Игрушка для чудовища

Следующие несколько дней я едва ли могла встать с кровати, но это было куда лучше, чем та боль, которую чувствовала каждый раз после визитов Демона. Иногда мне казалось, что я свыклась с ней и научилась не обращать внимания, но стоило ему прикоснуться, как она усиливалась, становясь нестерпимой. По сравнению с этим ноющие мышцы казались вознаграждением, и я коротала дни в своей комнате, куда вновь заглядывала только прислуга, чтобы принести мне завтрак, обед и ужин. Мой рацион несколько изменился, в нём стало больше овощей, фруктов и белка, что было гораздо лучше, чем попытки Демона испробовать на мне очередной афродизиак. Чтобы почувствовать к нему влечение, пожалуй, нужно было вкачать себе минимум пару доз сильного наркотика. Но шансов умереть от передозировки у меня всё же было гораздо больше. Сказка закончилась уже на третий день, когда Демон не выдержал и вытащил меня на полигон. Но мне с трудом удавалось держать пистолет, что только сильнее раздражало его. В конце концов, он взбесился окончательно. — Поработай пока ртом, — распорядился Демон, обхватив меня за волосы. Я покорно опустилась на колени и потянулась, чтобы расстегнуть ширинку. — Ты слишком медленно учишься. Может, мне стоит поискать себе другую игрушку? Я молчала, высвобождая его твёрдый член и обхватывая его губами. В этот момент я вновь не чувствовала себя собой, а моя бесчувственная копия делала всё механически беспристрастно, словно бы повторяя заученный алгоритм движений. Она как всегда предательски отступила в тот момент, когда он с силой потянул меня за волосы, вбиваясь в горло до основания. Я невольно закашлялась, а глаза заслезились, но это, казалось, только доставило мужчине удовольствие. Он хотел сделать из меня воина — сильного и непобедимого, но в его руках я должна была быть безобидной игрушкой, чтобы мог упиваться моей слабостью и своей безграничной властью… Когда он закончил, то вновь отослал меня в мою комнату, обронив напоследок, что завтра я отправлюсь к Вадиму, ведь ему надоело моё притворство. Мне оставалось только покорно кивнуть, порадовавшись тому, что хотя бы полдня проведу вдали от этого дома и его хозяина. На втором занятии Вадим снова решил загрузить меня упражнениями для укрепления мышц, впрочем, как и на третьем, на пятом, на десятом… Мы занимались почти два месяца, и, хотя за это время я стала физически сильнее и выносливее, всё ещё не чувствовала, что могу одолеть противника в честном бою. Мои навыки стрельбы были куда лучше. К тому времени я уже попадала в движущуюся цель и могла поразить мишень с большого расстояния. В качестве дополнительной нагрузки я метала ножи и довольно сносно овладела луком. Список моих жертв увеличился ещё на шесть человек, и всех их я убила без зазрения совести. Каждый раз, целясь, я представляла глаза Демона в те моменты, когда чувствовала себя слабой, и не хотела снова доставлять ему такое удовольствие. Я медленно превращала себя в камень, заливая боль крепким алкоголем и вытравливая горечью сигарет, которые он так часто курил в моём присутствии. Никому на свете было не пробраться под эту непроницаемую оболочку… разве что Демону, который по-прежнему причинял мне боль… и Вадиму, потому что… он всё ещё оставался для меня загадкой. За те месяцы, что я тренировалась под началом Вадима, так и не смогла понять, представляет ли он для меня угрозу. Но я перестала вздрагивать от каждого его движения, потому что он ни разу не попытался причинить мне вред. Он словно бы действительно пытался научить меня и даже иногда был добр, и это сбивало с толку. Я не понимала, честен ли он или притворяется, выполняя поручения Демона. Поэтому я не подпускала его близко, выставляя вместо себя свою бесчувственную копию. Она намеренно по-дурацки шутила и вела себя слишком провокационно, лишь бы он никогда не догадался, как мне на самом деле страшно. Я пыталась убедить себя в том, что Вадим всё равно не сможет сделать больнее, чем его безумный братец, но на самом деле он располагал миллионами способов причинить мне вред и сломать окончательно. Этого нельзя было позволить. — Ты всегда будешь стоять рядом, пока я курю? — нахмурился Вадим, когда я в очередной раз пристроилась неподалёку, чтобы вдохнуть сигаретный дым. Я не курила уже два месяца, и от этого раздражение только усилилось. — Тебе мало нагрузки? Ещё десять кругов! — Мне это не нравится! — буркнула, срываясь с места. В толстовке быстро стало жарко, и я сняла её через голову, чтобы бросить мужчине в руки, оставшись в футболке. Вадим только хмыкнул, поймав её. — А что тебе нравится? — поинтересовался он, провожая меня взглядом. Бегала я уже куда быстрее, чем раньше, но этого было всё равно недостаточно, чтобы сбежать от Демона. Моя бесчувственная копия только усмехнулась вопросу, ведь она точно знала ответ. — Чистый виски и жесткий секс, — фыркнула она, и это показалось слишком провокационно даже для неё. Но ей нравились провокации, потому что они заводили Демона. А она была создана, чтобы ему угодить. — А тебя когда-нибудь брали по-другому? — спросил вдруг Вадим, и этого оказалось достаточно, чтобы выбить меня из колеи. Я остановилась. — В школьные годы мой брат нежностью не отличался… Пара девушек приходили жаловаться родителям… — Ты сказал это, чтобы посмотреть на мою реакцию? — выдохнула я, опустившись на мат. Вадим внимательно наблюдал за мной. — Это он попросил? Моя бесчувственная копия как всегда поспешила ретироваться, оставив меня разгребать то, что она натворила. Меня переполняли противоречивые эмоции, и я не могла даже предполагать, куда приведёт этот разговор. — Мы не так близки, как ты думаешь, — отозвался Вадим, докуривая. Я промолчала. — Я знаю о делах Виктора, но в его личную жизнь не лезу. Впрочем, судя по тому, как ты шарахаешься от меня, может, зря… — Ты хоть знаешь, что происходит в том доме? — прошептала, избегая его взгляда. Я не ждала ответа на вопрос. Он сорвался сам по себе. — Нет, но я надеялся, что ты расскажешь, — произнёс вдруг мужчина, и я усмехнулась. Нужно было быть идиоткой, чтобы рассказать ему. — Он сделал тебе больно? — Я не могу говорить об этом, — отрезала, покачав головой. Мне следовало быть осторожнее и не дать этому разговору начаться. — Может быть, закончим тренировку на сегодня? Я слишком устала. Даже не заметила, как Вадим подошел ближе и сел на маты рядом со мной. Я вздрогнула, когда он оказался ко мне лицом к лицу. — Не можешь говорить… покажи, — попросил он, заглянув мне в глаза. Я вскинула брови. — Он мой брат, и я имею право знать, что он натворил. Несколько секунд я молчала, а затем приподняла футболку, обнажив синяки на коже. Он никогда не бил меня, ведь для этого была Аркадия, но в порывах его сумасшедшей страсти не сдерживал себя. К тому времени я уже и не помнила, когда в последний раз видела своё тело без повреждений. Лицо Вадима помрачнело, и я решила для себя, что если он притворяется, то наверняка хороший актёр. Тогда я не могла поверить, что это не часть безумной игры, и пыталась придумать достойный ответ на случай, если Демон вдруг об этом спросит. Я знала, что мне не следует доверять Вадиму, ведь никому на свете не было до меня дела. Тем более, брату Демона. Но его взгляд был таким странно открытым и понимающим, что что-то внутри меня сломалось. Я пожалела об этом ещё тысячу раз. — Я поговорю с ним, — бросил вдруг Вадим, вставая с матов. Я растерялась и пришла в себя только в тот момент, когда он подходил к двери. — Нет, стой! — выкрикнула, вскакивая с места, чтобы догнать его. Мужчина едва успел коснуться ручки двери, как я буквально повисла на нём, ухватившись за плечи. Он был выше Демона, а уж меня и подавно. — Не смей! — Ты же понимаешь, что так не может продолжаться, — проворчал Вадим, поворачиваясь. Мне пришлось отпустить его и смотреть на него снизу вверх. — Какие бы у вас не были отношения, это… Он не имеет права причинять тебе боль. — Он имеет право на всё, — ответила я фразой, которая засела в моей голове за эти долгие месяцы. Лицо Вадима помрачнело ещё сильнее. — Не знаю, что тобой движет, но… Пожалуйста. Пожалуйста, не говори ему об этом. Вадим промолчал, но отошел от двери и снова закурил. Я присела неподалёку и снова вдохнула успокаивающий сигаретный дым, чем одновременно пыталась и наказать себя. Мне не следовало быть такой глупой. — Хорошо, я не скажу ему, — согласился мужчина, и я невольно выдохнула. Его слова звучали убедительно, и мне хотелось верить, что он сдержит обещание. — Но с завтрашнего дня мы начнём отрабатывать боевые приёмы. Я не знала, как мне это поможет против Демона и должно ли вообще помочь, но согласно кивнула. Я готова была на всё, лишь бы больше не возвращаться к этому разговору, но даже и не заметила, как стена между нами в одно мгновение рухнула навсегда, разлетевшись на осколки. А за ней была только пропасть…