Проза о любви

      В очередной раз дом встречает тебя мерным звучанием старинных часов с маятником. Снаружи сумерки. После напряжённого рабочего дня хочется поскорее оказаться в постели, укутаться поглубже в одеяло, уткнуться в чьё-то тёплое плечо, да только при условии, если бы дома оказалась ещё одна живая душа, родная…       До боли знакомое чувство одиночества душит тебя, как и отсутствие банальных звонков и сообщений от любимого. Ведь Фёдор сам заверил, что его дела не займут много времени. Ну, от силы пару недель. Однако эти недели затянулись на ещё несколько, режим «ожидания», в котором ты начала пребывать с недавних пор, поселил в твоём сердце беспричинное раздражение или даже обиду. Может, страх? Ты уж было подумала, что с любимым что-то стряслось, хотя в глубине души продолжала верить, что это лишь наваждение.       Практически с самого начала вашего знакомства ты знала, насколько у Фёдора специфическая «работа», и тогда, когда вы скрепили свои любовные узы брачным союзом, потенциальная опасность нависла и над тобой. Враги и даже союзники видели в Достоевском демоническую сущность, лишь для тебя Федя открылся со светлой стороны как любящий и заботливый супруг. Кроме криминального рода его занятия, ты также закрыла глаза на его нездоровую ревность, высокомерный нрав, раздражающие привычки. Одно тебе не давало покоя, а именно разлука с мужем.

***

      План на остаток вечера неизменен. Вот ты складываешь продукты в холодильник, потом идёшь в душ.       Стоя под едва ли не кипятком — холод не для тебя — прокручиваешь всё сказанное и сделанное тобой, испытывая при этом самые разные эмоции, начиная от мало-мальского чувства вины и заканчивая настоящим гневом. И все несколько месяцев тебе не даёт одна и та же навязчивая мысль о том, как под этим душем ты стоишь не одна, а с кем-то, как этот некто слабо сжимает твои хрупкие плечи, и каждый сантиметр твоей кожи соприкасается с его. Ты краснеешь настолько сильно, что скоро начнёшь купаться в краске. Выходя из ванной, от этой постыдной мысли не остаётся ни следа, ни одного упоминания.       Временами ловишь себя на мысли, что одной жить крайне одиноко, ведь дом — это не только об интерьере. Дом — это то, кто в нём. Кто-то должен в нём ждать, скучать. Не обязательно, чтобы между людьми было исключительное взаимопонимание, ведь подобная гармония кажется нездоровой. Вроде и царит вселенское спокойствие, однако всё ещё остаётся загадкой то, что на самом деле испытывает человек, сидящий рядом с тобой за одним столом. В правильном доме есть разногласия, которые решают правильными методами.       Нельзя сказать, что между тобой и Фёдором было много конфликтов, иначе вы бы попросту не ужились и, в конце концов, развелись. Меньше всего ты бы хотела видеть супруга в ярости и больше всего желала никогда не столкнуться с его тёмной стороной. Впрочем, в действительности Фёдор, конечно же, не норовит побить тебя розгами или нанести увечья. Он не настолько глуп, чтобы относится к своей любимой жене с пренебрежением, и не опустится до насилия в твою сторону.       Чаще всего инициатором конфликта становишься ты. Безусловно, вы имеете разные взгляды на вещи, однако иногда контраст в образе жизни портит качество жизни партнёра либо приводит к противоречиям. Например, для Фёдора сон — это мелочь. Он способен спать в перерывах между работой. На подобную картину тебе больно смотреть, и как бы ты ни уговаривала его хотя бы раз в жизни поспать по-человечески в кровати, а не за компьютером, он всё отмахивается, мол, некогда. «Нормальные мужчины спят со своими жёнами, а ты променял меня на железку!» — шутишь ты, хотя порой бывает и не до шуток. Взрослые люди, а не могут договориться о том, где надо спать.       Может, дело в размере. Зачем супружеской паре такой большой дом на несколько этажей? Из прислуги разве что Гончаров — правая рука Фёдора. Тем не менее, ты до сих пор удивляешься, кто поддерживает в доме чистоту и порядок: с учётом его размера, вряд ли один Иван управился бы с уборкой.       На просторной кухне приглушённое освещение: ни один обитатель этого дома не любит слепящий электрический и солнечный свет. В горло не лезет ни один кусочек, и тогда ты решаешь окончательно раскрепоститься. Хотя ты знаешь, что на голодный желудок не стоит пить горячительные напитки, ведь так быстрее опьянеешь, но именно этого эффекта ты и добиваешься. Твоя плохая переносимость алкоголя действует достаточно быстро, потому полтора бокала уже хватило для того, чтобы ноги стали ватными. В груди поселилось тепло, согревающее всё тело, и вот уже вечер не кажется таким скучным. По совету коллег ты хотела посмотреть какой-то новомодный фильм, однако ты так вдарилась в своё самокопание, что медленно начала погружаться в бессознательное состояние…

***

      Прошло ни много ни мало времени. Внезапный скрежет в прихожей выдернул тебя из сладкого сна. Недолго думая, ты шаткой походкой поплелась в тёмный коридор, и как только повернула за угол, чуть не потеряла дар речи.

Перед тобой предстал он.

      Пара горящих глаз-аметистов сверкнула во мраке спящего дома. Похоже, их обладатель не ожидал увидеть тебя в столь поздний час на ногах, потому как только ты попала в поле его зрения, он замер в изумлении. Высокий человек выпрямился и распростёр свои руки в предвкушении объятий, и ты, повинуясь, вмиг обвила его худой стан своими. В ответ Фёдор уткнулся носом в твою макушку и запустил свои длинные пальцы в мягкие локоны. Затем, нехотя, чуть наклонившись и опалив твоё ухо своим таким горячим после холодной улицы дыханием, произнёс: — Я так соскучился.       От переизбытка чувств на твоих глазах даже проступили слезинки. Ты ещё могла более-менее здраво оценивать ситуацию, пока вторая рука мужа, до сих пор аккуратно поглаживающая твою спину, не начала медленно скользить вниз, под майку. В тот момент из груди будто весь воздух выбили — это был твой первый томный вздох, а второй, больше похожий на стон, ты издала тогда, когда даже не сориентировавшись в том, за сколько секунд и как это произошло, оказалась посаженной на стоящий рядом комод, чуть поравнявшись с Фёдором в росте, надменно смотревшего на тебя сверху и жадно сминавшего твои губы своими.       Горьковатый винный вкус оказался на его языке. Фёдор прекрасно знал, как порой тебя бросает из крайности в крайность под воздействием алкоголя — это кажется весёлым, а иногда ты будто становишься безвольной куклой.       Тяжёлое пальто потихоньку сползло с плеч мужа, его излюбленная шапка улетела в неизвестном направлении, и скоро твою майку постигла такая же участь. Фёдор вжимал тебя этим долгим поцелуем в стену, чтобы ты ни коим образом не нашла пространства для манёвра. Он словно плотоядный оголодавший зверь, а ты — его долгожданный трофей.       На самом деле, ты не особо понимала, что делать. То есть, за годы совместной жизни с Фёдором ты уже набралась опыта, но подобное состояние растерянности в новинку. Не зная, куда деть свои руки, ты обвила ими его шею, чтобы быть как можно ближе.       Низ живота словно связало в один большой узел. Твои бёдра начало предательски сводить, когда ладони супруга властно легли на них, поглаживая. По твоей бархатной коже прошёл табун мурашек. Всё покрылось пеленой, дом поплыл перед тобой, и только лицо Фёдора оставалось чётким: его хищный прищур, его оскал, его пылающие глаза…       «К чёрту!», — проскользнуло в твоей голове. Ты страшно скучала по своему мужу, не имея возможности поддерживать хоть какой-то контакт. Ваши чувства взаимны. Так почему же ты должна отказывать себе и ему в приятном удовольствии? Впрочем, ты и не собиралась прерывать действо, ведь сбежать не получится…