Побегай за мной, а потом мы будем вместе

      Они уже подходили к дороге, с нетерпением сжимая скейтборды в руках, потому что скоро поедут на них с горы. Только одна мысль об этом заставляла ладони трепещать, как и болящие от ходьбы ноги.       — Это был чудесный вечер, спасибо...— Реки смущенно отвел взгляд, радуясь и их разговору и тому, что он так весело провёл столь скучный день. Тихая погода, шелест ночной листвы только подначивали его улыбнуться.       — Я старался впечатлить тебя, — Ланга же слушает стук своего собственного и не может успокоиться, оправиться от мыслей, что они обнимались, краснели вместе, и у них было самое лучшее в мире свидание. Но дальше лучше.       — Я...Я не хотел бы напрашиваться, но могу ли я переночевать у тебя? Мне не хотелось бы встретить маму, пришедшую только после работы, — Реки замялся, не зная как точнее рассказать, что он боится слышать жестокие, ранящие слова мамы. Ланге сложно отказать ему с таким взглядом, однако он со всей суровостью понимает, чем это грозит.       — Я бы не советовал. Приди домой, приготовь ароматный чай с лимоном, присмотри за младшими. Я уверен, что это сработает и успокоит её, — парень всё же говорит то, что думает. — А если же тебя не окажется дома, она будет злиться, волноваться и вновь накричит на тебя.       — Ты, правда, так думаешь? — Реки поджал губу и опустил грустный взгляд, ему так отказали. Теперь у Ланги язык не поворачивался сказать, что он какой-то там хулиган, это милое создание открылось ему сегодня с другой стороны. Было неловко видеть такие перемены в его взгляде, но он не считал правильным оставаться у друг друга на ночь в такое тяжёлое учебное время. — Может, ты просто не хочешь провести со мной ещё каплю времени?       — Откуда у тебя такие мысли? — задохнулся от возмущения он, услышав то, что боялся больше всего. — Я несколько раз говорил о своих чувствах, я очень хочу быть только с тобой все свободные минуты, но как ты не понимаешь, что сейчас уже очень поздно, а у тебя ещё и проблемы с мамой.       — Ты…Дурак! – Реки покраснел и отвернул голову в сторону, не зная что и ответить этому прямолинейному балбесу. — Что ты будешь делать, если я тебе откажу в любви?       — Не говори это так, словно ты согласен, — Хасегава нарочно самодовольно улыбнулся, хотя свои же слова ненадолго причинили боль. Реки пнул его в плечо, вынув ладонь из тёплых объятий руки парня и кинув скейт на землю с сильным грохотом. Перед ними была та самая дорога, по которой они взбирались на смотровую площадку. В общем-то, пора было ехать.       — Ну давай, покажи свои навыки скейтера, Ланга.       «Опять этот тон» — сладостно подумалось в голове последнего, когда он поставил доску и левую ногу на неё. Он выдохнул и разогнался вперёд, съезжая с крутого склона. Волосы были назад, ветер заглушал любые звуки, однако по велению самой судьбы он слышал всё, что ему кричал вслед его милый любимый. И он же слышал гром колёс скейтборда, настигающего его. Это была самая настоящая гонка.       И да, он вновь видел эту потрясающую улыбку, дарящую ему надежду на что-то хорошее и счастливое. Реки обгонял его, показав язык и чуть нелепо не упав с доски на такой скорости. Ланга оттолкнулся ещё раз ногой, чувствуя такую вибрацию жёсткой дороги, что ноги даже заболели, но он обязан был выиграть.       — Если ты ускоришься ещё хоть чуть-чуть, то просто не устоишь и вылетишь вперёд, переломав кости, — Реки стоял перпендикулярно направлению доски и искусно объезжал препятствия в дороге, от такого желание повторить загоралось в крови, вот только на деле это окажется так же сложно, как понять физику. Ланга принял его слова не как за издевку, а как за дельный совет и больше не гнался за победой, только искренне восхищаясь про себя от умений этого парня.       Каян вообще замечательный, дело даже не в странных чувствах Ланги, Каян просто был способным, интересующимся и заботливым. Даже если не заметно, он добрый и не всегда готов к ужасным конфликтам, а в душе он и вовсе был ранимым ребёнком, грубые слова которого, просто самозащита. Возможно, это всё детская любовь, но даже так, Ланга не сомневался, что это прекрасная любовь к нему.       — Мы почти у тротуара, пора слезать, чтобы ничего не вышло! — крикнул Реки, сжимая ладони в кулаки. Он смещает центр тяжести назад, разворачивая скейт параллельно земле под ногами и тормозит. Его едва не выбрасывает с такой скорости, но он упорно держится до конца и спрыгивает со скейта, окончательно останавливая его. — Эй, можешь пяткой попробовать притормозить или может тэйлом, к чёрту доску.       Ланга хмыкает и едет дальше, Реки с ущемлением кричит и бежит за ним, видя как парень просто выезжает на проезжую часть, стремясь дальше, куда глаза глядят. И хотя это против правил, слушать смешные возмущенные крики парня — одно удовольствие. Ланга немного притормаживает ногой, поднимая скейт, так как заметил вдалеке фары машины, не хотелось бы проблем. Однако, его настигает Реки и даёт подзатыльник.       — Я знаешь, как боялся, что ты не сможешь остановиться на такой скорости! А ты хоть бы предупредил, я же никогда не против нарушений, — Каян взъерошивает его волосы и смеётся, видя такой офигевший взгляд. — Такая рожа могла быть только у тебя...       Реки складывается пополам, пытаясь и отдышаться, и отойти от смеха, а Ланга старается помочь чем сможет, вот только всё похлопывает по спине как подавившегося. Парни наконец собираются с силами, когда рядом проезжает маленькая и быстрая тойота, явно нарушающая скоростной предел. Она их с ног до головы окатывает лужей у тротуара, оба кричат сначала вдогонку водителю, пиная скейты.       — Откуда здесь, чёрт возьми, лужа? — Ланга в шоке, он испачкал всю свою белую рубашку в грязи, а ведь он так тщательно и долго её гладил после стирки. Реки хихикает, а потом заливается смехом.       — У тебя грязь на жопе!       — Где? — Ланга крутится вокруг себя, отчаянно ища остатки лужи на заднице, вот только потом сдаётся и смотрит на весёлого Реки. Он рад смешить этого парня и делать, что угодно, лишь бы тот не грустил и не плакал так горько, только вспоминая про маму.       После они пошли домой, не в силах что-либо изменить или очистить одежду, но зато в их крови течет, по-прежнему, адреналин и серотонин.

🍋

      — Эй, Ланга, помоги убрать посуду в шкаф, — крикнула ему мама, гремя тарелками и чем-то ещё хрустальным. Парень, сонный и уставший после школы спустился вниз, помогая маме. У них были гости этим вечером, какие-то мамины друзья, он не пытался разобраться. — Ты помирился с тем другом?       — Давно уже, мы же с ним гуляли вчерашним вечером, — Хасегава убрал всю необходимую посуду и осмотрел вкусняшки, оставшиеся после ужина мамы. Хотелось, как в детстве, схватануть их со стола и убежать в комнату. Папа бы смеялся, а мама не знала, что произошло. — На самом деле, сердце у меня стучит ещё сильнее, когда он рядом, или мы катаемся на скейтборде.       Женщина с интересом взглянула на него, убирая блюда в холодильник и вытирая тумбочки у плиты и раковины. Она прекрасно всё слышала и даже поняла, в каком смысле это прозвучало. Ей не нравилась такая привязанность, да только, что она могла сделать, не лишать же Лангу прекрасного чувства.       — Ты испытываешь к нему любовные чувства?       — Я не хотел тебе говорить, зная, какая ты иногда категоричная, но вот так вышло. Я случайно, — он сел на диван с обреченным вздохом и обнял подушку. — Хочу помочь ему, хочу понять, какой он в самом деле, хочу быть рядом, хочу кататься на скейтборде именно с ним. Если это называется любовью, то, пожалуй, я испытываю именно её. Самое главное, хочу взаимности.       — Ланга, я не такая уж и категоричная, если это значит, что я за стандарты. Мне всё равно, кем будет тот или та, кого ты полюбишь. Я не хочу видеть тебя вновь грустным и таким, словно ты никчёмно прожигаешь жизнь. После смерти отца ты очень долго ходил в таком состоянии, я надеюсь, этот паренек заставит тебя только улыбаться.       Ланга вскинул на неё удивленный взгляд, совершенно не ожидая того, что только услышал. Это были те самые слова из какого-то драматического американского сериала о двух геях, оказывается, подобные душевные строки идут на пользу. Парень почти пустил слезу, что его понимают и не перечат, но тут же широко улыбнулся и одарил маму своим великим счастьем.       — Спасибо, мам.       — Только познакомь нас, если он выглядит неопрятно и как хулиган, я буду против, — она тут же надула губы и отвернулась, разве Ланга не был милашкой в данный момент?       — Обязательно, — «как только мы решим всё с его мамой...»

🍋

      Следующим утром Ланге было необходимо найти парня и поговорить, за складом не оказалось, поэтому он написал ему кучу сообщений. Ланга я хочу встретиться это насчёт твоей мамы ты же готовил ей чай и убирался, верно? Реки Реки💓💛💚 да где встретимся? Ланга у мужского туалета, оттуда пойдём на улицу за склад Реки💓💛💚 👌       На удивление, Каян был спокойнее, чем обычно в сообщениях. Даже не грубил и сразу на всё согласился, как будто ему угрожали жизнью. Показалось, что случилось нечто плохое. Ланга быстрым шагом, почти бегом, несся к нему, чтобы передать важную информацию. Советы его мамы непременно помогли бы Реки сойтись с его матерью, восстановить их отношения до прежних и вернуть доброго и хорошего ученика Реки.       — Привет, — сказал он, когда Хасегава чуть не пролетел мимо к мужскому туалету. Вокруг было много людей, поэтому они сразу же двинулись к черному входу, дабы погулять и там поговорить в тишине и спокойствии.       — Значит, ты приготовил ей поесть, понянчился с детьми и убрался? Той ночью и вчера? — Ланга уточнил и достал свой телефон, в котором ему мама показала сайт с подробными психологическими объяснениями, что делать в подобных ситуациях. Реки кивнул, на его голове был капюшон красной кофты, и лицо было плохо видно.       Выйдя на улицу, оба зажмурились сначала от солнца, а потом потянули носом прохладный воздух. Ланга начал читать статью под заинтересованный и весьма непонятливый взгляд Каяна:       — Значит так, состояние, когда человек раздражен и зол с родственниками и близкими может быть вызвано переутомлением на работе. Это нам известно, — Ланга набрался побольше сил и продолжил, — чтобы помочь человеку избавиться от такого состояния, необходимо...       — Эй, — Реки перебил его и снял капюшон, широко улыбаясь. — Ничего уже не нужно.       — Т..То есть как? — Хасегава сначала застыл на его радостное лицо, да и, в принципе, он был красивым, а потом пытался понять, почему ничего не надо. — Неужели...       — В первый вечер мама косо посмотрела на меня, но не кричала. В следующий вечер я сделал даже больше, так как пришёл раньше, и она поблагодарила меня, а потом извинилась, зайдя ко мне в комнату. Она никогда так не делала, так что я даже заплакал.       — Но почему ты молчал всё время? Ты же только что был таким угрюмым! — Ланга был несомненно рад, что всё уже начало решаться, но не представлял, что так скоро и быстро. С него упал такой груз ответственности, хотя это и не его дело.       — Я хотел тебя удивить! — Реки показал ему язык и снова улыбнулся, закрывая глаза. Хасегава глубоко вздохнул, так ему нервы потрепал этот оболтус. Стоило только помочь маме в управлении дома, так всё сразу разрешилось, никакой она вовсе не демон, как говорил Каян, просто лишенная сил женщина. Он рад, что всё образовалось. — Спасибо, что так пытался мне помочь, не думал, что это заинтересует тебя. Ты же так отчаянно советовал мне сделать что-то только из-за...?       — Да, потому что люблю тебя, — пожал плечами Ланга, не отрывая взгляда от этой милой, загоревшейся как лампочка, только красным, прелести. Реки пнул его ладонью в плечо.       — Почему же ты такой прямолинейный! — пока он кричал, парень наклонился и сделал то, что так давно хотел. Руки чесались обнять его и поцеловать, вкладывая все чувства, что он стал испытывать с их первой встречи, со столкновения и небольшой ссоры. Он целовал его, придерживая легонько за шею, касаясь пальчиками нежных волос на затылке. Губы Реки были мягкими и беззащитными, пока он был смущен и рассеян от произошедшего. Это был горячий первый поцелуй.       Как только он отошел, Реки дал ему парочку подзатыльников и накричал, однако, уже безоговорочно было ясно, что этот маленький вредина по уши в него влюбился, просто стеснялся. Любовь же слабость, а Каян совсем не слабый. Ланга улыбнулся и пошёл за ним за склад, договариваясь вечером о встрече.

🍋

      Ланга поставил левую ногу на скейтборд и оттолкнулся, разгоняясь. За этим пристально следил его любимый сенсей, сложив руки на груди. Сейчас он должен был выполнить сложный олли, а после они собирались перейти к остановкам, ибо Ланга позорно признался, что понятия не имеет, как останавливаться тэйлом, и другие способы ему абсолютно не знакомы. Волосы развивались назад, сердце в груди не утихало от подбадривающих слов и ощущения, что это самое лучшее, что с ним происходило за последние полгода.       Он разом обрёл любимое увлечение, с которого не собирался слезать, лучшего друга и любовь в лице одного Реки. Это было неимоверное удовольствие знать, что он нашёл всё, что когда-то потерял и что мечтал отыскать. Возможно, ему необходимо было почувствовать боль от потери, стать едва впечатляемым, чтобы потом ощущать всё это. Восхищение, любовь и радость. Замечать ежедневно улыбку Реки и помогать ему обрести заново себя. Иронично, что он даже не подозревал о том, куда это выльется.       — Придурок, носок выше, ты сейчас грохнешься! — крикнул тот ему и побежал на выручку, зная, что из западни Ланга не выберется и просто пропахает асфальт носом. Так и случилось, Каян всё же словил его за руку, только съехал на него сверху.       — Волнуешься?       — Ни черта! Ты тупой, я тебе сколько раз рассказывал, как правильно?       — Спасибо, — Ланга закрыл ненадолго глаза, наслаждаясь тем, что Реки просто рядом и тем, что всё хорошо.       — За что, ты придурок? — Каян на всякий случай оглянулся за собой, чувствуя, как руки парня на его талии сжимаются. — У тебя шизофрения?       Хасегава рассмеялся и начал подниматься, поднимая и парня с себя, он взял доску с уродливым монстриком, вспоминая, как Реки мастерски изобрёл его и придумал такую функцию для Ланги, как крепления. А потом всплыло в голове и их свидание, и их тренировки за складом, и ночное состязание, от которого оба были в смущении. Ланга стал пробовать вновь олли, главное, что с этим чудом, делающим каждый день ярче, остальное неважно.