Опять двойка!

Как только подруга услышала всхлипы на площадке, открыла дверь. Диана сидела на полу, испепеляя ненавидящим взглядом точку в стене напротив. Подол платья помялся, макияж поплыл, на колготках пошла стрелка. — Ууу, Диаш, ты какая-то хреновая… — Юлька подняла её с пола. — Пойдём, а то жопу застудишь. Чайку зелёного тебе сделаю… Или что-нибудь покрепче. Диана на ватных ногах зашла в квартиру. Девушки молчали. Юля помогла Диане умыться и переодеться. Когда хозяйка квартиры дала ей тёплый плед и кружку горячего чая, наконец, заговорили: — Я видела вас из окна, — сладко пропела Юля. — Горячо… Ну, а потом что произошло? — Угадай… — Диана всхлипнула. — Он меня отшил. Начал заливать, что нельзя, всё такое… — Ну, это ожидаемо. Ты только не сдавайся, и всё будет гуд. — Нет, — вытерев слёзы, Диана заявила как можно твёрже. — Не хочу больше унижаться. Решил поиграть в служебные отношения… окей. — Во! Это я понимаю, боевой настрой! Покажи ему где раки зимуют! — И, да… Ты должна мне косарь. Ругнувшись, Юлька пошла за кошельком. Разбогатевшая на тысячу рублей Диана спрятала за кружкой зелёного чая хитрую улыбку. Но, в конце концов, это был честный спор. Она бы и сама заплатила кому-нибудь, чтобы снова коснуться его губ. Так нежно, так чувственно… Страстно… «Нет, хватит… — одёрнула себя Диана. — В следующий раз он сам будет умолять меня о поцелуе… Надеюсь…»

***

Сегодня у 11Б планировалось сочинение по литературе. Тема: «Круг проблем в рассказах А. И. Куприна». Но это лишь примерно. Заголовок для сочинения нужно было придумать самим. Чтобы лаконично, ёмко и со смыслом. Во время суматохи на перемене Черкасов не заметил ничего необычного. Зато на перекличке в начале урока его ждал сюрприз: –…Кирилевич. — Здесь! — Лаврентьев. — Здесь… — Лапушкина… Тишина. Красная ручка застыла над страницей, рядом с её фамилией. — Лапушкина, — повторил мужчина, подняв глаза на парты. — Отсутствует, — сказала староста. А это интересно… Владислав Сергеевич поставил буковку «н» карандашом и почесал затылок, после спросил: — Где она? — Без понятия… Это на неё не похоже… Может, заболела? «Воспалением хитрости, — хмуро заключил Черкасов. — Этого ещё не хватало…» — Так, ладно… Онищенко… — Тута я! Черкасов, конечно думал о той промелькнувшей искре, только ни к чему толковому не пришёл. Он был уверен, Диана скоро остынет. Успокоится, забудет. Ещё спасибо ему скажет. Потом, лет через десять, будет с улыбкой вспоминать, списывая всё на безбашенную юность. И всё же отсутствие Дианы рождало в его голове неоднозначные мысли. Как она? Всё ли с ней в порядке? Долго ли будет его избегать? Он написал ей сообщение в мессенджер, но то осталось не прочитано. Урок для него прошёл как в тумане. Собрав тетради с сочинениями, учитель попросил Олесю задержаться. Когда остальные ученики разошлись, спросил: — Вы были с ней в… субботу. Она ничего не говорила? — Нет… Я ушла домой раньше них. В воскресенье позвонила ей, и Диана рассказала про хулиганов. Больше ничего. — Не знаете, где я могу её найти? — А зачем Вам? — Олеся прищурилась. К такому вопросу мужчина был готов, поэтому как можно более убедительно сказал: — Диана собирается сдавать литературу, но при этом пропустила сочинение… Ещё и двойки… Я должен поговорить с ней насчёт успеваемости. — Она дома, скорее всего. Тут недалеко. Камчатская улица, 30, кв. 101*. — Спасибо…

***

Диана без повода не пропускала школу. Только если действительно что-то заболит или нужно куда-то съездить с родителями по делам. Но сегодня она решила схитрить, ведь не горела желанием смотреть в глаза учителю. Ещё чего доброго простит его и опять расклеится! — Мааам… — протянула она утром жалобным голоском. — У меня живот болит… — Выпей таблетку. — Но он прям трындец болит… Можно я сегодня дома посижу? Родительница тут же вошла к ней в комнату. Красивая кофточка, джинсы, пёстрый рабочий фартук и стрижка боб молодили женщину. Ей ну никак нельзя было дать сорок лет. Ирина Макаровна, а именно так звали мать Дианы, обеспокоенно оглядела дочку и вздохнула: — Ладно… Ты сегодня и впрямь какая-то бледная, спи уж. Только узнай домашнее задание у одноклассников! — Хорошо. Люблю тебя, мамуль! — Рано радуешься. Когда полегчает, спустись в магазин, твоя помощь нужна. — Окей. Ирина Макаровна ушла, а Диана прилегла ещё поспать. Увы, счастье было недолгим. Девушка проснулась от шума сверху. Соседи уже год делали ремонт, что сводило сон до обеда к нулю. Чувствуя, как вместе со стеной сверло пробивает ещё и черепную коробку, Диана зевнула. Проклиная весь мир, потащилась на кухню. Там её ждал заботливо оставленный завтрак и телефон с мигающим индикатором. Она взяла мобильный в руку как раз, когда пила сок. Через минуту апельсиновый нектар брызгами вылетел из её рта. Сообщение от Черкасова. Он написал ей. Сам! Диана торопливо зашла в мессенджер, ожидая каких-то тёплых слов или извинений, но не тут-то было. Сообщение оказалось очень коротким и сухим: В. Черкасов Здравствуй. Почему тебя не было в школе? Диана надула щёки, стараясь не лопнуть от злости и обиды. В субботу он так целовал её, а сейчас от его слов даже через экран несло похуизмом! Не упуская возможности подколоть Владислава Сергеевича, Диана написала:

Научились разговаривать на «ты»? Какой прогресс! Отмечу этот день в календаре🎉

Ответ пришёл на удивление быстро: В. Черкасов Перестань… Ты ведёшь себя, как ребёнок.

Как? О нет! Вы забыли… Я И ЕСТЬ РЕБЁНОК! Правда ведь?

В. Черкасов Понимаю… У тебя есть основания злиться на меня.

Это типа «извини»?

В. Черкасов Да. Обещаю больше не переходить черту. Это несправедливо по отношению к тебе. Диана чуть не выронила телефон из рук, когда прочитала. Она даже не знала, как реагировать на это. Эмоции спутались в тугой клубок. Хотелось всё сразу: плакать, смеяться, кричать. «Да что он знает о несправедливости?!» Дрожащими пальцами она набрала лишь:

Пошёл ты!

Он писал что-то ещё, но ей не хотелось смотреть. Какой смысл? Опять начнёт читать нотации о том, как правильно и как неправильно. Диана быстренько привела себя в порядок и оделась, чтобы помочь маме в магазине. Заодно отвлечься.

***

После работы мужчина пошёл по нужному адресу. Черкасов сам не мог поверить в это. Он поднимался на этаж, к квартире Дианы, хотя голос здравого смысла отчаянно пытался донести, что это бредовая идея. Что он ей скажет? Лишь сильнее раздразнит её своим появлением. Однако ему всё равно было необходимо увидеть Диану и спокойно поговорить. По-взрослому, раз уж она считает себя взрослой. Он с минуту переминался с ноги на ногу, чтобы решиться. И, наконец, нажал на кнопку звонка. Звонкая мелодия колокольчика унеслась вглубь квартиры. Черкасов распрямился, уже готовый к тому, что сейчас дверь откроется. Но нет. Тишина. Тогда он нажал кнопку снова. И снова зазвенел колокольчик. Скрипнула дверь напротив. Владислав немного дёрнулся от неожиданности, как воришка, пойманный с поличным. Но волнение было ни к чему. В подъезде показалась глубоко пожилая женщина лет восьмидесяти. Всё её лицо покрывала сеточка мелких морщинок, из-под аляповатого платка выглядывали серебристые кудри. Увидев новое лицо, старушка сначала внимательно пригляделась, после чего её сухие губы растянулись в улыбке. — Милок, а Вы это к кому? — Здравствуйте. Не подскажите, где хозяева этой квартиры? — Ну как же не подскажу? Подскажу! На работе все. А малявка вот только недавно ускакала. Куды — не знаю. — Простите… малявка? — мужчина едва сдержал смех. — Дочурка ихняя. Дианка. — Что ж, спасибо, эм… — Глафира Ивановна я! — Спасибо, Глафира Ивановна… — Сынок, а ты чего пришёл? К Иришке? Так она замужем давно! — Нет, ну что Вы! Я к Диане. Глафира Ивановна вновь оглядела Черкасова. На этот раз придирчивее. Цокнув, скрипучим голоском проворчала: — Ну и молодёжь пошла… Что конкретно имела ввиду эта на первый взгляд мирная старушка, Черкасов не успел спросить, потому что та поспешила вернуться к себе. Зато он узнал, что стоять тут дальше бессмысленно, и пошёл к лифту. Уже на выходе из подъезда у него зазвонил телефон. Имя на экране не оставило его равнодушным. — Привет, смешинка. Ты уже дома? … — Да, конечно. … — Что, правда? Блин, извини совсем заработался. … — Не ворчи. Сейчас куплю. Как раз вижу магазинчик. … — Всё, обнимаю. Ждите. Сбросив вызов, он улыбнулся своим мыслям и покачал головой. За углом он увидел красивую вывеску. Цветочный салон «Зелень». Очень кстати. Как только он вошёл, глаза разбежались от количества цветов. Хризантемы, пионы, каллы, орхидеи… Ну и конечно, какой цветочный без роз? В магазине было немного прохладно. Пахло пыльцой, фоном звучала какая-то радиостанция. За прилавком стояла ухоженная женщина в цветастом фартуке, приветливо улыбаясь. Бейдж показывал её имя — Ирина. — Приветствую, Вам подсказать что-нибудь? — Здравствуйте, да. Мне нужен букет. Что-нибудь осеннее. — Сейчас посмотрим, — женщина подошла к огромной витрине. За стеклом стояли вазоны с цветами. — Для особого случая? — День рождения. — Можно сделать букетик из гербер, роз, георгинов, гладиолусов. А украшение сделать из веточек рябины, злаков, сухоцветов или коробочек хлопка. — Давайте георгины. Оранжевые… да, эти. И розы. — Жёлтые, персиковые, розовые, красные? — Белые. Георгины и так достаточно яркие. Взяв нужные цветы с витрины, хозяйка магазинчика встала у прилавка, чтобы составить композицию. Однако её окликнули. — Мам, тут тюльпаны привезли! Черкасов напрягся. Голос показался ему уж очень знакомым. «Проклятая девчонка… Её голос уже везде мерещится. Соберись, Влад!» — Простите… — женщина виновато посмотрела на него. — Прими сама, тут покупатель! — Дядя Серёжа вредничает. Говорит, только тебе отдаст. — Вы не могли бы подождать? — спросила Ирина. — Это ненадолго. — Конечно, — кивнул Черкасов. — Дочь, постой с покупателем пока! Скоро подойду. Женщина скрылась за дверью в служебное помещение. И тут же перед ним возникла Диана. В рваных джинсах и розовом топе на голое тело. Один наушник она вставила в ухо, из другого звучал хит Майли Сайрус. Черкасов поспешил протереть глаза. Но, к сожалению (или к счастью), ему не показалось. При виде учителя Диана замерла на месте, хлопая ресницами. Тот был всё так же хорош: белоснежная рубашка, строгий костюм. Галстук немного небрежно висел на шее. Насыщенный запах его одеколона был слышен даже издалека. Девушка машинально стала накручивать локон на палец и закусила губу, но тут же опомнилась. — Ты! Ты следил за мной?! — И в мыслях не было, — хмыкнул Черкасов. — Для меня это тоже неожиданно. — Тогда что тебе нужно? — Решил купить букет. Твои одноклассники думают, что ты заболела, но для хворающей ты слишком агрессивна… — Какое твоё дело? — Напоминаю, я всё ещё твой учитель. — Мне плевать. — Уверена? — он заговорщически понизил голос. — Ты уже рассказала маме про двойки по моим предметам? — Ах ты… — Диана запнулась, придумывая слово. — Ты… ябеда! — Успокойся. Если в ближайшее время исправишь, никто не узнает. «Да ладно… — пронеслось в голове у Дианы. Она покраснела. — Влад хочет…» — Господи, нет, — он понял её мысли по выражению лица. — Напишешь небольшую самостоятельную. — А вот и нет! Я вообще не об этом подумала. Фу, какой Вы извращенец! — девушка вздёрнула носик, хотя внутри всё сжалось от стыда. Чтобы разрядить неловкую ситуацию, она сменила тему. — Значит, букет? Кому? — Женщине, — ехидно бросил учитель. Чувствуя, как от ярости вперемешку с ревностью краснеет лицо и хмурятся брови, Диана опустила голову. Сжатые кулачки дрожали. Пару дней назад он лез к ней целоваться, а теперь у него уже есть женщина. Это ли не свинство? Тут же в её буйную головушку пришла мысль, от которой захотелось присесть. Что если у него с самого начала была другая? А она для него так… Минутная слабость… Ему повезло, что их разделял прилавок, иначе Диана точно влепила бы пощёчину. Злость кипела сильнее обиды, поэтому она не расплакалась. Лишь ядовито бросила: — Владислав Сергеевич, ну ты и… — А вот и я, — появление матери уберегло от использования грубых слов. — Доча, вы знакомы? — Наш учитель русского, — буркнула Диана. — Ой, правда? — она протянула руку. — Ирина Макаровна Лапушкина. Очень приятно. — Взаимно. Черкасов Владислав Сергеевич. — А тот самый Черкасов случайно не… — Мой отец. — Какая прелесть! — в глазах Ирины Макаровны читалось искреннее восхищение. — Скажите, как дела у Дианы? Справляется? Черкасов посмотрел за спину обеспокоенной родительницы. Диана глядела на него с мольбой и раскаянием. Так, будто и не хотела несколько минут назад послать его на три весёлых буквы. Сдержав обещание сохранить двойки Дианы в секрете, Владислав Сергеевич уклончиво ответил: — Она старается. — Как хорошо! Знаете, дочка хочет поступить в медицинский, а в такой профессии необходимы хорошие оценки… — В медицинский? — мужчина слегка нахмурился. — Но она говорила, что… — Мам, ну что ты в самом деле! — вмешалась Диана. — Человек спешит, а ты совсем про букет забыла. — Ой, и правда… — Ирина Макаровна поспешила к прилавку. — Простите, пожалуйста! Оставшееся время, пока мама Дианы собирала букет, Черкасов смотрел на свою ученицу тяжёлым взглядом, а та стыдливо пялилась на пол. Диана чувствовала, что тает, как снег, от его карих глаз. То ли от прохлады, то ли от переизбытка эмоций её соски затвердели, и теперь лёгкий топ не мог это скрыть. Поэтому ей пришлось сложить руки на груди, чтобы не спалиться. Получив шикарный букет из георгинов, роз и сухих колосьев пшеницы, Владислав Сергеевич оставил на прилавке нужную сумму и вежливо попрощался. Напоследок он сказал Диане: — Жду Вас в среду, в семь, — и ушёл. — В семь? Зачем? — спросила Ирина Макаровна. — Готовит нас к ЕГЭ по русскому. — Он ничего… Приятный парень. — Правда? — глаза Дианы загорелись. — Он тебе понравился? — В смысле? Я люблю твоего отца, если ты об этом. Да и Владислав Сергеевич, я уверена, несвободен. — Не знаю, — сказала Диана, уходя в подсобку. «Я ничего о нём не знаю!» _____ Продолжение следует…