Глава 17: «Возможности тумана», часть первая
20 февраля 2022 г., 12:00
Примечания:
Фик редактируется. Остальные главы скоро будут доступны.
Заходите в тг, тут новости, даты выхода глав, арты. Ссылка: https://t.me/Uzushio1
Мэй страшная.
Она реально чертовски страшная.
Когда Наруто впервые встретил ее, он нашел ее лицо слегка обезоруживающим. Она всегда улыбалась и все же каким-то образом могла показывать разные чувства через, казалось бы, эмоционально ограниченное выражение лица.
Но теперь он понял, что это было то лицо, только когда она была любезным дипломатом в Конохе, чтобы способствовать развитию будущих отношений.
Теперь, когда она была в своей стихии, а именно в качестве главнокомандующего небольшой армией, он действительно узнал, каков вкус страха.
Как бы то ни было, он был в палатке большего размера, окруженной шиноби, которые были не ниже уровня джонина по силе. И все они спорили и спорили о том, кого из вышестоящих они могли убить, чтобы вызвать наибольшее падение силы в Скрытом Тумане. Во главе стояла Мэй. Исчезла ее беззаботная и слегка обезоруживающая улыбка, и ее место заняли холодный взгляд и вечная хмурость, искажавшие ее лицо.
Наруто не был способен произвести какое-либо впечатление в подобной сфере обсуждения, и он не был способен сказать что-либо, что могло бы быть проницательным. Он не мог сражаться всякий раз, когда она отправляла взвод на стратегическую миссию. Единственное, что он мог сделать, — это сидеть смирно и выглядеть лишь как продукт дипломатического брака. Было странным ощущение, что он не может делать ничего, кроме как улыбаться и вежливо отвечать, когда кто-то обращается к нему.
Внезапно в разговоре наступило затишье. По-видимому, все они договорились о том, кого убить следующим и кто будет лучшим исполнителем убийства. Все шиноби в палатке начали выходить, за исключением Мэй и Наруто.
Наруто откинулся назад и вздохнул от крайней скуки.
Мэй снова приняла жутко улыбающееся лицо.
— Что случилось, муженек?
Наруто с опаской посмотрел на нее. Из того небольшого количества времени, что они взаимодействовали друг с другом, он сделал вывод, что никогда не знал, как она отреагирует, когда иной раз улыбнется вот так.
— Ничего. Просто скучно, когда тебе ничего не разрешают.
— Ну, у меня есть немного свободного времени. Хочешь потренироваться? — Мэй знала, что его главной заботой было стать сильнее для достижения своих целей, поэтому она решила помочь в этом отношении. Она также знала, что все ее шиноби бегали вокруг, как цыплята с отрезанными головами, и никто не мог помочь ему.
— Хм-м-м… Осваивала кендзюцу?
— Ты практикуешь фехтование?
Он постучал по мечу, висевшему у него на поясе.
— Каждый может носить с собой меч. Ты действительно хочешь попрактиковаться и стать шиноби, известным своими навыками фехтования?
Наруто снова посмотрел на нее с опаской. Она звучала так, как будто у нее что-то было на уме.
— Я не планирую совершенствоваться во владении мечом, чтобы стать известным благодаря кендзюцу. Я просто хочу стать сильнее, чтобы защитить дорогих мне людей.
Мэй понимающе кивнула. Она встала, обошла заднюю часть палатки и взяла небольшой свиток для хранения. Развернув его на столе, она распечатала его содержимое, которое оказалось тремя очень странными… штуками.
— Это, — она указала на предметы, лежащие на столе, — три легендарных меча Семи мечников, которые сейчас у нас с собой.
Наруто немедленно уделил мечам внимание, которого они заслуживали.
— О, подожди. Этот меч похож на тот, который Забуза носил с собой.
Лицо Мэй снова стало серьезным.
— Что ты знаешь о Забузе? — строго спросила она.
Наруто замер. Ее внезапная смена поведения с одного на другое — это одно, но суровость, с которой она смотрела и обращалась к нему, было немного трудно выразить словами. Единственное, что он знал наверняка, — это то, что он не хотел иметь с такой Мэй ничего общего.
— Он умер, — быстро сказал Наруто.
Она вздохнула, села за стол и приняла унылое выражение лица.
— Я должна была знать. В конце концов, прошли месяцы с тех пор, как он в последний раз отчитывался, — сказала она тоном, который соответствовал ее лицу.
— Ты его знала? — рискнул Наруто.
— Знала? Он был главным источником капитала для восстания!
О, верно. Забуза говорил что-то о том, что брался за ту работу только для того, чтобы собрать деньги на движение.
— Я сожалею о вашей потере, — тихо сказал Наруто.
Она отмахнулась от него.
— Не беспокойся об этом, он мне никогда особенно не нравился. Ты говоришь так, будто знал его. Знаешь, как он умер?
Наруто нервно почесал затылок.
— Ну… его работой было удостовериться, что мост никогда не будет достроен. А моя команда получила миссию, целью которой было убедиться, что мост будет достроен…
Мэй без особого труда поняла скрытый смысл его слов.
— Ты убил его?
Наруто яростно замахал руками перед собой.
— Нет! Это был мой сенсей. Ну, фактически, даже не он... Куча наемников набросилась на него, когда он не мог пошевелить руками.
Она откинулась назад и тяжело вздохнула. После минутного молчания она спросила:
— У тебя есть хотя бы его меч?
— Он у его могилы.
— …Я дам задание команде генинов, чтобы они забрали его.
— Но…
Она строго посмотрела на него. Наруто уважал Забузу. Ему не особенно нравилось находиться в присутствии Демона Скрытого Тумана, но он верил, что Забуза должен иметь при себе хотя бы меч в загробной жизни. Однако армия и силы восстания были небольшими. Они состояли в основном из джонинов и чунинов с кеккей генкаем, нескольких кланов, полностью поддержавших восстание, и нескольких высокопоставленных обычных шиноби, взявшихся за оружие для борьбы за справедливость. Так что даже Наруто знал об их потребности в военном влиянии и моральной поддержке.
— Не бери в голову, — сказал он покорно.
Она кивнула.
— Итак, как я уже говорила, — он заметил, что на ее лице снова появилась обезоруживающая улыбка, — это три клинка Семи Мечников, которые у нас есть. Очевидно, есть еще четыре, но их забрали Чоджуро, Райга Куросуки, Кисаме Хошигаки и ныне покойный Забуза Момочи.
— Так ты разрешаешь мне взять одну? — сказал Наруто с широко раскрытыми глазами. Даже если он не слышал о Семи Мечниках до встречи с Забузой, теперь он знал о великой силе, которой они все обладали, и для него было честью, что он был выбран для одного такого меча.
— Не-а, — сказала она с ее все еще улыбающимся лицом.
Сердце Наруто разочарованно пропустило удар.
— Тогда зачем ты мне это показываешь? — заскулил он.
— Потому что это не просто мечи. Это полуразумные существа. Некоторые более разумны, чем другие, но любой из этих мечей отвергнет тебя, если ты им не понравишься. А бывает, что понравишься им настолько, что они запечатлятся. Но обычно этого никогда не происходит.
Наруто не был в восторге от перспективы объединиться с полуразумным клинком.
— Так они живы?
— Нет. Есть только один клинок, который можно считать живым. Это Самехада, которым владеет Кисаме. Полуразумная часть вступает в игру только тогда, когда один из мечей «верит», что лучше всего им будет пользоваться определенный человек. Все они требуют особого мышления и стиля боя, поэтому они почти никогда не выбирают людей, если только мастер предыдущего клинка не передает его ученику, которого научили всем тонкостям.
Наруто кивнул в знак признательности.
— Так как же они были сделаны?
Она застенчиво рассмеялась.
— На самом деле... мы не знаем. Они так долго ассоциировались со Страной Воды, что мы потеряли записи об их происхождении. Но многие люди предполагают, что их создал Мудрец Шести Путей.
Наруто с трепетом подошел к оружиям. Там был «меч», который практически состоял из большого свитка и торчащей из него заостренной пластины металла.
— Что теперь? — спросил Наруто.
— Просто прикоснись к нему. Ты узнаешь то, примет ли он тебя.
Он сделал, как было велено, но не чувствовал, что происходит что-то особенное. Наруто перешел к следующему, который был просто огромным молотом, прикованным цепью к огромному топору. Он наблюдал ту же ситуацию, что и с первым мечом.
Последний был, вероятно, самым «мечеподобным» из всех. Это был обоюдоострый меч с длинным лезвием, прикрепленным к длинной рукоятке. Меч был прямым и постепенно сужался до очень острого острия, придавая ему вид иглы. Когда Наруто коснулся его, произошло нечто странное. Он чувствовал, как его чакра уходит в лезвие. Ну, не было ощущения, что меч насильно забрал его чакру. Скорее, что он принял ее. Он ощущал, будто это чакра окутывала лезвие сама, и меч вовсе не забирал ее.
Его реакция на то, что его чакра была принята в меч, заставила глаза Мэй расшириться от удивления. У Нуибари был только один фехтовальщик за всю историю Кири. Это был странный клинок, и он требовал боевого стиля настолько уникального, что ни один шиноби, кроме Кушимару, не смог успешно его применить.
— О боже... — тихо заметила Мэй.
Наруто поднял меч. Это был длинный меч, достигавший около четырех с половиной футов в длину. Он был почти такого же роста, как Наруто. Несмотря на свой размер, он был невероятно легким, а чакра, которую он все еще принимал в себя, придавала ему ярко-голубой блеск.
Сначала он сделал несколько экспериментальных взмахов обеими руками, затем одной рукой. Наруто заметил, что оба варианта движения приходятся ему по душе.
Наруто одарил Мэй одной из своих запатентованных лисьих улыбок.
— Мне нравится.
Мэй была ошеломлена. Показ мечей Наруто был всего лишь экспериментом, с шансом на успех один на миллион. Но меч по какой-то причине решил, что Наруто ему по нраву.
Она молча встала, подошла к задней части палатки и достала датированный свиток с кандзи, именованное «Кушимару». Вручая его Наруто, она сказала:
— Это сочинения и учения Кушимару Куриараре. Он никогда не брал учеников, поэтому он записал все, что узнал о мече, для будущих поколений.
Наруто кивнул и любезно взял свиток у Мэй. Похоже, теперь у него был сенсей в виде письменных учений от мертвого парня.
Как раз то, с чем ему нужно было провести неделю.
— Мне нужно потренироваться с ним, — сказал Наруто, все еще молча глядя на меч. Подняв взгляд на Мэй, он сказал: — Большое спасибо за эту честь! — и тут же поклонился перед ней. Сделав то, чего требовала социальная ситуация, он выскочил из палатки в поисках поляны, которую мог бы использовать для тренировки своего новообретенного меча.
— Будь осторожен! — крикнула она вслед мужу.
***
Где-то в Цучи но Куни.
— Гр-р-рн, — Кисаме хмыкнул под тяжестью, прижатой к его спине. Он и его напарник неторопливо прогуливались по неприметному каньону на границе Цучи но Куни. Итачи, казалось, наслаждался прогулкой и просто любовался пейзажем, но Кисаме в данный момент это не очень нравилось. В основном это было связано с гигантским объектом, который он нес вместе с Самехадой на спине. Гигантский рыбо-человек уставился на Итачи. — Почему я ношу этого парня? — с трудом спросил он. — Потому что ты физически более внушительный, — прямо сказал Итачи. Кисаме остановился, чтобы переложить человека на спину, чтобы лучше нести его. — Понимаю. Но разве мы не можем распределить вес между собой? — И как ты предлагаешь это сделать? — сказал Итачи без каких-либо эмоций в голосе. — Я не знаю. Но разве мы не шиноби? Шиноби находчивы! — Ты не ответил на мой вопрос. Кисаме вздохнул. — Почему бы нам… не сделать пращу из лески и не нести его вместе? — У меня нет лески. У Кисаме тоже. — Почему бы нам… не вызвать призыв, чтобы они несли его вместо нас? — Я не уверен, что вороны смогут переносить крупных мужчин. Как и акулы, если уж на то пошло. Кисаме в этот момент начал злиться. — А ты не можешь просто загипнотизировать его, чтобы он ходил сам? — Он должен сначала прийти в сознание, чтобы это подействовало. Человек, которого Кисаме держал, был почти такого же роста, как и сам Кисаме. Но что действительно затрудняло его переноску, так это рубиново-красная броня, которую он носил. Итачи непонимающе посмотрел на него. — Почему бы тебе не снять его доспехи? Кисаме невесело усмехнулся. — Ты раньше не сражался с кем-то, кто носил подобную броню, не так ли? Итачи молчал. — Обычно они взрываются всякий раз, когда отрываются. Этот парень тяжелый, но я почти уверен, что он нужен нам живым. Итачи кивнул. — Сколько еще до штаб-квартиры? — Еще около десяти миль. — А-а-а! — Кисаме громко застонал. К тому моменту они едва преодолели полмили. Это путешествие не будет веселым для Кисаме.***
Где-то в Стране Воды.
Глаза Наруто становились все шире, чем больше и больше он читал в свитке Кушимару. Нуибари был странным оружием. Он имел форму меча и мог использоваться в ближнем бою, но в основном его использовали в качестве метательного оружия на дальние дистанции. Раньше он этого не замечал, но в рукояти оружия была дыра, из которой выходила проволока, и с ней можно было привязать меч к себе. Через серию применений чакры к различным точкам на лезвии провод либо втягивался, либо удлинялся, позволяя кому-то бросить свое оружие в человека и вернуть его без каких-либо неудобств. В свитке перечислялось множество способов использования этого оружия и манипулирования им как снарядом, но не упоминалось ничего, что имело бы отношение к ближнему бою. Как упоминалось ранее, Наруто считал себя шиноби ближнего боя, но то, как Мэй описала «процесс выбора меча», звучало так, будто меч чувствовал, что только Наруто может реализовать его полный потенциал. Логично, что это привело Наруто к мысли, что он теперь будет бросать оружие, как и предполагалось. Внимательно прочитав свиток о том, как бросить оружие, куда направить свою чакру, чтобы втянуть или удлинить проволоку, и как достать меч в воздухе, он встал между двумя деревьями. Откинув руку назад, как и следовало ожидать от метателя копья, Наруто позволил Нуибари беспрепятственно лететь к дереву. К его изумлению, меч пронзил дерево насквозь с очень тихим звуком. Собравшись с силами, он крепко схватился за провод, за который держался, и влил свою чакру в провод таким образом, чтобы она попала в меч и приказала ему смотать провод обратно в себя. Меч быстро достиг дерева и вернулся обратно через отверстие, которое проделал Наруто, но он случайно заставил его слишком быстро смотать проволоку обратно в себя. Это привело к тому, что мчащийся и быстро вращающийся Нуибари на полной скорости летел на Наруто. Быстро пригнувшись, чтобы избежать вероятности быть пронзенным, он услышал мягкий удар прямо сбоку от его уха. Медленно повернув голову в сторону, он увидел, как Нуибари пронзил дерево, рядом с которым он стоял. Сердце Наруто колотилось. Он тяжело вздохнул и упал на землю. По лезвию клинка медленно стекала капля крови. Подняв руку к голове, Наруто обнаружил небольшой порез на мочке уха. Он был неглубоким, едва ли достаточным, чтобы пролилась кровь, но Наруто был сильно взволнован перспективой того, что он чуть не вышиб себе мозг, тренируясь с мечом. Рядом с ним послышался шорох листьев. Повернув голову к человеку, издававшему шорох, его глаза расширились от удивления. — Эй, сопляк. Как дела? — сказал Джирайя с ухмылкой и слегка помахал рукой. Все еще лежа на земле, Наруто просто поднял руку, чтобы поприветствовать извращенца. Подойдя к лежащему Наруто, он оценил ситуацию. — Почти мозга лишился? Наруто кивнул. — Это Нуибари? Наруто кивнул. «Никаких признаков эмоций на его лице. Странное дыхание. Лишь смутно осознает, что происходит вокруг него. Да, он в шоке...» Шок — это состояние, которое относится к травмирующему симптому «острой реакции на стресс». Шок возникает у человека всякий раз, когда с ним происходит эмоционально или физически травмирующее событие. Это странное психологическое состояние, которое при отсутствии лечения может перерасти в гораздо более тяжелые формы психических расстройств, таких как посттравматическое стрессовое расстройство. Наряду с этим, это очень трудно лечить чем-либо, кроме длительных терапий. У Джирайи не было этого времени. Поэтому он решил подойти к сбитому с ног Наруто, схватить его за плечи, поднять на ноги и начать хлопать по спине с призывом «Давай, оклемайся!», крича ему в качестве дополнительной меры. Никогда не говорите, что дать пощечину человеку, чтобы вывести его из состояния шока, — хорошая идея. Но при этом на Наруто это оказало немедленную положительную реакцию. Придя себя, прежде чем он упал на землю, Наруто выпрямился и закричал на своего крестного отца. — Для чего ты это делал?! Джирайя положил обе руки ему на плечи и медленно сказал: — Ты... Ты в порядке? Наруто кивнул с надутым лицом. Джирайя встал и сказал: — Отлично. А теперь не мог бы ты рассказать мне, как ты чуть не покончил с собой? — Я тренировался, — лаконично сказал Наруто. Джирайя был невозмутим. — Почему ты вообще здесь? Я думал, что у тебя есть шпионская сеть или что-то в этом роде. — Ну, учитывая, что мы теперь союзники повстанцев Скрытого Тумана, я подумал, что было бы неплохо поделиться информацией, пока у меня есть свободное время. Затем они сказали мне, что ты в лесу со своим новым мечом. Так что я подумал, что было бы неплохо проверить тебя. — Ну… спасибо, наверное. — Не волнуйся об этом, сопляк. Так ты продвинулся в своих тренировках с биджу? Наруто странно посмотрел на него. — Тренировка с биджу? Джирайя снова замолчал. — Да. Единственная причина, по которой ты путешествуешь по странам, тренируясь, состоит в том, чтобы правильно научиться контролировать силу Кьюби. — Ну, никто мне этого не говорил! Джирайя громко вздохнул и пробормотал себе под нос: — Мне нужно поговорить с кем-нибудь об этом... — оглянувшись на Наруто, он спросил: — Итак, если ты не тренируешься с Кьюби, то чему ты уже научился? — Ну… они научили меня некоторым элементам кендзюцу в Кумо. Фуу научила меня техникам выживания и тайдзюцу. А еще я изучил это классное дзюцу под названием «Хождение по земле» в Иве. А тут я только что получил Нуибари, но тренировки с ним проходят достаточно трудно, — уныло сказал Наруто, вспомнив, как он чуть не покончил с собой за несколько мгновений до этого. — Почему бы тебе просто не использовать Теневых клонов? — спросил Джирайя. — Хм? — Почему бы тебе не использовать своих Теневых клонов, чтобы тренироваться с чем-то, что потенциально смертельно опасно? — Как это поможет? Джирайя недоверчиво посмотрел на Наруто. — Разве Какаши не рассказывал тебе, что такое Теневые клоны? — Я знаю, что такое Теневые клоны! — И ты знаешь, как ими пользоваться? — Для этого надо сложить руки в печать… — Нет, — прервал Джирайя. — Я не спрашиваю, знаешь ли ты, как применять технику Теневого клонирования. Я спрашиваю, знаешь ли ты, как использовать их в полной мере. В этот момент Наруто пришел в замешательство. — Я призываю их… и они помогают мне сражаться? Джирайя раздраженно потер переносицу. — Хорошо, малыш. Я расскажу тебе все о Теневых клонах, так что слушай внимательно. Наруто внимательно кивнул. — Техника Теневого клонирования технически относится к киндзюцу, потому что при создании нескольких клонов твоя чакра равномерно распределяется между всеми из них, из-за чего ты можешь быстро умереть от истощения чакры, если переступишь границы. — Я это уже знаю, — прервал Наруто. — Заткнись, малыш, я еще не закончил. Несмотря на то, что дзюцу обозначено как киндзюцу, практически каждый джонин в Конохе и их собаки знают эту технику, потому что оно чертовски полезно. Все, что испытывает клон, испытываешь и ты. Это идеальная техника для шпионажа и обучения. — Я не… понимаю, — сказал Наруто с прищуренными глазами. Джирайя ожидал этого. — Поскольку Теневой клон состоит из твоей чакры и действует на нее, то как только клон рассеется и чакра вернется к тебе, ты сохранишь все воспоминания, которые он получил. Поэтому, если ты отправишь Теневого клона шпионить за кем-то, даже если они заметят, что за ними следят, они ничего не смогут с этим поделать. Потому что, если они рассеют вашего клона, вся информация, которую клону удалось получить, все равно попадет к тебе, — медленно сказал Джирайя. Наруто кивнул головой. — Кажется, я понял… Но какое это имеет отношение к тренировкам? — Все, что узнает твой клон, передается тебе. Так что если твой клон случайно вышибет себе мозг, ты получишь все знания о том, как не угробить себе мозг. «И почему Какаши не рассказал ему об этом аспекте Теневых клонов?» — мысленно подумал Джирайя. — О… О! Это так здорово! — Наруто немедленно создал Теневого клона и приказал ему тренироваться с Нуибари. Клон отсалютовал, схватил Нуибари и убежал от них двоих, чтобы не дать им попасть под удар игольного лезвия. Когда в тишине прошло приличное количество времени, Джирайя затронул новую тему. — Ну, малыш, как продвигается вся эта ситуация с женами? — Ч-что ты имеешь в виду? — спросил он с легким румянцем на лице. Он принял двусмысленное выражение лица. — Давай, паршивец. Что-то же должно было случиться, — намекнул Джирайя. Сильный румянец Наруто сказал Джирайе все, что ему нужно было знать. Джирайя подошел к своему ученику. — Что-то определенно случилось. — Думаю... — смущенно начал Наруто. Брови Джирайи начали яростно шевелиться. Наруто шумно вздохнул. — Мы с Куроцучи встречаемся. Брови Джирайи перестали шевелиться. — Что? Та, что из Ивы? — Ага. — И… — И что? — Как далеко вы продвинулись? Наруто снова покраснел и ничего не ответил. — О, давай, малыш. Ты можешь сказать мне! — Мы поцеловались. Джирайя показал ему большой палец вверх. — Хороший малыш. Прошла всего неделя, а одна из твоих жен уже по уши влюблена в тебя. — Она меня не любит! — Наруто сказал быстро и не задумываясь. Джирайя в замешательстве изогнул бровь. — Я имею в виду... Мы нравимся друг другу… но я просто… Я не… Мы не… — Наруто с трудом мог выразить словами то, что он чувствовал. Джирайя хлопнул Наруто по плечу. — Не волнуйся, малыш, я просто дразнил тебя. — Имею в виду... Она мне нравится. Она мне действительно нравится. Но… — Наруто замолчал. — Любовь — это сильно сказано? — рискнул Джирайя. — Да, полагаю. Джирайя немного усмехнулся. — Итак, мой мальчик наконец-то начал встречаться с девушкой. Я так горжусь им. Хотя для этого ему понадобилось жениться, но, тем не менее, я горжусь. Наруто тоже немного усмехнулся. — Спасибо, Эро-сэннин. — Так как поживают другие твоих жены? — Ну… У нас с Югито был некий конфликт, но сейчас все в порядке. — Конфликт? — Не спрашивай. Фуу… Ну, она немного сумасшедшая. Но она все еще милая, и у нее появилось больше друзей в Таки. — Это хорошо. Полагаю, что у нее было не самое лучшее детство, учитывая, что она джинчурики и все такое. — Увы. Но у нее все становится лучше. Ну, и мы с Куроцучи начали встречаться. — Есть ли какие-нибудь другие подробности, которыми ты хочешь поделиться со мной по этому поводу? — спросил Джирайя с извращенной ухмылкой. — Даже если бы они у меня были, я бы не стал делиться ими с тобой, — мстительно сказал Наруто. — Ой, ладно-ладно... — Я еще не был в Суне, поэтому не знаю, как там Темари. А Мэй… — Да? — спросил Джирайя в предвкушении. — Я не знаю ее. Я даже не общался с ней по-настоящему. Поэтому я не знаю, что она из себя представляет. — Ну, у нее самый «дипломатичный» брак из всех, так что я понимаю, почему ты ее не знаешь. Наруто согласно кивнул. Джирайя опустился на одно колено, чтобы посмотреть Наруто в глаза. — У меня ограниченный график, поэтому у меня не так много времени на разговоры. При этом мне нужно дать тебе кое-что сейчас, когда ты уже начал встречаться, — тон голоса Джирайи был суровым и серьезным, то же самое можно было сказать и о выражении его лица. Мудрец-извращенец сунул руку в пальто и достал книгу, в которой говорилось о тактике Ича-ича. Наруто знал, что содержится в книге, основываясь на его взаимодействии с Какаши. Но прежде чем он успел высказать свои жалобы, Джирайя шикнул на него. — Я знаю, что ты не любишь извращенцев, но, как говорится: «Нет абсолютно ничего плохого в том, чтобы испытывать извращенные чувства». У каждого они есть где-то внутри себя. Теперь, когда ты начал встречаться с Куроцучи, ты начнешь чувствовать это, — он указал на порнографический материал. — Дай выход этим чувствам. Не нужно делать с Куроцучи что-то, что может повредить вашим отношениям или договору. Всякий раз, когда Джирайя пытался превратить Наруто в извращенца в прошлом, он всегда делал это в шутку. Однако на этот раз он казался совершенно серьезным во всех отношениях. Знание того, что он настроен твердо, не помешало Наруто взять книгу с огромным трепетом. Джирайя, казалось, колебался, говоря следующую часть. — Последнее, малыш. С твоим путешествием и моей шпионской миссией я не знаю, когда у меня будет время увидеть тебя в следующий раз. Так что я скажу то, что должен сказать, прямо сейчас, — Наруто согласно кивнул. — Когда ваши отношения с Куроцучи станут крепче, вы, в конце концов, захотите заняться сексом. Когда это произойдет, и вы захотите сделать следующий шаг, убедись, что она так же готова к этому, как и ты. И не забудь использовать противозачаточное дзюцу. Наруто был ошеломлен. — Э-э? Но мне тринадцать. Я не… Джирайя поднял руку, призывая Наруто замолчать. — Как я уже сказал: я не знаю, когда смогу увидеть тебя в следующий раз. Поэтому я подумал, что для тебя будет хорошей идеей услышать это сейчас, чем никогда, — с этими словами Джирайя поднялся со своего места рядом с Наруто на земле. — Я знаю, что ты станешь великим шиноби, если продолжишь работать над этим. Просто убедись, что ты помнишь то, что я сказал о Куроцучи. Уже совсем другое дело даже попытаться понять, что чувствует женщина. — Эм, спасибо?.. — сказал Наруто извращенцу, все еще не очень довольным перспективой полового акта. Джирайя ушел из леса, оставив Наруто в глубоких раздумьях. Прежде чем он успел открыть книгу, чтобы посмотреть, что внутри, он скривился от боли. Клон, которого он отправил, сумел пронзить себя Нуибари в животе. Наруто положил книгу в карман и вернулся к тренировкам.***
Восемь часов спустя.
Мэй начала волноваться. Как только солнце зашло, а она все еще не видела ни разрушений, ни ярких волос своего новобрачного мужа, она начала задаваться вопросом, должна ли она отправить кого-нибудь к Наруто, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Нуибари был чрезвычайно опасным оружием, которым было трудно пользоваться, не говоря уже об освоении или обучении. Но до этого момента она была довольна знанием того, что меч выбрал Наруто не просто так. Если он будет серьезно ранен или даже покончит с собой, повстанцам Кири придется расплачиваться за это адом. Палатка, в которой она находилась, была не больше и не меньше обычной палатки повстанцев Кири. В конце концов, спать в палатке, которая была в два раза больше, чем все остальные, было бы хорошим намеком на то, что кто-то важный использует ее в качестве своего временного жилища. Содержимое также очень мало отличалось от обычной палатки, но это было больше связано с простотой транспортировки, если они вдруг узнают, что должны немедленно покинуть палатку. Внутри была двуспальная раскладная кровать, пластиковый складной столик и разреженная кухонная зона. Повстанцы, несомненно, были в ударе. Мэй уже собиралась встать и сама поискать его, когда объект ее мыслей споткнулся о створку палатки. Увидев его, она вздохнула с облегчением. — Так вот где твоя палатка! Я все спрашивал дорогу к ней, но все время терялся. Мэй очень обрадовалась тому, что ее муж жив, но постаралась не показывать этого на своем лице. — Ну, как тренировка? — спросила она со своей обычной улыбкой. Наруто растянул ноющие мышцы. — Утомительно. — М-м-м? Как так? — он не казался слишком усталым. — Это было больше… умственно утомительно, чем как-либо еще, — Наруто начал осматривать местность с небольшим замешательством. — Как тренировки с мечом истощают умственно? — Мне пришлось использовать Теневых клонов, потому что это было слишком опасно. Эй, есть ли место, где я могу быть в уединении? — сказал Наруто, меняя тему. — Хм-м-м, нет. Эти палатки рассчитаны на одного, — сказала Мэй с ухмылкой. — Можно мне свою? — Многие люди и так делят палатки. Это также не очень хороший сигнал для повстанцев, если их лидер и ее муж спят в разных местах. — Да-да... Тогда одна кровать? — Мхм. Он вздохнул в знак согласия. — Ты можешь отвернуться на секунду? Мне нужно переодеться в пижаму. — Ты ложишься спать в пижаме? — А ты нет? — Я предпочитаю спать голой. Наруто покрылся потом. — Мне было бы намного комфортнее, если бы ты надела что-нибудь. — Ау-у-у. Моему мужу не нравится мое тело? — игриво спросила она. — Дело не в этом. Просто у меня есть девушка, и я уверен, что она не оценит, что я сплю с голой женщиной... Выражение ее лица за полсекунды изменилось с игривого на серьезное. — Подружка? Ты же знаешь, что, если ты будешь встречаться не со своими женами, ты поставишь этот договор под угрозу, верно? Можно получить... Наруто поднял руку, чтобы помешать ей. — Все в порядке. Ее зовут Куроцучи, и она моя жена из Ивы. Лицо Мэй снова превратилось из серьезного в игривое. — Значит, ты хочешь начать отношения со своими женами. Как невероятно смело с твоей стороны... — Н-не со всеми. Только с ней. — А как насчет остальных жен? Теперь, когда мы женаты, ты единственный человек, с которым я могу иметь отношения. По правде говоря, Наруто особо не задумывался об этом аспекте совместного брака. — Я разберусь с этой проблемой, когда она будет действительно будет проблемой. Не раньше. А теперь, пожалуйста, повернись, — в этот момент Наруто не хотел думать ни о какой экзистенциальной чепухе из-за своей усталости. Она отвернулась от него и тоже начала раздеваться. Заметив, что она, вероятно, тоже готовится ко сну, он отвернулся от нее и достал пижаму из одного из своих свитков. Когда он был одет ко сну, Наруто спросил: — Ты уже закончила? — не оборачиваясь. После минутной возни она утвердительно промычала. Он обернулся и увидел ее в нижнем белье. Отведя взгляд, он спросил: — Собираешься спать в этом? — Что? Это уже хоть что-то. — Ага-ага, — Наруто почувствовал, что может спорить с ней до поздней ночи о том, уместно ли носить нижнее белье в постели с человеком вдвое моложе ее и еще не достигшим половой зрелости. Но он слишком устал, чтобы делать это. Кровать, как упоминалось ранее, была двуспальной. Нужно, чтобы оба каким-то образом потеснились, чтобы вместиться. — Ты хочешь быть той, кто обнимает, или той, кого обнимают? — небрежно спросил Наруто. Мэй изогнула бровь. — Для того, у кого есть девушка, ты не кажешься очень уж против того, чтобы спать в одной постели с другой женщиной. Наруто зевнул. — Это же просто сон. — Если это просто сон, то почему тебе неудобно спать с голой мной? Глаз Наруто дернулся. — Хорошо. Хочешь спать голышом? Ладно! Меня это больше не волнует. Он подошел к кровати и откинул одеяло. — Та, кто обнимает, или та, кого обнимают? — повторил он. После минутного раздумья Мэй ответила: — Кто обнимает. Она все же решила не спать в чем мать родила, чему Наруто обрадовался. Они легли друг к другу в постель. Как только они расположились и устроились поудобнее, Наруто начал засыпать. Обхватив руками его туловище, она удовлетворенно вздохнула. — Приятно делить с кем-то постель. Наруто очнулся от сонного оцепенения. — Да... Несмотря на то, что было поздно, Мэй не очень устала. — Эй, Наруто? — М-м-м? — У тебя много… друзей, верно? — Ага. — Как… Каково это? — спросила она в момент искренности. — Э-э… У тебя нет друзей? — Не совсем… — Как же так? Ты такая… — Да? — игриво спросила она. — …Хорошая. — Ой! Спасибо, милый. Но ты же знаешь, почему я лидер восстания, не так ли? Молчание Наруто говорило само за себя. — Я родилась с двумя кеккей генкай. Рождение с одним кеккей генкаем — редкость в мире шиноби, но родиться с двумя почти невозможно. Глаза Наруто расширились от удивления. — Два? Какие? — Стихия лавы и стихия пара. В любом случае, поскольку я родилась с двумя очень сильными кеккей генкаями, я была подходящим кандидатом на то, чтобы стать лидером восстания. — Ладно… Но как случилось, что у тебя нет друзей? — Я не знаю. Думаю, что людям трудно подружиться с кем-то, кто так высоко стоит на пьедестале?.. Наруто некоторое время молчал. — Так ты одна? Она мечтательно вздохнула. — Да. Полагаю, что я одна. — Я… я и раньше чувствовал одиночество. На самом деле, я чувствовал себя одиноким до недавнего времени. — Конохе не нравятся джинчурики? — Нет... Наверное, нет. Но найти друга — это как… это как знать, что кто-то любит тебя или даже ненавидит. Для меня дружба — это когда кто-то любит или ненавидит тебя не потому, что у тебя в животе демон, не потому, что у тебя есть два кеккей генкай, а когда они делают это из-за тебя. Настоящего тебя. — А в твоей жизни есть такие люди? — Да. Первым, кто меня признал, был мой учитель в академии. Потом Саске-теме. Потом Джи-сан. Приятно знать, что кто-то признает тебя. — Хм. Думаю, тогда я не испытаю этого. Наруто это не понравилось. — Мэй? — М-м-м? — Я не могу сказать, что ты чувствуешь большую часть времени. Я не знаю, почему ты так быстро или внезапно переключаешься с одной эмоции на другую. Я не знаю, почему ты всегда меня дразнишь. Но я знаю одну вещь... — Хм? — Ты хорошая. Даже если ты долгое время была одна, ты хорошая. Даже если ты лидер восстания, ты хорошая. Даже если у тебя есть два кеккей генкай, ты милая. Я мало что о тебе знаю. Но если ты хочешь быть моим другом, я хотел бы узнать тебя побольше, — сказал он с улыбкой на лице. Мэй поднесла руку к его лицу и ущипнула за щеку. — Ой, мой муженек говорит приятнейшие вещи, — сказала она игривым тоном. Пока его щеку все еще щипали, он спросил: — И как? — Что «и как»? Он убрал ее руку со своего лица и спросил серьезным тоном: — Ты хочешь быть моим другом? Мэй немного помолчала. Возможно, подружиться с ее мужем было бы не самой плохой идеей. — Думаю, мне бы этого хотелось. Очень, — она немного хихикнула про себя. — Так вот, как ты заводишь всех своих друзей? Обнимаешься с ними в постели и произносишь воодушевляющую и харизматичную речь? Наруто тоже немного хихикнул. — Ну, это не в первый раз.
