Потерянные во тьме

– Ты серьезно собираешься бегать всю ночь от преступников, сажая на хвост новых? – с удивлением и в то же время с раздражением вскрикивает Элис, вытягивая руки вниз, а маленькие ладошки тут же становятся кулачками. А решился на это Огай прямо на следующий день после засады у подпольной клиники. – Да, – коротко отвечает он, тут же хватает девочку за руку, волоча ее за собой, – мало ли кого поймаем. – А точнее, они нас, – снова буркнула она, но послушно шла за мужчиной. – Для этого я и тащу тебя, – в ответ слышится только фырчание.       По улицам пришлось идти как можно тише. Все же тупо бегать по переулкам от организаций, была не самая лучшая идея. Пока что они отлично вливались в роль обычных прохожих. Все равно улицы ещё оживлены и просто двое гуляющих никак не могли вызвать подозрения.       В это же время рыжеволосый юноша снова проводил время со своей новой компанией. Но он до сих пор был помешан на поиске босса. А недавние слухи только раззадорили воображения, переворачивая все прошлое кверху дном. – Что делаете в этот вечер? – звучит тихий вопрос от одного из людей этой небольшой организации. – Искать, – коротко бросил Накахара, отвернувшись куда-то в сторону. Почти каждый раз от нее слышится эта фраза. Ему даже старались помогать, но это оканчивалось без каких-либо результатов. – Да ты сбрендил, – наконец не выдерживает рядом стоящий парень. Он резко дёргает Чую за плечо разворачивая к себе, – прошло два года, пора уже заканчивать этот детский сад! – Что хочу, то и делаю, – быстро выпаливает Накахара, делая шаг вперёд на собеседника. Кулак уже был на готове, но рыжеволосый быстро передумал. Тут же разворачивается и уходит в неизвестном направлении. Даже не оборачивается.       Снова тупая боль в груди, с каждым шагом только усиливается. Все мысли забиты Мафией. Может он и правда болен или рехнулся? Эта боль просто скоро убьет. Только помочь никто не сможет. Мафия была для него уже родным домом. Но случилось это. А ведь даже причины были неизвестны. Только последний приказ босса: разбежаться по городу и не контактировать.       Накахара остановился, подняв голубые глаза в небо. Скоро полночь. Луна заливает весь город своим бледным светом. Но так тускло... Мало что можно разглядеть в этой полутьме. Но она уже настолько привычна, что вовсе не обращаешь на это внимание. На улице так тихо.       Но тишину нарушали быстро приближающиеся шаги. Даже не одного человека. Парень резко повернул голову в сторону шума и застыл на месте в ожидании. Зачем бежать? Что будет, то и будет, прятаться точно не хотелось. Он не видел в этом смысла. Хоть раз хотелось пустить все на самотёк. – Чтобы ещё раз я на такое соглашалась! – кричит вроде детский девичий голосок, сейчас не разобрать. – Да ладно, почти добежали, – в попытках как-то приободрить чуть ли не шепчет уже мужской, дыхание явно сбито и говорить ему трудно. Затем тихий вскрик и Чуя уже видит две фигуры в нескольких метрах от себя. Это мужчина резко дёрнул девочку в очередной поворот. Фигуры стремительно приближались. Теперь уже можно было различить крики гонящихся за ними людей. И тяжёлое дыхание впереди бежавших. – Ринтаро, там человек впереди, – снова кричит девочка, указывая пальцем на Накахару. Того как током пробило. Знакомая фамилия... Он пытается всмотреться в силуэты, бегущие к нему. В бледном свете никак не может разглядеть, только отдельные детали и размеры. Девочка и мужчина.... Халат. Неужели и правда они? Появляется мелкая дрожь в руках, а в тот момент они уже совсем близко. – Стоит, значит с собой прихватим, – быстро и сбивчиво заявляет Огай, тут же проносясь мимо рыжеволосого и хватая того за руку. Рука парня теперь крепко сжата в чужой, рыжеволосый немного морщится, так как на ладони синяк, который напоминает о себе тупой болью. Накахара не сопротивляется. Тут же бежит за ними, спотыкаясь, сразу такую скорость набрать не получается, а мужчина все тянет его вперед. Не успевает он сообразить, как вдруг резкий поворот и они скрываются в одном из переулков.       Они достаточно резко тормозят, Чуя снова не успевает, легонько влетев в стену. Мужчина облокачивается на стену, тяжело дыша, упирается руками в колени. Минут пять слышится только тяжёлое дыхание. Чуя внимательно всматривается в силуэты и не может поверить своим глазам. Он снова просто стоит на месте, тупо пялясь на них.       Мори поворачивает к нему голову и на его лице появляется глупая, но довольная улыбка. – А ты говорила, что никого не поймаем, – обращается он к Элис, все ещё смотря на ошарашенного Накахару. Парень вовсе ничего не понимает, даже, в основном, не вслушивается в слова. – Да нас самих чуть не поймали! – быстро вскрикивает она, делая шаг на Мори, но тут же отворачивается, скрестив руки на груди, – да и тебе повезло просто. И вообще, я его увидела! – А я понял, что это мой подчинённый, – с явным энтузиазмом продолжал говорить Огай, внимательно смотря за реакцией девочки. Забавляло его все это.       Но наконец эти двое вспомнили о рыжеволосом, который все это время молча смотрел на них. Прожигал глупым непонятливым взглядом. – Чуя, – наконец, повернувшись к нему, начал было говорить Мори, но так же застыл, не смея продолжить. Накахара просто стоял, а в глазах отчётливо виднелись капли слез, в которых так ярко отражался лунный свет. – Ты чего? – с какой-то ноткой мягкости протянул он, подходя к рыжеволосому, и Элис притихла в такой момент. – Я думал, вы убиты, или ещё что-то, – с коротким всхлипом быстро выпалил он, смазливая с глаз навернувшиеся слезы. – Плохо закопал, так что идём возвращать Мафию, – как можно веселее комментирует Мори, чтобы развеять такую обстановку. Он поворачивается, чтобы уже уйти, но со спины резко подбегают, легонько обнимая. Больше сказать Чуе было нечего. Для него вообще лучше и легче действия, чем слова.       На лице Мори вновь лёгкая улыбка. Он медленно поворачивается, освобождаясь от чужих слабых объятий. Легонько поправляет рыжую прядь, аккуратно поглаживая голову Накахары. – Идём, у нас много дел, – нежно шепчет Мори.       Медленно они направляются обратно в квартиру, больше сейчас искать им нечего, стоит спланировать дальнейшие действия. Небольшой перерыв перед огромной игрой. Дальше действовать придется резче, да и Мори теперь не один, можно идти далее. Но тишину и спокойствие перебивает Чуя, которому наконец хватило духа заговорить. – Мори-сан, иди дальше сам, – тихо выдавил из себя Накахара, останавливаясь, от чего Огай прошел чуть вперёд и тут же повернулся. – Не понял, – тихо начинает говорить мужчина, но Чуя перебивает его, продолжая речь. – Зачем было распускать Мафию? – он опускает глаза в землю, секундная пауза, – а теперь снова собирать? Помучить нас захотелось?! – надрывно кричит он, но сдерживается, чтобы не привлечь внимание других людей, от которых они недавно удирали. – Поверь, на это были причины, – спокойно, стараясь как можно мягче ответить, говорит Мори. Делает шаг вперёд, вновь протягивая руку к Накахаре. Но тот отшатывается, не позволяя дотронуться до своего тела. Мужчина опускает руку, понимая, что ничего не добьется этим. – Причины? А нам сказать? А может этих причин просто не было, вот ты и молчал? – все сильнее начинает кричать Чуя, стоя на месте. – Хочешь сказать, что не вернёшься в Мафию? – пытаясь остаться спокойным, задаёт ответный вопрос Огай. Но сам сжимает подол своего халата в руке, переминая лёгкую ткань. – Не можешь ответить на эти вопросы? Значит все же не было причины... – уже тихо, чуть подрагивающим голосом шепчет Чуя, – это объявление войны лично тебе, Мори-сан.       Мужчина лишь усмехнулся, оглядывая рыжеволосого. – Войны? Мне? Что ж, посмотрим, кто выиграет, проиграешь и я верну тебя под мое командование, – бросает Мори и снова поворачивается, уходя вглубь тьмы улиц. – Я же не дам тебе собрать обратно Мафию, – Чуя же остаётся на месте, смотря вслед уходящей фигуре. Зачем он это сделал? За сколько лет наконец нашел Мори, а сейчас просто оттолкнул его. Сейчас в нем будто боролись два разных человека. В тот же момент, что все-таки задумал босс?       Прошло два года, уже все скорее всего реабилитировались после распада Мафии, построили жизнь с чистого листа. И тут снова появляется Мори с восстановлением Мафии. Ведь это значит, что нужно снова разрушить уже сложившееся и вернуться к прежней жизни. А если он снова захочет их распустить?       Накахара до последнего стоял, наблюдая за двумя отдалявшимися силуэтами, пока те полность не погрузились в темноту. Даже после этого он стоял, пытаясь их различить в этой тьме, несмотря на то, что они уже давно испарились. А их уход отдавался какой-то пустотой. Чуя сам не понимал, даже последний этот год не было так хреново, как сейчас. Но хотя бы исчезла та боль. Он жив.       После ухода Дазая, Мори стал, наверное самым близким и дорогим человеком для Чуи. И сейчас от него требовалось просто забыть все, что было раньше, чтобы не дать восстановить Мафию, посмеяться над сотрудниками. Слишком большой раной остался на и так израненном сердце Огай, до сих пор ноющей.