Никогда не используй теневых клонов для документов

       Темари от шока выплюнула хлопья, которые ела.        — Вы что?!        — Какого хрена, Темари? — крикнул Канкуро. Мягкие кусочки полупережеванных хлопьев были в опасной близости от того, чтобы задеть его.        — Мы встречаемся? — повторил Наруто в ответ на удивленную реакцию Темари. — Что-то не так?        — Нет, просто… я думала, что она тебя ненавидит.        — Я тоже так думал.        — Кто-нибудь из вас собирается это убирать? — бесстрастно спросил Гаара.        — Так что же привлекло ее в тебе? — спросила Темари, игнорируя вопрос Гаары.        — Откуда я знаю?..        — Ну, вы же двое теперь вместе. Разве вы не говорите друг другу о своих чувствах?        — О чувствах? Нет. Зачем нам это делать?        — Потому что это то, что люди говорят, когда они встречаются.        — А ты была в отношениях?        Темари промолчала.        — У нас не так много болтовни. Мы в основном просто развлекаемся.        — И что вы делаете?        — Ну, знаешь… тренировки, кино, скалолазание, катание на каменных санках...        — На каменных санках?        — О да, не раскачивайте такие сани. Никогда.        — Почему?        — Это не… приятный опыт.        Канкуро решил вмешаться:        — Значит, вы двое просто будете игнорировать эти кусочки хлопьев на диване?        Наруто создал клона и сказал ему убрать беспорядок.        — Итак, как далеко вы зашли? — спросила Темари.        — Куда зашли?        — Ну, знаешь... продвинулись вместе... — намекнула Темари.        — Это… ничего не проясняет.        — Она спрашивает об уровне физического взаимодействия, которое у вас было друг с другом, — заявил Канкуро.        — Что?        — Канкуро! — крикнула Темари своему брату.        — Что? Он тринадцатилетний сирота! Он не понимает твоей терминологии.        — Эй! Мне обидно, вообще-то! И зачем тебе знать, как далеко мы… зашли?        — Потому что мы говорим о твоих отношениях с твоей девушкой. Конечно, это всплывет!        — Я до сих пор не понимаю, почему мы говорим о моих отношениях.        — Просто ответь на вопрос, малыш. Она не остановится, пока не узнает.        — Ты на год старше меня. Не называй меня ребенком!        Канкуро утвердительно буркнул.        Наруто посмотрел на Темари.        — Мы... поцеловались.        — Реально?! Когда?        — Когда она призналась, что я ей нравлюсь.        — Когда это было?        — Второй день моего прибытия в Иву.        Темари весело ухмыльнулась.        — Когда мы снова встретимся, я буду дразнить ее по этому поводу.        — Делай что хочешь! — сердито сказал Наруто, возвращаясь к своим хлопьям и молоку.        — Хорошо, итак... Ты изучил кендзюцу в Кумо, где ты подружился с Югито. Затем ты изучил навыки выживания, тайдзюцу и кендзюцу с Фуу, которая оказалась слегка ненормальной. Ты отправился в Иву, где ты изучил дзюцу и поцеловался с Куроцучи.        — Ага.        — Так что же произошло в Кири?        — М-м-м… Во-первых, я, по-видимому, являюсь избранным пользователем легендарного меча Нуибари, потому что он выбрал меня, и теперь мне разрешено использовать его в бою.        — Так вот что это было за существо, — сказал Канкуро.        — Мхм. После этого был налет основных сил на лагерь повстанцев.        — Дерьмо, ты в порядке? — спросила Темари.        — Да. Хотя много людей погибло. Мэй тоже чуть не умерла, когда сражалась с мизукаге, Ягурой.        — И что потом?        — Ну… когда драка со всеми остальными закончилась, я пошел проверить Мэй. Когда я пришел, они все еще дрались, но когда все закончилось, Мэй застряла под бревном. Так что мне пришлось достать ее. Ее повалило большое дерево. Огромное гребаное дерево. Так что мне пришлось использовать много теневых клонов, чтобы вытащить ее из него. Чуть не умер, но Кьюби спас меня.        — Как Мэй?        — Ее ребра сломались, было много довольно глубоких порезов, странная коралловая штука вросла в ее ногу, и она была невероятно истощена. Мэй выжила, но все еще была без сознания, когда я ушел.        — Ух ты...        — Да. Потом меня телепортировало сюда, и я ем… — Наруто взял коробку с хлопьями, которая была рядом с ним, чтобы увидеть ее название. — «Кусочки силы ниндзя».        — Довольно дикая история. Может быть, мне тоже стоит жениться на пяти девушках из пяти разных стран. Моя жизнь определенно не была бы такой скучной, как сейчас, — Канкуро вмешался в разговор.        — Ага. Вместо спокойной жизни ты мог бы чуть коньки не откинуть из-за того, что тебе бы пришлось поднимать чертово бревно. Лучшая альтернатива скуке.        — Зато это хорошая история для рассказа. Даже не отрицай.        — …Полагаю, не стану.        — Ладно, я все еще не совсем понимаю, что вы двое должны здесь делать, — сказал Канкуро.        — Наладить отношения между двумя деревнями ниндзя — Песка и Листа, — ответила Темари автоматически.        — У меня так много идей, но как ты собираешься это делать? Громко встречаться на публике? Вместе тренироваться? Сделать мне маленькую племянницу или племянника?        — Даже не шути с этим, Канкуро, — сказала Темари с невозмутимым видом.        — Я серьезно. Что вы двое собираетесь делать?        — Меня не заставляли встречаться с остальными четырьмя. Югито большую часть недели отсутствовала на задании, Фуу разбила лагерь за пределами деревни, я встречаюсь с Куроцучи, потому что она мне нравится, а Мэй — лидер восстания, поэтому наши контакты были редки. Я не думаю, что кто-то ожидает, что мы будем встречаться друг с другом.        — И ты собираешься делать здесь большую часть недели?        — Придя в Кири, Джирайя сказал, что вся причина этих путешествий между деревнями в том, чтобы я мог научиться контролировать Кьюби, — Наруто посмотрел на Гаару. — Но я не думаю, что смогу сделать это здесь. Ситуация Гаары и моя ситуация... Они слишком разные. Думаю, у меня будет больше тренировок с Нуибари.        — Ну, давайте посмотрим... Ты тренировался в кендзюцу, тайдзюцу, ниндзюцу, обучался выживанию... Что-нибудь еще? Гендзюцу или обучение сродству к элементам?        — Я не занимался с гендзюцу. Да и не уверен в том, какая у меня стихия.        — Всегда хорошо иметь возможность обнаруживать и рассеивать гендзюцу, даже если ты не хочешь специализироваться на нем. Ты также должен обнаружить свою стихию. Кто знает? Может быть, это ветер.        — Сомневаюсь, — сказала Темари. — Пользователей стихии ветра в Конохе довольно мало.        — Никогда не помешает проверить, — ответил Канкуро.

***

Коноха.

       — Я полагаю, ты слышала новости?        — Да уж. Почему они до сих пор не связались со мной? И почему информация шла сюда так долго?        — Ты знаешь почему. Информация по-прежнему распространяется довольно долго.        — …Ты уверен, что с ним все в порядке?        — Судя по тому, что сказал Райдо, он был в полном здравии.        — Истощение чакроканалов — это то, что не видно снаружи. Если его не проверить в ближайшее время, в будущем могут быть изнурительные последствия.        — Он сказал, что Наруто бегал в полном здравии. На самом деле, если то, что сказал Райдо, было правдой, то Наруто больше беспокоился о Мэй, чем о чем-либо другом.        — Ты уверен, что я не могу помочь?        — Райдо совершенно ясно дал понять, что, пусть ты более чем готова исцелить ее, им это не нужно.        — Тц, высокомерные дураки.        — Цунаде…        — Что, Джирайя? Что? Ты же знаешь, что они ведут себя неразумно. Что, если она умрет? Это сотрет весь договор в порошок.        — Ты знаешь не хуже меня, что если она умрет, то он просто женится на какой-нибудь другой обладательнице кеккей генкай. Может быть, на этот раз она будет его возраста.        — Тем не менее, она невероятно полезна в военном плане. Мэй способна сравниться с мизукаге в бою. Ты уверен, что я не могу просто появиться там и быстро исцелить ее?        — Из-за того, что они сообщили о ее травмах, даже ты не сможешь «быстро ее вылечить». Хорошо, возможно, ты могла бы просто телепортироваться туда без предупреждения, исцелить ее и сделать всех счастливыми. Или, возможно, ты телепортируешься туда, все увидят в этом серьезное оскорбление, и договор расторгнут навсегда. Несмотря ни на что, если мы просто подождем, чтобы увидеть, что произойдет, а договор останется в силе.        Цунаде вздохнула и откинулась назад, чтобы потереть виски.        — Мне это не нравится.        — ...Судя по тому, как ты терешь виски, я бы записал тебя на встречу с Иноичи...        — Есть еще какие-нибудь новости?        — Хан, джинчурики пятихвостого, какое-то время не отчитывался перед Ивой. Мы думаем, что его могли забрать Акацуки.        — Ива теперь серьезно относится к угрозе Акацуки?        — Я не уверен.        — Р-р-рг. Почему люди такие неразумные?!        — В прошлом они больше всех вели дела с Акацуки. Думаю, они не хотят их провоцировать или терять свое положение.        — Ради всего святого, внучка Ооноки чуть не была убита одним из их участников!        — Акацуки играют на невежестве.        — М-м-м. А как насчет остальных народов?        — Кумо ужесточает контроль. Джинчурики Суны не покидает деревню. Ива даже не контактирует с другими их джинчуриками. А джинчурики Кири пропали без вести, один из них является каге.        — А Таки?        — Ну… Насколько я могу судить, их джинчурики уже довольно давно находится за пределами безопасности своих стен, но они не планируют звать ее обратно.        — И почему нет?        — Они боятся, что Акацуки придут и разрушат их деревню.        — Это совсем не годится. Ей нужна защита. Посмотрим, сможем ли мы ее приютить.        — …Мы могли бы сделать это… — сказал Джирайя таким тоном, который означал, что у него на уме было что-то другое.        — Или?..        — Или мы могли бы просто отправить ее в Суну, чтобы она была попутчицей Наруто.        — Она все еще учится управлять своим биджу, верно?        — Да.        — Тогда, вероятно, им обоим будет полезно обмениваться заметками во время совместного путешествия. Поскольку Таки, вероятно, тоже хочет ее защиты, это не должно рассматриваться в качестве оскорбления. В отличие от того, что может случиться, если я отправлюсь в лагерь повстанцев, верно?        — Если мое понимание человеческой психологии верно, то да.        — Твое понимание не внушает мне доверия, — невозмутимо сказала Цунаде.

***

Деревня Скрытого Песка.

       — Что это значит? — спросил Наруто. В руке Наруто было два листа бумаги, которые раньше были одним, пока он не направил в них чакру, что расколола ее прямо посередине.        — Будь я проклят... У тебя предрасположенность к ветру, — сказал джонин. — Это значит, что я тебе не понадоблюсь.        — Что?        — Послушай, дитя, единственная причина, по которой меня позвали сюда, — это то, что я хорошо разбираюсь в первых стадиях манипулирования всемя пятью стихиями. Но гораздо лучше понимаешь свою стихию.        — Кто может стать моим учителем? Есть ли у вас какие-либо предложения?        — Почему не твоя жена? Несмотря на свой возраст, она один из наших самых опытных специалистов по управлению ветром.        — Хорошо. Спасибо за помощь.        — Без проблем, — сказал джонин из Песка, выполняя технику Телесного мерцания.

***

Тем временем...

       Другой джонин Песка осматривал Наруто с ног до головы, явно не очень впечатленный увиденным.        — Так ты клон?        Клон кивнул.        — Ага. Все, что я узнаю, переносится к оригиналу, когда меня рассеивают.        — Может ли гендзюцу развеять тебя?        Клон пожал плечами.        Она раздраженно вздохнула.        — Тогда можно начинать. Меня зовут Назо но Саккаку. Я самый опытный мастер гендзюцу во всей Суне, и я здесь, чтобы научить тебя искусству иллюзий. Или, по крайней мере, как не быть убитым при столкновении с гендзюцу.        — Хорошо.        — Ты знаешь основы того, как рассеять гендзюцу?        Он покачал головой.        — Как обнаружить гендзюцу?        Он снова покачал головой.        — Как применять гендзюцу?        Он еще раз покачал головой.        — Ты знаешь, что такое гендзюцу?        — Да. Я не дурак.        — Тогда просвети меня, — саркастически ответила она.        — Гендзюцу — это… когда… ты искажаешь реальность.        — Неправильно. Никто не может исказить реальность. Причина, по которой это называется искусством иллюзий, заключается в том, что мы изменяем личную реальность людей, заставляя их думать, что происходит то, чего не происходит, или наоборот.        — Значит, ты можешь изменить мышление людей?        — Нет. Мы можем только изменить то, как люди воспринимают вещи, чтобы они были правдой.        — Значит, если я использую гендзюцу, я могу заставить людей думать, что их преследует большое синее драже?        Она устремила на него жесткий взгляд.        — Да. Но если бы какой-то достойный шиноби увидел это, он бы немедленно развеял твою дерьмовую иллюзию.        — Почему? Разве ты не говорила, что гендзюцу заставляет людей воспринимать разные вещи как истину? Тогда, если они увидят большой синий мармелад, идущий за ними, и решат, что это правда, разве они не убегут?        Назо раздраженно потерла переносицу.        — Возможно, я неправильно сформулировала мысль. Гендзюцу обманывает то, что люди считают правдой. Но люди могут воспринимать это как ложь.        Наруто в замешательстве почесал затылок.        — Я не… я не понимаю.        — Например... — она выполнила короткий набор ручных печатей и крикнула: — Эфирное тело!        Наруто в страхе отшатнулся. Каким-то образом из первой головы выросла другая, точно такая же, как у нее.        — Какого хрена?!        Обе головы вздохнули в свои ладони.        — Ты же не думаешь, что это реально? — синхронно спросили обе головы.        — Это выглядит по-настоящему... — сказал Наруто с широко раскрытыми от страха глазами.        — Вот именно. Это выглядит настоящим. Но действительно ли ты веришь, что из моего тела растут две головы?        — Я хочу сказать «нет», но только потому, что я думаю, что ты к этому клонишь.        Она развеяла иллюзию, к большому облегчению Наруто.        — Когда ты идешь в течение дня и замечаешь что-то, что не имеет никакого смысла, ты должен попытаться развеять это. Это обнаружение и рассеивание гендзюцу.        — Думаю, в этом есть смысл. Но что, если за мной действительно гонится большой синий мармелад? Вероятно, не имеет особого смысла останавливать мои попытки рассеять его?        — Но большого синего мармелада, который гоняется за тобой, не будет...        — Хорошо, а как насчет того, чтобы увидеть, как гигантский слизняк, гигантская змея и гигантская жаба пытаются убить друг друга? Как насчет того, чтобы увидеть, как парень регенерирует дыру в своем желудке? Это все не имеет смысла и не должно происходить, но это случилось на самом деле.        — Я так понимаю, ты не сражался с пользователями гендзюцу?        — …Не совсем.        — Лучшие гендзюцу незаметны. Это вещи, которые человек, подвергшийся воздействию, может ожидать. Например, споткнуться о корень в лесу. Но только самые опытные пользователи гендзюцу могут попытаться сделать что-то настолько нереалистичное, как гигантские призывы, сражающиеся друг с другом. В этом случае слишком много вещей, которые могут показаться фальшивыми. Например, если жабу бросили в рощу, а пользователь гендзюцу не показал тебе сплющенную жабой рощу.        — Итак, если обнаружение гендзюцу заключается в том, чтобы видеть вещи, которые не имеют смысла, и противодействовать им... Что вы делаете, если видите что-то, что имеет смысл? Например, споткнуться о корень дерева.        — Надеемся, что товарищи по команде помогут выбраться.        — Это все? Больше ничего?        — Ну, то, как работает гендзюцу, заключается в тонком изменении потока чакры противника. Так что, если у тебя есть опытный сенсор в команде, ты сможешь понять, что твоя система чакры затронута. И вы можете что-то с этим сделать.        — Звучит сложно.        — Гендзюцу — самое сложное из искусств ниндзя после фуиндзюцу.        — Я не люблю сложные вещи...        — Тогда это отстойно — быть ребенком. Потому что когда-нибудь в будущем ты либо спасешься от этого, либо умрешь от него. Так что лучше привыкни к этому, чтобы не случилось последнее.        — Я понял-понял... Итак, если я должен искать вещи, которые не имеют смысла, чтобы обнаружить гендзюцу, что я должен сделать, чтобы рассеять его?        — Собери большое количество чакры, направь ее через свою систему чакры, а затем высвободи ее одним махом.        — Звучит достаточно просто.        — Что заводит большинство людей, так это то, что они могут быть недостаточно быстры, чтобы рассеять его, или они могут не обнаружить его. На самом деле, главная цель гендзюцу — просто задерживать врага достаточно долго, чтобы ты мог безопасно подойти и перерезать ему горло.        — Ладно... Как я узнаю, хорошо ли я рассеиваю или обнаруживаю гендзюцу?        Она садистски ухмыльнулась ему.        — Много практики.

***

       — Значит, ты понимаешь, что должен делать? — спросила Темари с легким беспокойством.        — Да-да. Я понял, — сказал Наруто, тряся конечностями взад-вперед, пытаясь немного настроиться на тренировку, которую ему предстояло пройти.        — Ты уверен? Потому что очень важно сохранять спокойствие.        — Не волнуйся. Я отлично справлюсь.        — Ну, раз ты так говоришь... — зловеще сказала Темари. Она тут же достала свой боевой веер и развернула его до первой звезды. Вложив в рукоятку нужное количество чакры, она повернула ее вперед, чтобы выпустить порыв ветра, летящий в направлении Наруто.        Наруто инстинктивно опустился на колени, чтобы свести к минимуму количество ветра, который мог ударить его, и вытянул ладонь вперед, чтобы как можно быстрее размять свою чакру. Как только небольшое мерцание чакры появилось из его рук и образовало вертикальную линию, поток горячего воздуха ударил его и оттолкнул на шесть футов.        — Ты в порядке? — спросила Темари издалека.        Наруто неохотно встал и выплюнул песок изо рта. Пребывание в пустынной улице помогло смягчить его падение, но жара убивала его.        — Вы уверены, что нет более простого способа научиться манипулировать ветром? — сказал он, возвращаясь к своему недавнему положению.        — О, есть множество более простых способов научиться манипулировать ветром. Но ты сказал, что хочешь самый быстрый… — протянула Темари с ухмылкой на лице. Возможно, ей не стоило получать от этого удовольствие, но видеть, как Наруто летит в дюну, никогда не отталкивало ее.        — Да-да... Как угодно, — вся его психика ослабела в тот момент, когда он врезался в дюну позади себя.        — Эй, посмотри на это с хорошей стороны. Два часа назад тебя отбросило на семь футов назад. Теперь ты перебрался до шести.        — Как ты можешь определить разницу между такими маленькими приращениями?        — Просто могу. А теперь готовься снова! — Темари не могла сдержать своего веселья, и это проявилось в полной улыбке.        — О! Я так и знал. Тебе так нравится это…— все, что Наруто мог вытащить в попытке самообороны, было разбито, как только еще один порыв ветра ударил его прямо в туловище и отправил в полет гораздо дальше, чем если бы он просто стоял на коленях.        Темари немного поморщилась, увидев воронку, образовавшуюся от удара Наруто.        — Ой. Это оставит след...        — Ты, блять, чертовски права! — послышался голос Наруто с образовавшегося кратера.        — Ты что, слышал меня? — небрежно спросила Темари.        Наруто неразборчиво проворчал свой ответ, выбираясь из углубления в песке, в котором он находился. Подниматься по песку трудно, что он скоро и узнает.

***

Несколько часов спустя.

       Наруто выбрался из еще одной маленькой выемки в песке.        — Эй, я думаю, что мы должны остановиться на данный момент, — с легким беспокойством сказала Темари. Этот парень просто не сдавался, когда дело доходило до тренировок.        — Что? Нет. Я должен продолжать, — ответил Наруто, затаив дыхание.        — Если ты продолжишь, то единственное, чего ты добьешься, — это смерть от солнечного удара. А теперь давай.        — Но…        — Помоги мне, боже... Я ударю тебя по голове своим веером и отнесу обратно, если придется! — сказала она, снова поднимая веер.        Наруто сдулся.        — Хорошо... — его желудок заурчал от бессмысленной жажды чего-нибудь съестного в тот самый момент. — Что на ужин? — жалобно спросил Наруто.        — Канкуро, наверное, что-то сделал. А теперь давай, — Темари начала уходить в сторону своей родной деревни, а Наруто тащился за ней.

***

       — Ты что, тупой или как? — грубо спросил Канкуро. Когда Наруто и Темари вернулись домой, было обнаружено, что у Наруто были сильные солнечные ожоги на лице, руках, ногах и большей части туловища.        Наруто зашипел от боли, когда его любящая и не очень нежная жена Темари натерла его тело лосьоном.        — Эй! Мне никогда не приходилось пользоваться солнцезащитным кремом дома. Я даже не знал, что это так...        — Ты никогда не слышал о солнцезащитном креме? — удивленно спросила Темари, втирая лосьон ему в спину. Пришлось убедиться, что он глубоко впитался.        — Р-р-рг!.. Это так больно! Почему ты ничего не сказала, когда мы тренировались?!        — Я этого не заметила. Солнце было слишком ярким.        — А-а-а!.. Тебе действительно нравится видеть мою боль, не так ли?        — Я бы не стала заходить так далеко, говоря, что получаю сексуальное удовольствие от твоих страданий, — Темари сделала паузу, чтобы нанести еще немного лосьона на его руку, заставив его зашипеть от боли. — Но я бы солгала, если бы сказала, что это не очень смешно.        — Ага, так смешно-о-о!.. Просто самая веселая ситуация во всем мире! — саркастически ответил Наруто.        Канкуро немного хихикнул на его замечание.        — Знаешь, если бы ты не так забавно реагировал на боль, она бы, наверное, прекратила это.        — Значит, это моя вина, что она причиняет мне боль?        — О, у тебя есть думающий мозг? Ты превзошел мои ожидания, — заметила Темари.        Если бы не тот факт, что Темари была позади Наруто, он бы просверлил в ней достаточно дыр, чтобы превратить ее в швейцарский сыр.        — Да ладно. Ты сам меня попросил! Такой бы был убыток, если бы я не извлекла из этого выгоду, — сказала Темари с улыбкой.        — Она права, знаешь ли, — сказал Канкуро.        — Р-р-рг... Я устал от этого, — Наруто встал, взял лосьон из рук Темари и сам начал наносить остальное. — И что теперь? — спросил Наруто между вздрагиваниями.        — Я не знаю, и меня это не волнует. Ты не можешь выйти на улицу с солнечным ожогом, пока он не отшелушится. Так что ты остаешься внутри.        — И что я должен сделать?        — А меня это должно заботить? Почитай книгу, вздремни, научись чакрой держать кунай на лице. Мне все равно, — с этими словами Канкуро удалился в свою комнату, чтобы еще немного повозиться со своими марионетками.        Как только звук закрывающейся двери достиг ушей Наруто, он повернулся к Темари и сказал:        — Твой брат довольно безразличен.        — Это своего рода его ОД.        — «ОД»?        — Образ действия. Оно просто указывает на то, каков он или как он действует.        — О... Так у тебя есть какие-нибудь идеи, как провести время?        — Сейчас пол восьмого. В это время я обычно готовилась ко сну и читала книгу.        — Звучит хорошо, думаю. Где я сплю?        — Ты спишь со мной.        — И ты… не против?        — Пока ты держишься на своей стороне кровати, мы должны прекрасно сосуществовать.        — Справедливо, — с лосьоном, покрывающим ожоги Наруто, двигаться было немного легче. Так что он смог пойти в ванную, чтобы переодеться в пижаму. Когда он вышел из нее, его встретила Темари, одетая в черный комбинезон.        — Эй. Следуй за мной, — сказала она ровным тоном. Наруто кивнул и последовал за ней.        Ее комната была… простой, за неимением лучшего слова. Стены были сделаны из отшлифованного песчаника, как это было принято здесь, как он узнал. Ее кровать была королевского размера, достаточно большой, чтобы два человека могли комфортно спать на ней, не касаясь друг друга. В помещении была тумбочка, комод и небольшой шкаф. Кроме этого, здесь не было ничего, что Наруто обычно ассоциировал бы с комнатой девушки. Ни зеркала с косметикой, ни разбросанной по комнате одежды, ничего.        Темари заметила выражение лица Наруто и угадала, о чем он думал.        — Чего ты ожидал? Мой отец не был фанатом посторонних материальных благ.        — Посторонних?        — Ну, это значит дополнительных.        — Ну, почему бы тебе просто не сказать «дополнительных»?        — Потому что постороннее — значит и ненужное, — Темари подошла к своей кровати и плюхнулась на левую сторону от нее.        — Я до сих пор не понимаю, почему ты так говоришь... — сказал Наруто, подходя, чтобы укрыться простыней с правой стороны кровати.        — Это лучше передает суть.        — Если кто-то задается вопросом о том, что ты сказала, значит, это не совсем правильное выражение.        — Ну...        — Что «ну»?        — М-да... Тебе действительно нужно поработать над своим красноречием.        Наруто одарил ее тяжелым взглядом.        — Теперь ты говоришь такие вещи, чтобы заставить меня чувствовать себя плохо из-за моего интеллекта...        — Что ты имеешь в виду?        — Ты продолжаешь использовать громкие слова, чтобы сбить меня с толку.        — Я вообще не использовала громких слов.        — А как насчет «красноречия»? Что это значит?        — Красноречие — не такое громкое слово…        — Но более громкое, чем множество твоих слов.        — Ну в самом деле, Наруто! Тебе не нужно быть таким пытливо-дотошным! — в этот момент Темари была на грани потери.        — Ты. Опять. Сказала. Непонятное. Слово, — сказал Наруто, произнося каждое слово отдельно для выразительного эффекта.        — У вас довольно пагубное отношение к ним, — Темари едва обошлась без смеха.        Наруто взял книгу, которую он получил от Фуу, и приступил к ее чтению. Темари восприняла это как знак того, что он больше не хочет разговаривать, поэтому она достала собственную книгу, чтобы начать читать.        Так прошло около тридцати минут, но вскоре Темари стало трудно сосредоточиться на словах, которые она читала. Ее глаза смотрели на слова, но они не воспринимались в ее голове. Она поняла, что прочитала один и тот же абзац почти пять раз. Темари отложила книгу и посмотрела на Наруто, который внимательно читал.        — Почему ты смотришь на меня? — сказал Наруто, не отрываясь от книги.        — Я не смотрю. Я просто посмотрела в твою сторону.        Наруто проткнул страницу своей книги и закрыл ее.        — Полагаю, я больше не буду читать.        — А? Почему?        — Потому что я знаю, что ты будешь меня доставать, и я не смогу читать.        — Как хочешь. Я просто посмотрела, достаточно ли ты устал, чтобы заснуть.        При упоминании о сне Наруто инстинктивно зевнул.        — Ну, думаю, это ответ на мой вопрос, — сказала Темари с ухмылкой. Она повернулась на бок, чтобы выключить лампу на прикроватной тумбочке, погрузив свою часть комнаты во тьму. Наруто сделал то же самое со своей и начал устраиваться в постели.        Это был его первый день в Суне. Его дразнили, высмеивали, он получил ужасный солнечный ожог и неоднократно сбивался с ног во время тренировок со стихией ветра. Большинство этих проблем было из-за Темари, но у него не было чувства злости к ней.        По крайней мере, она умела веселиться. Наруто уважал это.

***

Бонус №5.

       Глаз Дейдары дернулся.        Он был раздражен. Очень раздражен.        Причиной его раздражения была книга «Бинго», которая была у него в данный момент.        В новом издании была его страница с подробным описанием его силы, роста, бывшей принадлежности к Скрытому Камню, стихии, известных дзюцу и тактик, которые он использовал, вплоть до его группы крови.        Но они добавили и кое-что еще. У книги был раздел с примечаниями. Казалось бы, ничего примечательного, но все же кое-что привлекло его внимание.

Дейдара, как известно, имеет фанатичное отношение к понятию искусства и использует свои взрывные техники, часто говоря: «Искусство — это взрыв». Говорят, что он помог полностью уничтожить маленькую нацию. Является полнейшим психопатом. Был побежден козой.