P.S., P.P.S., или Пожиратели Смерти Пишут Письмо Скримджеру

Малфой-Мэнор, 25 июля 1997 г. Люциус Малфой, сжимая в руке письмо, вошёл в дальнюю гостиную. В последние дни Люциус своей неопрятностью напоминал оборотня и пребывал в столь же дурном настроении. В гостиной за столом сидели братья Лестрейндж и сражались в волшебные шахматы. Это был старинный и весьма агрессивный набор, в котором шахматные фигуры при атаке разносили друг друга в мелкое крошево. Каждый раз, когда один игрок брал фигуру у другого, осколки летели во все стороны, чтобы собраться вместе только после окончания игры. Поэтому игроки защитили глаза с помощью наколдованных цветных очков – синих у старшего брата, жёлтых у младшего. На кушетке у стены возлежала Беллатриса. Забросив ноги на спинку, она читала «средневековый волшебный плутовской роман», который при близком знакомстве оказывался переведённым с арабского языка сборником магловской непристойщины. - А, Люциус! – махнул рукой младший Лестрейндж. – Соскучился? Его брат не сказал ни слова. Только едва заметно кивнул тяжёлой седой головой. Люциус поморщился. Если кого-то одного из Лестрейнджей он ещё мог как-то воспринимать, то от всех троих, собравшихся вместе, предпочёл бы оказаться как можно дальше. Но сейчас ему нужна была помощь от кого-то из Ближнего Круга, и Лестрейнджи – ещё не самый худший вариант. - Сегодня на границе усадьбы нашли письмо, - проговорил он хмуро. Здороваться Малфой не стал – за четыре дня неотлучного сидения в поместье Пожиратели Смерти надоели друг другу хуже горькой редьки. – Печать министерская. Адресовано мне. - Письмо? – проявил интерес Родольфус. - Как оно сюда попало? - С совой. Защита оглушила её на границе и послала предупреждающий сигнал. - Сова жива? – Беллатриса оторвалась от романа и приподняла голову, украшенную живописной копной угольно-чёрных волос, давно и основательно забывших о расчёске. «И это чистокровная волшебница из благородного семейства!» - с осуждением подумал Люциус. - В обмороке. Беллатриса, это настолько важно? - Сову могли начинить какой-то следящей дрянью, - задумчиво проговорила Беллатриса, закладывая книгу бронзовым кинжалом. – Пришли мне эту сову, Люциус, я с ней поработаю. - Сейчас меня волнует другое, - отмахнулся хозяин поместья. – Докладывать об этом письме Тёмному Лорду, или это не столь важно? - Однозначно докладывать, - проворчал Родольфус, снимая очки. – Накануне операции мелочей не бывает. - А тебе уже не так сильно хочется лишний раз мелькать на глазах у Тёмного Лорда, Люциус? – медовым голоском пропела Беллатриса. – И ты ищешь, кто бы сделал это за тебя? Интересно, что такого может написать Министерство-так-называемой-Магии? Будь так любезен, не сочти за труд… Люциус не заметил, как злополучное письмо покинуло его ладонь и через миг оказалось в руках у Беллатрисы. Тремя молниеносными взмахами палочки она проверила письмо на скрытые чары и поддела печать невесть откуда взявшимся кинжалом. На этот раз – серебряным. «Сколько же у неё их ещё запрятано?» - Беллатриса! – в голосе Малфоя звенело возмущение. – Тебя не учили, что читать чужую корреспонденцию… - Не будь занудой, Люциус! Ты же хочешь, чтобы кто-то из нас тебе помог, правда? О, тут и про меня есть! Какая прелесть! Оторвитесь на минутку, джентльмены, вас это тоже касается. Лестрейнджи поднялись из-за стола. Беллатриса взмахом палочки заставила письмо подняться в воздух и расправиться на уровне глаз Родольфуса. Тот некоторое время вглядывался в письмо, потом громко прочёл вслух: - Люциусу Малфою. Беллатрисе Лестрейндж. Родольфусу Лестрейнджу. Рабастану Лестрейнджу. Антонину Долохову. Юэну Трэверсу. Джорджу Мальсиберу. Огастесу Руквуду. Уолдену Макнейру. Эндрю Джагсону… - Короче всем, кто в розыске, - перебил брата Рабастан. - Цыц у меня! – прикрикнул Родольфус. – Короче, вот: «Ввиду того, что за множественные преступления вы объявлены во всебританский розыск, предлагаю вам добровольно и незамедлительно явиться с повинной в Министерство Магии. От имени Министерства, гарантирую вам объективное разбирательство и справедливый суд. Обращаю ваше внимание, что добровольная явка и искреннее раскаяние являются основанием для смягчения судебного приговора. В случае вашей неявки, Министерство оставляет за собой право на любые действия, предусмотренные законом. Руфус Скримджер, Министр Магии. Министерство Магии, 1997 года июля 24 день. P.S. Письменными ответами прошу не беспокоить». Некоторое время волшебники помолчали. Тишину нарушил Рабастан: - Потрясающий слог. До самых печёнок пробирает. Ну что, братец, пойдём сдаваться? - Не смешно! – рыкнул недовольный Родольфус. – Скримджер не идиот. Нюхлеру понятно, что никто из нас на это не поведётся. Так зачем, спрашивается, он это написал? - «Письменными ответами прошу не беспокоить», - издевательским тонким голоском прочёл Рабастан. – А если неписьменным? Обведу прямо на этом письме свой «жезл судьбы» и пошлю обратно в Министерство. - В самом деле, не смешно, - вскинулся Люциус. – Это всё-таки министр. - Как ты трогательно за него заступаешься, Люциус! - А мне понравилась идея насчёт ответа! – промурлыкала Беллатриса, обмахиваясь письмом, как веером. – Пригласим Руфуса на пикничок на Прайвет Драйв. Причём так, чтобы всё Министерство узнало. Пусть петушки из Ордена думают, что глупенькие курочки из Малфой-Мэнора склевали их сказочку про тридцатое. - Я повторяю, Белла! Руфус Скримджер не идиот. - Тем лучше, Родольфус! С умными дураками обычно срабатывают самые идиотские решения. - Нужно обсудить это с Тёмным Лордом. - Само собой разумеется. Кто пойдёт? Люциус, пожав плечами, сделал шаг в сторону, давая однозначно понять, что вопрос к нему не относится. Трое Лестрейнджей разыграли миссию на пальцах. Выпало идти Родольфусу. - Без меня не доигрывайте, - сказал он, забирая у жены письмо и укладывая его в невесть откуда взявшуюся чёрную папку. - Удачи, брат! – напутствовал его младший Лестрейндж, а Беллатриса послала мужу воздушный поцелуй.