Исчадье Земли

-Мы этого никогда раньше не делали, - вздохнул Гебриэл. -Значит – сделаем, - решительно ответил Мишель и задвинул меч в ножны. -Я не об этом, - ответил Гебриэл. – Просто я удивляюсь: если это возможно, почему мы не делали этого раньше? -Соглашение, - буркнул Рафаэель. - Разве ты не знаешь? -К черту соглашение! - Мишель почему-то рассердился, хотя он и не был самым миролюбивым архангелом. – Я бы не стал заключать никаких договоров с предателем! -Ха, ха, ха, - раздался звучный голос Уриила. – Как смешно, братишка, ты посылаешь все к черту, а ведь сам идешь именно к нему. Ха, ха, ха! -Да-да, очень смешно, - Мишель скорчил рожу младшему брату и повернулся к нему спиной, делая вид, что разговаривает с Рафаэлем. -Нечего нос задирать, - Уриил говорил спокойно, как и положено ангелу, тем более архангелу, но его тонкие пальцы сжались в кулаки. – То, что я младший, еще не значит, что вы имеете право не уважать меня. -Что ты говоришь, Ури? – Гебриэл ласково посмотрел на младшего брата: он был старшим и хотел вести себя как бы… по-отечески, хотя на деле он был больше похож на ласковую мамочку. – Мы все тебя очень любим. -Да, Ури, но только когда ты молчишь, - съязвил Мишель. -Закрыли тему, - парировал Уриил. -Да не обижайся ты на него, он со всеми так, - улыбнулся Раф. -Я сказал закрыли тему. -А не то что? – ехидно спросил Мишель. -А не то придется тебе Ему объяснять наши семейные проблемы, потому что Он идет сюда - зловеще улыбнулся младший архангел. -Ури, ах ты сорванец, что ж ты раньше молчал! Тут двери святилища распахнулись, и вошел Господин. -Не надо Мне ничего объяснять, Я и так все знаю, - это было своеобразное божественное приветствие. -Правда? – сорвалось с губ Рафа, и он тотчас зажал рот руками. -Ну конечно, - Господин сел в свое кресло большого босса, - Я ведь вас создал. -Господин, неужели Ты специально создал нас такими? – брови Гебриэля взлетели аж до самой макушки. -А ты думал, Я допускаю какие-то дефекты в своих созданиях? – усмехнулся Господин. -Несомненно, - буркнул Мишель. – И люди тому доказательство. -Э, нет, - покачал головой Босс, - люди совершенны в своем несовершенстве, впрочем, как и вы и ваши семейные “проблемы”, - Господин засмеялся. -Почему бы тогда не сделать так, чтобы мы с Мишелем никогда не ссорились? – спросил Ури. -Ну, тогда вам было бы скучно. Из большой любви друг к другу вы бы старались скрыть эту скуку, и каждый день речи ваши были бы все фальшивей и фальшивей, пока вы наконец не перестали бы говорить друг с другом. Я имею в виду совсем. А так вам есть чем заняться, помимо Моих заданий, так сказать, в свободное время. Кстати, о заданиях. Вы, я вижу, уже готовы. -Да, Господин, - как один, ответили братья. -Отлично, но вы пока никуда не идете. -Но, Господин, уже шесть убийств! – возразил Гебриэл. -Именно поэтому вы никуда и не пойдете. -Но, Господин! -Никаких но. Забыли, что ли? Шесть - его число. Придется подождать, пока душ будет семь. -И дать кому-то умереть, чтобы мы наконец смогли действовать?! – вскричал Мишель. -А что поделать? Если ты знаешь выход, поделись. Только напоминаю, Я тут Всезнающий, так что если Я не знаю, ты-то вряд ли умнее Меня окажешься. -Да, Господин… Тут двери святилища снова распахнулись, и вошел Иешуа. -Уже семь! – таково было приветствие Сына Бога. -Кто седьмой?! – Босс прямо подскочил от неожиданности. -Священник, - вздохнул Иешуа. – Упокой, пожалуйста, его душу. -Ну это потом, не до этого сейчас, - махнул рукой Босс. – Пора заняться делами пожарче. -Аминь! – молвили братья и направились к двери. -Стойте, агнецы мои, вы так никуда не пойдете! – Господин скрестил руки на груди. -Но Господин, времени уже не осталось! – в душе-то Мишель рвал и метал, но сказал только это короткое предложенице. -Да, но вы так не пойдете. -Аминь, - Иешуа пригладил волосы. -Но почему он?! – на этот раз сорвался Ури. -Объяснить, или как? – ехидно отозвался Иешуа. -Нет, агнец мой, ты тоже так не пойдешь. -Что? -Неужели сам? – шепнул Раф Гебриэлю. -Вряд ли, - ответил тот, тоже шепотом. -Конечно нет! – Босс, как всегда, все слышал. – Вместе пойдете. -Ну, вместе можно, - успокоился Иешуа. -Я тоже так думаю, - довольно улыбнулся Мишель и ласково провел по рукояти своего меча. -Пошли! – Ури обнажил свой. -Нет, Уриил, агнец мой, ты остаешься. -Ха! – не выдержал Мишель. -Но, Господин! – Ури чуть не расплакался. -Пойми, дитя мое, пятеро – слишком много. Люцифер может подумать, что мы объявляем ему войну. А мы, как понимаешь, миролюбивые люди… то есть создания. Нам это не нужно. -Тогда пусть Иешуа останется! – не унимался Ури. -Не обсуждается, - отрезал Иешуа и вместе со старшими братьями поспешно вышел из святилища, пока четвертый архангел снова не начал жаловаться. -Прости, политика такая штука… - только и сказал Босс. – И потом, почему это Я должен извиняться? Я тут главный, вот и слушайся. -Теперь я понимаю Люцифера! - надулся Ури. -Я все слышал! -Черт, я забыл… -Тут жарковато, - хмыкнул Мишель. -Не забывай, где ты, - Иешуа скрестил руки на груди: он был единственный, кто спустился в Ад без оружия. – Здесь тебе не Елисейские поля. -Еще бы. Здесь не так скучно! – нахально ответил Мишель. -Аминь! – зловеще, как-то не по-ангельски улыбнулся Раф, и братья направились к воротам Преисподней. -И как ты их терпишь? – Иешуа посмотрел на Геба, не понимая, старший ли брат не вполне нормальный, или все-таки с младшими что-то не так. -У меня воистину ангельское терпение, - улыбнулся Геб. -Оно и видно. Ладно, пошли. Много лет, и даже веков спустя, в это же время суток один очень известный голливудский режиссер будет снимать фильм про всяких там ангелов и демонов. Ангелами, конечно же, будут, самые красивые актрисы мира, а демонами качки-культуристы. И битва между добром и злом, разыгранная в этом фильме, будет эффектной . Жаль только, этот режиссер не горел в Аду, когда три архангела и Сын Божий решили навестить падших собратьев и потолковать с их господином. Представляю, какой фильм бы он снял в своей следующей жизни в Голливуде. Покои Люцифера находились в самом сердце Преисподней, то есть в самом жарком месте. Хотя, по-видимому, за тысячи лет Люцифер так и не до конца забыл свои ангельские повадки, потому что в его апартаментах работала весьма замысловатая система охлаждения и освежения воздуха, особенно в спальне. Когда агнецы Божии, в прямом и переносном смысле этого слова, ворвались на личную жилплощадь повелителя Преисподней, Люцифер был занят чем-то наподобие молитвы, только в обратном смысле этого слова. Он стоял спиной к двери, так что гости увидели только его черные крылья, сложенные как плащ, и длинные черные волосы. Стоял он, собственно, на своей огромной кровати под балдахином, вонзив черный двуручный меч в матрас и сложив руки на его длинной рукояти. По всей комнате летал белый пух, и Рафу на секунду показалось, что это его крылья ощипали для царственной перины повелителя тьмы. Он, конечно, тут же отогнал эту глупую мысль. Но зря, ведь это действительно был ангельский пух… Ладно, не будем о плохом. Тем более, что сам Дьявол тоже был не в духе. Он как-то странно смотрел на незваных гостей… с отчаянием, что ли? Иешуа даже не поверил своим глазам. Он не часто видел брата, а уж дома у него никогда не бывал, но он и подумать не мог, что домашний Люцифер так мало похож на того Дьявола, которого даже их общий Отец в глубине души побаивается, ну, по крайней мере, опасается. -Ты нарушил соглашение! – начал гневную тираду Мишель. – Тебе известно, что Земля – территория Господина и людей. Ты не имеешь права посылать туда свои создания. Люцифер даже не посмотрел на Мишеля, как бы грозно тот ни наступал. Он все время смотрел на Иешуа, и Иешуа мог поклясться (хотя клясться вообще не входило в его принципы), что в глазах у лорда тьмы - нет, не будем называть его так, потому то в эту минуту он меньше всего был похож на лорда, особенно тьмы – стояли слезы. Он слегка покачал головой и прошептал: -Это не мое творение… -Как? – от неожиданности Мишель даже выронил меч. -Чье же? – продолжил за брата Гебриэл. Глаза Люцифера расширились. -Ваше, - прошипел он. – Точнее, Его, - и он показал пальцем наверх. -Как это? – Иешуа чуть склонил голову набок и попытался заглянуть в и без того широко открытые глаза брата. Люцифер громко выдохнул и наконец взял себя в руки. -А так. Это исчадье Ада, как вы его называете, на самом деле исчадье Земли. Он всего лишь простой смертный, в двух словах, человек, злобный человек. Но такой злобный, что мне становится не по себе. -Ты-то чего испугался? Ты ведь любишь зло, - Раф все еще следил взглядом за перьями, летающими в воздухе. -Люблю, - холодно ответил Люцифер, - но в рамках дозволенного. А это… Хуже всего то, что он смертный, а это значит, что рано или поздно он умрет, просто потому что он смертный, извините за тавтологию. И тогда ваша пернатая братия, конечно же, отправит его ко мне. А здесь он будет уже БЕСсмертным, и мне целую вечность придется жить в страхе перед своим же слугой! Вечность – это слишком долго! Я и пару веков не вынесу, я сойду с ума! -Люцифер, пожалуйста, успокойся, -Иешуа стало не по себе. -Нет, - Люцифер рухнул на кровать и обнял себя. – Я и так каждый день вынужден гонять своих слуг с одного места на другое, чтобы они не успели сплотиться против меня, а тут еще такое! И вы называетесь вселенским Добром? Вы же легким движением пера избавляетесь от всех проблем, даже не думая, кому же они достанутся! А еще обзываетесь! Исчадье Ада! А вы-то кто, исчадья Рая! -Ты уж не слишком философствуй, - Мишель подобрал свой меч. – Я ведь могу избавить тебя от всех твоих проблем легким движением меча. -Мишель, перестань, - Иешуа злобно глянул на архангела и обнял скукоженного Дьявола. – Я могу тебе чем-нибудь помочь, брат? Люцифер взглядом уничтожил Мишеля, потом повернулся к Иешуа, и глаза его смотрели на брата с надеждой и смиренной мольбой о помощи: -Пожалуйста, пожалуйста, Иешуа, обещай мне, что когда он умрет, вы не отправите его ко мне. Обещай! -Здрасте пожалуйста, - не выдержал Мишель. – А куда ж его отправить? Может к херувимам? -Должен же быть другой выход! – Люцифер готов был убить Мишеля. – Не знаю, перевоспитать его там, или снова на Землю отправить. В общем, сами породили, сами и разбирайтесь, я-то тут при чем? -А при том! – взбесился Мишель. – Нечего было испокон веков злодеев коллекционировать! Вот и будет жемчужина для твоей коллекции! -Люцифер, - прервал брата Геб, - предположим мы сами позаботимся о нем после смерти. А ты-то что будешь делать? -Вот именно! – Раф сдунуло перышко, которое никак не хотело улетать с его носа. -Ну я, как говорится, чем смогу, помогу, - пожал плечами Люцифер. – Люди, планы, деньги. Не смотри на меня так, финансы тоже важны. Ну и потом, если возникнут проблемы, могу подсобить, опытом поделиться, так сказать. -Хорошо, - решительно сказал Иешуа, - мы не отправим его в Ад после смерти, но ты должен помочь нам ускорить эту смерть. -По рукам, братишка, - Люцифер расплылся в улыбке. – Обнимемся? Иешуа тоже улыбнулся и обнял брата. -Эй! – Мишель чуть силой не отодрал его от повелителя Преисподней. -В чем дело?! -Он хотел вонзить тебе нож в спину! У Люцифера в руке действительно был нож, и судя по всему, отравленный. -Люци, как тебе не стыдно! -Эй, а каком стыде может быть речь? Я дьявол, забыл? И потом, что это вы все так всполошились? Иешуа не может умереть, он уже умер! А если, братишка, ваши решат, что мой нож осквернил твое тело, или что там у тебя, так ты не волнуйся, у меня всегда местечко для тебя припасено. Да и Лилит с тобой давно познакомиться хочет, - рассмеялся Люцифер. -Спасибо, - сухо ответил Иешуа. – Как-нибудь в другой раз. А сейчас нам пора уходить, дел по горло. -Как хочешь, - криво улыбнулся Дьявол. – Бальтазар! Двери распахнулись, и на пороге появился еще один падший брат архангелов. -Проводи гостей до ворот. -Это еще зачем? Мы дорогу знаем, - Мишель недобро покосился на Бальтазара: а ведь красив, сволочь, как был писаным красавцем, так и остался, даже лучше чем Ури – самый красивый из всех братьев. -Это чтобы вы не крушили все вокруг. Вы и так мне китайский фарфор на кухне сломали. -Не только фарфор, - прыснул Раф. -Скажи спасибо, что я не все перечисляю, а то твоей ангельской зарплаты никак не хватит, чтобы возместить мне все убытки, включая моральный ущерб, даже если ты будешь копить до скончания времен! -Пошли, пока он нас в прокуратуру не потащил, - хмыкнул Мишель. Уходя он оценивающе посмотрел и на Люцифера. А этот, кажется, еще красивее стал, власть придала ему какой-то новый лоск, а злоба – изюминку. Значит неправду говорят, что зло разрушает красоту? Ладно, хватит об этом. Компания агнецов Божих, в сопровождении Бальтазара, который так и не проронил ни слова, вышла, оставив Люцифера наедине со своей роскошью и мрачными мыслями.