Эффект бабочки

Спустя две недели

      Я с Эллис ходила по магазинам в поисках вечернего платья.       Мне ничего не нравилось, абсолютно. Но настроение было на высоте. Я успешно сдала все экзамены, защитила диплом и со спокойной душой могла расслабиться. Так же я ждала, когда приедут мои родители на вручение. Я жутко скучала и была очень счастлива, что они смогут быть рядом в такой важный для меня день. Инцидент, который произошёл на даче, неприятным осадком оставался в глубине души. Особенно, когда я узнала, что у Ноа сломаны две руки, сотрясение мозга и сломано ребро. Он сейчас в больнице. И как дальше сложится ситуация — неизвестно. Правда, никто не знал, кто его так избил, даже сам парень.       — Джин, посмотри, как тебе эта юбка?       Эллис вышла из примерочной в ожидании моего одобрения. Я закусила нижнюю губу.       — Ну знаешь, она не подчёркивает твои красивые ножки, а скорее наоборот. Попробуй это, — я протянула девушке милое платье длины миди с открытым плечами.       Она быстро задёрнула штору, копошась в примерочной. Я себя не видела ни в одном наряде из этого магазина, а примеряла я их около шести штук. Какие-то все однотипные, не стильные и мешковатые.       — Ну что там? — рассматривала платье на манекене. — Хватит любоваться собой в зеркале, покажи мне, — улыбнулась я.       Эл распахнула штору и с особым блеском в глазах вышла на середину зала.       — Джин, это прекрасно! — восторженно кричала Эллис. — Я влюбилась и, скорее всего, я его покупаю, — кружилась по залу, будто сошла с глянцевого журнала.       — Я очень рада за тебя! Обещай, что наденешь его на мой выпускной.       Через стеклянную витрину я увидела припаркованный гелендваген. Опустив глаза, я осознавала, что хватит уже обращать внимание на все похожие машины как у Хидана.       «Глупо. Как же глупо, Джин» — мысленно жучила сама себя.       Эллис уже расплачивалась на кассе, сгребая все пакеты.       — Пошли за мной, — направилась к выходу, — теперь я просто обязана, найти тебе супер красивые шмотки.       Я смеялась, удивляясь упорству подруги. Хоть и не хотелось её так называть, но в последнее время, мы очень сблизились. Быстрым шагом мы направились в следующий магазин, прозрачные витрины которого манили своими Luxury нарядами. Глаза разбежались от изобилия такой красоты. И я сразу увидела свой будущий наряд. На манекене висело, чёрное вечернее платье, длины миди с рукавами фонариками, под пояс с V-образным вырезом спереди.       Я застыла на месте, осознавая, что вот без него я никуда не уйду. Милая девушка-консультант подошла ко мне, натянуто улыбаясь. А я лишь указала пальцем на эту шёлковую ткань. Когда я вышла из примерочной, то радостно хлопала в ладоши, понимая, что оно подчёркивает все достоинства и просто невероятно на мне сидит. Эллис тоже одобрила, замечая, что я выгляжу очень взрослой и солидной барышней. На последнем слове мне стало грустно. Я пальцами перебирала мягкую ткань снова погружаясь в свои мысли…       — Джин, покупай эту красоту, и поехали домой, я ног не чувствую, — села на диван Эл, скидывая на кучу все пакеты.

***

      С грустным лицом я листала ленту новостей, выбирая макияж. Завтра такой важный день, а мне для полного счастья чего-то не хватает. Раздался звонок в дверь. Я кинула телефон на подушку и пошла открывать, совсем не соображая, кто мог прийти, ведь родители набрали бы меня в аэропорту.       Открыв дверь, я на секунду потеряла дар речи, а потом кинулась в объятия своей матери, которую не видела больше трех месяцев. Почему-то слёзы потекли из глаз, а я старалась быстро их вытереть, боясь показывать свои чувства перед родным человеком.       Мама вошла в квартиру, рассматривая меня с ног до головы.       — Как же ты похудела, — заметила женщина, — совсем же не готовишь себе.       Я закатила глаза, вот мамы такие мамы. Мы не виделись три месяца, а она мне о похудении говорит.       — А где папа? — поинтересовалась я и увидела, как мать начала меняться в лице.       — Джин, только не обижайся, — мама взяла меня за руку, — но отец не смог приехать, он в командировке в Германии.       — Разве я так много прошу, — вспылила я, — просто хочу чтобы вы уделили мне два дня. Всего два дня, чтобы быть рядом со мной в важный для меня момент.       Мать с пониманием на меня смотрела поглаживая мою руку.       — Он обещал приехать где-то через месяц.       Я молча затащила мамин чемодан в комнату. И достала с тремпеля свой выпускной наряд, протягивая его самой важной женщине в моей жизни, ожидая её одобрения.       — Я бы хотела, чтобы и папа это видел, — прошептала, проглатывая ком в горле, — но увы, он сможет мной гордиться только по фоткам.       Мама тяжело выдохнула, присаживаясь на край кровати, сминая кусок ткани в руках.       — Джин, мы тобой очень гордимся. Ты выросла умной и хорошей дочерью, за которую нам никогда не будет стыдно.       Я не выдержала, и скупая слеза скатилась по моей щеке.       — Мама, но я так хотела, — присела рядом, крепко обнимая женщину.       — Понимаю, девочка моя. Я тебя хорошо понимаю, — гладила по волосам, успокаивая дочь, — не плачь. Завтра важный день, и нужно быть в хорошем расположении духа.       Весь вечер мы проболтали с мамой. Я рассказала ей, что рассталась с Ноа, что он оказался редким подлецом. Она как всегда меня поддержала и пожелала на будущее «хорошего жениха». Да только хорошие, как-то совсем не в моём вкусе.       Я не заметила, как начала засыпать под приятный голос мамы. Мне хотелось слушать и слушать её, наслаждаться компанией родного человека, но я засыпала, понимая, что завтра важный день и нужно хорошенько отдохнуть.

***

      Вся суета с приготовлением отвлекла меня от плохих мыслей. Макияж, прическа, маникюр, вкусные перекусы в ресторане — всё это добавляло яркие краски, которых в последнее время так не хватало. Для меня это были самые счастливые времена с мамой. И вот я уже стою при параде, перед зеркалом, заправляя накрученные волосы за ухо. В отражении на меня смотрела красивая девушка, правда с грустными глазами. Платье подчёркивало талию, а босоножки на небольшом каблуке, делали ноги стройнее.       Я взяла клатч и натянуто улыбнулась своему отражению в зеркале. Мать копошилась в комнате, надевая свои серьги. Когда женщина вышла из комнаты, она остановилась, рассматривая меня.       — Какая же ты красивая, доченька, — пристально смотрела сдерживая слёзы, — я так рада.       — Мама, такси уже ждёт, — улыбнулась я, — сейчас мы опоздаем, и эту красоту никто не увидит.       Спустя 30 минут мы были уже возле универа. Вся парковка была заставлена дорогими авто. А в окнах на четвертом этаже горел свет. Мы направились в здание, да только я пару раз окинула взглядом машины, надеясь увидеть ту самую, но увы, мои попытки увенчались поражением. Я сжала кулаки. Пора бы уже успокоиться и не тешить себя иллюзиями.       В актовом зале было ужасно душно. Открытые окна не успевали охлаждать воздух. И присутствующим приходилось обливаться потом. Мы все-таки опоздали, но ничего важного не пропустили. Вручение ещё не началось, а только небольшой концерт в честь выпускников, которым совершенно было плевать на это. Я посадила маму возле Эллис, которая красовалась в первых рядах в своём новом платье, и вручила ей телефон, чтобы она могла запечатлеть интересные моменты.       — Джин, ты такая красотка, — заверещала Эл размахивая руками, — отпад просто.       Я же только улыбалась, чувствуя приятное тепло на душе.       Пришлось оставить маму в надёжных руках подруги, а самой пойти в аудиторию, где собралась вся группа. Ребята уже разливали шампанское, и на тихую спаивали нашего биолога Сасори. Все были счастливы и носились по универу в красивых нарядах, выставляя себя во всей красе, чтобы первые курсы смогли с достоинством оценить выпускников.       В аудиторию влетела наш куратор. Мигера, а не женщина.       — Ребята, быстро на сцену, что вы тут делаете? Какая же неорганизованность, какой кошмар, — причитала женщина средних лет, выгоняя нас в актовый зал.       Когда мы толпой поднялись на сцену, зал озарили аплодисменты, крики и свист присутствующих.       Я раскраснелась как помидор, поправляя все время платье. Я всегда чувствовал себя неловко в большой компании, а тут вообще кошмар. Стоишь улыбаешься, все тебя фотографируют и рассматривают. Как всегда пламенная речь директора, которая надолго затянулась, о том, что наш университет сделал из нас людей, а самое главное специалистов своего дела, и бла-бла-бла.       Я умирала от жары, смотря со сцены на маму и Эллис, к которым уже присоединился Дейдара. Мысленно я умоляла, чтобы всё побыстрее закончилось и мы уехали тусить в клуб.       Спустя некоторое время очередь дошла и до моей персоне. И вот он, момент истины. Директор называет мою фамилию, я подхожу к нему, крепко пожимаю руку и получаю свой диплом. Он в свою очередь хитро улыбнулся, будто бы зная все мои жизненные грехи, мне стало жутко от его взгляда, и мурашки пробежались по телу. Я криво усмехнулась в ответ и встала на своё место, крепко сжимая в руках кусок картонки.       И все? Четыре года каторги, нервы, слёзы, бессонные ночи, ради этого секундного момента.       Я выдохнула, подмигивая маме, которая аккуратно вытирала слёзы в уголках глаз и при этом не забывала меня фотографировать. Я засмеялась, какая же она у меня чуткая и внимательная женщина. Когда всё закончилось и наступил поздний вечер, на парковке нас ждал автобус, чтобы погрузить наши тела и отвезти тусить. Я прощалась с матерью, отдавая ей ключи от квартиры.       — Так мама, за меня не беспокойся, — серьёзно начала я, — долго на этих каблуках веселиться не смогу, так что скоро буду дома.       Мать только тепло улыбнулась.       — Это твой выпускной, дорогая, отпразднуй его как следует, — поправила прядь моих волос.       — Спасибо, мама, — я обняла её так крепко, как только смогла.       Такси уже приехало, и мне пришлось отправить эту шикарную женщину домой в одиночестве.       На улице было просто великолепно. Прохладный ветер бодрил после душного зала, и совсем не хотелось идти в автобус. Была бы не на каблуках, с удовольствием прошлась бы пешком по набережной.       — Джин, а нам точно нельзя с тобой? — поинтересовалась Эллис. — Я так хочу потанцевать и повеселиться.       — Нельзя. Кураторша, старая мигера, настояла на том, чтобы была только наша группа и часть преподавательского состава.       Действительно, очень жаль, что нельзя взять с собой друзей. С ребятами из группы я не так тесно и общаюсь, чтобы можно было расслабиться в их обществе. А преподы, после первого стола свалят домой. Но уже как-то все равно, назад дороги нет.       Я попрощалась с Дейдарой и Эл и направилась в автобус. На телефон пришло смс, заставляя меня остановиться и искать мобильный в сумочке. Когда я его прочла, начала улыбаться как идиотка, оглядываясь по сторонам:       «Красивое платье, Джин»       Я догадывалась, кто это написал, хоть номер был скрыт, и скорее всего была права. На парковке на приличном расстоянии от нашего автобуса, стоял гелендваген, который я заметила, только сейчас. Подойти не хватило духа, поэтому я стояла и смотрела на затонированные окна, в надежде, что по ту сторону смотрят и на меня.       — Джин, — позвал меня Сасори, немного шатаясь, — давай садись в автобус, мы уже уезжаем.       Я последний раз глянула на машину с какой-то надеждой, но опустив голову, пошла занимать своё место в автобусе, в котором уже вовсю разливали шампанское, а Сасори говорил заумные тосты. Я улыбнулась, ведь впервые в жизни видела нашего преподавателя в таком состоянии. Ребятам удалось его хорошенько напоить. Я крепче сжала кулаки.       Да здравствует взрослая жизнь…