***
После того, как Джисон объяснил лучшим друзьям причину столь разительных перемен в своем облике (Сынмин не упустил возможности саркастично заметить, что «перемены эти, скорее всего, только до встречи с обожаемым хёном», за что получил ощутимый тычок под ребра и ответ «увидишь»), прошла пара, и на перерыве группа отправилась в другую аудиторию на следующую. В коридоре они встретили Ли Минхо с его компанией (кто бы мог подумать, снова клише из дорам). Минхо был озадачен поведением младшего еще со вчерашнего вечера. В случаях, когда ему становилось скучно по вечерам (в середине учебной недели не особо-то погуляешь: когда родители содержат тебя лишь при условии стопроцентной посещаемости и хотя бы удовлетворительных отметок, прогулы — непозволительная роскошь), с появлением в его жизни Хан Джисона у Минхо всегда была возможность провести пару часов за ни к чему не обязывающей болтовней с отзывчивым бельчонком. Хан всегда отвечал на его сообщения в течении нескольких секунд. До вчерашнего дня. Не то, чтобы Минхо много думал об этом. Странно долгий ответ он списал на то, что Джисон мог просто быть в душе, а потому и не ответил сразу, затем у самого Минхо нашлись другие занятия, вследствие чего он и забыл думать об этом инциденте. Только с утра, проверяя телефон, он заметил висящими без ответа сообщения. А теперь вот это. Вот это — это группа младших, друзей Джисона, среди которых Минхо заметил очень симпатичного парня, которого он, кажется, не видел раньше. Оглядев компанию на предмет наличия своего (не)тайного воздыхателя (надо ж выяснить, чего это он сообщения игнорирует) и не обнаружив его, Ли еще раз обратил внимание на нового парня и у него случился когнитивный диссонанс. У парня оказалось лицо Джисона, голос Джисона и даже смех Джисона, вот только прическа и одежда… Это был Джисон, только более симпатичный, дерзкий что ли. Интересный. — Хан~и, ты ли это?! Привет-привет, — даже в голосе Ли слышен был интерес. — Доброе утро, Минхо-хён, — Джисон обернулся и поприветствовал старшего небрежным кивком (мама воспитывала его так, что старших, пусть и таких заносчивых идиотов, как Ли Минхо, нужно уважать, а значит, не поздороваться он не мог). Ли Минхо замер посредине коридора — он словил второй когнитивный диссонанс за утро. Прежний Хан Джисон приветствовал его обычно более эмоционально — интересовался хорошо ли он спал, покушал ли он уже, предлагал пообедать вместе, в конце концов, а не вот так вот, будто никакого Ли Минхо не существует. А может это не Джисон вообще? Да нет, и компания та же, и брелок из какого-то там аниме на рюкзаке. Тогда что это было, черт возьми? Одному богу известно, каково было Джисону в тот момент. Когда у тебя на уровне рефлексов выработано обращать всё своё внимание на человека при звуке его голоса или когда он попадает в поле бокового зрения, а ты стойко игнорируешь его присутствие, пока он сам не обратится к тебе. Колени слабеют, руки трясутся, а мышцы шеи заклинивает оттого, что ты силой воли удерживаешь себя, чтобы не повернуть голову. Едва завернув за угол, Хан бросил друзьям «счас вернусь» и умчался в туалет. Там он открыл холодную воду, умыл лицо, затем, глядя на себя в зеркало, едва не рассмеялся во весь голос. «Я горжусь тобой, Хан Джисон. Продолжай в том же духе!»***
Минхо находился в состоянии некоторой прострации и пытался собрать мысли в голове, которые так и норовили разбежаться. Степень недоумения при этом превышала почти все остальные чувства. Сказать, что его заинтересовали перемены в младшем, не сказать ничего. Подумать было о чем и когда, потому что Хан Джисон проводил время с друзьями, дурачился с ними, в общем, вел себя как Хан Джисон. За исключением того, что он даже не смотрел в сторону старшего. То есть вел себя совсем не как Хан Джисон. Смена имиджа, изменения в поведении, игнорирование, в конце концов, самого Минхо (ну где вы видели, чтобы человек, который каждую свободную минуту проводил рядом, интересовался жизнью, сном, питанием, здоровьем другого человека, в одночасье терял к нему интерес?) — все это занимало мысли Ли в течение нескольких пар и перемен между ними. Ко времени обеденного перерыва все эти размышления довели Ли до той степени непонимания, когда необходимо обратиться к первоисточнику проблемы. То есть к самому Джисону. Сформировав желание и утвердившись в мыслях составить разговор для объяснения странностей, не поддающихся этому самому объяснению, Минхо отправился на поиски беличьей тушки. В кафетерии его не наблюдалось, в коридорах он также не был встречен, а потому Ли решил попытать счастья у выхода. Там Джисон действительно нашёлся, вместе с его друзьями. Минхо решил выждать несколько минут, пока младший не останется один — все-таки вопросом «Почему ты перестал бегать за мной, как собачка?», пусть и в другой формулировке, можно вызвать неуместные мысли и замечания, касающиеся его интереса к младшему. Друзья Джисона действительно вскоре разошлись, а вот он уходить, кажется, не спешил, словно чего-то ждал. Или кого-то. Кого ждал Хан, стало известно спустя минуту, которая потребовалась старшему, чтобы преодолеть половину пути от дверей университа до ворот, где стоял младший. Там, на середине пути, Минхо замер, потому что к Джисону подошёл высокий, стройный и красивый, как ангел, парень. Даже с места, где стоял Ли, было заметно, что, несмотря на опоздание парня, Джисон был очень рад его появлению. Джисон ушёл с красивым парнем, а Минхо остался, так и не дойдя до него несколько шагов. Не слишком ли поздно Ли Минхо заметил Хан Джисона, который был все время рядом?