылезать из постели, а спустя дни пойти погулять по новым местам, Северус многое показал Форд, всевозможные заведения, места, города, даже некоторые страны.       — А сейчас… Ему было очень сложно, Герми, и мне было очень сложно, я, как могла его поддерживала, но сейчас, когда он более или менее в норме, я осознала, что я вытягивала, как танк этого человека, который забыл о том, что мне тоже очень плохо или не забыл, а уделял этому меньше времени, и я чувствую, что внутри меня что-то надломилось и я не могу это склеить. Я даже иногда задумываюсь, а не закончила ли я свою миссию с этим человеком, может я просто должна была показать, что нежность существует и не нужно бояться открываться людям, может я нужна была для того, чтоб после пыток вытащить его из этого состояния нестояния, может все? Хватит? — Девушка смотрела на Грейнджер, в надежде, что она просто ответит на все ее вопросы.       — Я не думаю, Оливия. Мне кажется, что это все нужно было, чтобы ваши отношения стали еще крепче, чтобы вы побывали во всех состояниях. Ведь проблемы бывают у всех пар, все разные, но есть, — Герми говорила медленно и аккуратно, наблюдая за реакцией Форд, — Если ты чувствуешь, что вы вместе не пережили это, то да, то лучше разойтись, но если ты чувствуешь, что до сих пор не повесилась потому что он не дал этого сделать, то нельзя сдаваться.       Оливия Форд задумалась над этим, эта мысль будет еще долго в ее голове, пока она не решит, что в итоге ей делать дальше.       Когда девушки наговорились, они пошли выбирать платья, мерили все подряд, ничего не подходило, не нравилось, в итоге обратно в замок они вернулись далеко за полночь. ***       — Не смотря ни на что, ты со всем справишься, малышка, — сказала Гермиона, стоя посреди комнаты с камином.       — Ничего, все пройдет.       Форд написала на пергаменте записку для Снейпа, что они вернулись и через двадцать пять минут, он пришел за ними.       — Мисс Форд, Вы останетесь сегодня у меня? — Спросил Северус, глядя на возлюбленную.       Это сочетание звучало достаточно странно, обращение на Вы и приглашение к себе на ночь.       — Завтра бал, Северус, я буду у себя, я хочу попытаться выспаться и спокойно собраться, — Форд выдавила из себя улыбку и опустила глаза в пол.       Девушки пошли в гостиную Гриффиндора, по дороге обсуждая посторонние темы. Договор был таким, в Хогвартсе такие личные темы подниматься не будут, потому что уши есть даже у стен.       На утро девушки осознали, что им удалось даже выспаться, Форд стало немного проще внутри, после того, как она высказалась и освободила свою совесть. Сборы проходили на небольших нервах, все было не так, макияж ложился не так, как надо, пряди волос выбивались, платье уже не так, как надо сидело.       — Слава Мерлину, что отменили сегодня какие-либо уроки, — Сказала Оливия, глядя на подругу, которая пыталась убрать «петух» на голове у резинки.       — Сегодня озвучат результаты экзаменов прям на балу, при всех, я так переживаю!       — Герми, прекрати, у тебя будет высший бал, а вот бояться стоит за Рональда! т- Форд рассмеялась.       Когда подруги, наконец, собрались, выглядели они прекрасно. На утонченную фигуру Оливии прекрасно село красное шелковое платье чуть выше колена, спина была открыта, а тоненькие бретельки охватывали ее плечевые суставы, прикрывая грудь. Черные туфли на шпильке, хотя они были такими открытыми, что больше их хотелось назвать босоножками, и такая же черная, бархатная диадема красовалась у нее на голове.       Гермиона же выбрала розового цвета платье, обтягивающее ее фигуру, подол чуть касался пола, на талии были ромбовидные вырезы, где можно было проследить спрятавшуюся родинку. Сверху платье очерчивало грудь, а прозрачно-розовая ткань от рукавов не была пришита к самому платью, Грейнджер просто натянула эти рукава, в форме воланов, себе на плечи. В зал все заходили по парам, Рон с Полумной, Гарри с Гермионой, Оливию же согласился сопровождать сам Драко Малфой.       — Ну как ты, Драко? Как отец? -Тихо задала вопрос Форд и подняла глаза вверх, чтоб заглянуть в глаза Блондину.       — Да ничего, так и не понял, что произошло, и не принял уж тем более. Я смотрю, что ты расцвела, тебе лучше?       — Да, спасибо, Драко, мне стало немного получше, я даже разобралась в себе и у меня уже есть мысли, как мне действовать дальше.       Да, Оливия Форд, заходя в Большой зал, уже знала, как она поступит и чего ждет пару Снейп/Форд.       С самого начала Директор Макгонагалл произнесла душещипательную речь о том, как будет скучать по выпускникам, что очень благодарна всем этим людям за то, что именно они учились в этой школе, пожелала стать им сильными и справедливыми волшебниками. Напомнив всем, благодаря кому вся школа сейчас находится в этом зале, вспомнив всех, кто погиб за года обучения этого потока. Далее, выпускники станцевали вальс и бал был официально открытым. Пунш, тыквенный сок, шпажки, все чисто по-американски, такая добрая вечеринка. На этом балу никто не плакал, все были рады, что все это закончилось и надеялись, что темные времена прошли вместе с их обучением. Минерву Макгонагалл сделали постоянным директором, Снейпа поставили профессором по ЗОТИ, а зельеварение теперь будет вести новый профессор, который не будет пропадать, как все учителя ЗОТИ. Оливия подошла к профессорам, которые, улыбаясь, наблюдали за таким уже родным выпуском.       — Профессор Снейп, не подарите ли мне один танец?       — Даже если он будет последним? — Тепло улыбнулся Северус своей возлюбленной, вспоминая, как все начиналось.       — Даже если он будет последним, что я сделаю, — уверенно проговорила Форд и положила свою руку в, уже протянутую, руку профессора. Снейп закружил ее, она снова положилась на него и профессор не подвел, люди собрались вокруг них и начали улюлюкать. Если бы не все произошедшее, никто бы не оценил их большой любви, но все знали, что эта пара пережила, хоть и делали вид, что ничего не подозревают. *** Интересно, что стало с главными героями в этой истории? Остались ли они вместе? Сложилось ли после этих событий у них что-либо? Тогда слушай, дорогой читатель. Эта пара после окончания переехала в дом Северуса и продала дом Фордов, особняк приносил исключительно негативные эмоции и воспоминания, поэтому Оливия без сожалений и раздумий подписала договор купли-продажи. Форд нашла в себе силы рассказать профессору все, что было у нее на душе те страшные полгода ее жизни. Он понял, что совершил огромную ошибку и осознал, что Маленькая Мисс Форд, как он ее называл раньше, самый сильный человек в этом мире. Сейчас, спустя 8 лет с окончания школы, мистер Снейп и миссис Снейп воспитывают неведомой красоты Амелию Снейп и сильного духом Адама Снейп, которые в будущим поделят между собой факультеты своих родителей. Адам будет стойким Гриффиндорцем, а Амелия задиристой Слизеринкой. Но это будет в будущем, сейчас они бегают повсюду и кричат «Папа Сева», с чего Снейп очень раздражается. Вот так и получилось, что никому не верящий профессор Зельеварения, научился доверять и верить в людей.