Кошмары.

— Зачем ты убил всех этих людей?! — Это был не я… — А кто тогда? Имена! — Олег? — Я тоже сначала думал, что это Олег, но он умер в Сирии. Горло неприятно дерёт после громкого крика. Разумовский просыпается с мокрыми от слез глазами и замершей в воздухе рукой, которая тянулась куда-то ввысь потолка. Он лежит на диване, накрытый кожаной черной курткой в маленькой, недавно снятой квартире, на окраине Петербурга. — Серёж? Снова кошмары, да? За столом в той же комнате сидит Олег. Он смотрел нахмурившись, чуть приподнявшись со стула. На нём футболка с волком, которую Серёжа купил ему на 16 лет, он до сих пор её носит и любит, хоть она и выглядит глупо. — Олег… Олег! Сережа срывается с места. Он вскакивает с дивана, роняет куртку Волкова, спотыкается о край ковра и падает ему в ноги. Сон начинает забываться почти сразу, но это чувство одиночества, страха, отчаянья, до боли сжимают сердце. Сережа кладёт голову на колени Олега и обнимая его за ноги, так крепко как может, беззвучно плачет изредка всхлипывая. –Пообещай мне кое-что, — тихо говорит Разумовский немного успокоившись, он чувствует ладонь Олега на своей голове и ему от этого правда легче, — ты меня не бросишь… не оставишь одного… Серёжа поднимает глаза на друга. У Олега разбита губа, на щеке синяк, под носом засохшая кровь. Костяшки замотаны бинтом, а волосы коротко побриты под ёжик. Разумовский хочет по привычке убрать волосы за ухо, но он так же пострижен. В ванной валяются рыжие и чёрные волосы. Пару часов назад, Олег сбривал волосы Серёже, успокаивая его, и в знак поддержки сделал так же себе. Хорошая учёба, поступление, это всё занимали столько времени, что Разумовский просто перестал стричься, но длинные рыжие волосы выглядели красиво. Ему нравилось. И Олегу тоже. Детдомовец с идеальными баллами, который сразу стал лучшим в группе бесил богатеньких детей и они решили отомстить. Подстерегли вечером во дворах и возможно хотели даже убить, но Серёже повезло, Олег решил его встретить после учёбы. До его появления уроды успели только грубо и убого обкорнать волосы, а потом трое на одного напасть на Волкова, но он выстоял. Разумовский злился, кричал, обрабатывая раны друга, а потом тихо рыдал в ванной от бессилия, обиды и стыда. Весь день он злился на Олега из-за того, что тот решил идти в армию. «Я отслужу и потом буду защищать не только тебя, но и нашу страну. А ты будешь работать над своей идеей и мы вместе сделаем мир лучше» — он сказал это утром. Вместе. Нет, это совсем не вместе. — Ты ведь хочешь после армии отправиться в Сирию… я слышал, как ты говорил это недавно по телефону… — Серёжа поднимается с пола и, опустив глаза, возвращается на диван. Он закрывает лицо ладонями, упираясь локтями в колени. Руки сильно дрожат.– Я тебя туда не отпущу. — Почему? Я хочу этого. Там я буду на своём месте, что я делаю лучше всего? Дерусь, — Олег тихо смеётся, но совсем не весело. — Нет! — кричит Разумовский, поднимая глаза и напарываясь на грустный взгляд Волкова. — Твоё место рядом со мной! Ты можешь поступить или… отслужи только год. Я не смогу без тебя, Олег… ты всё что у меня есть… а если ты умрёшь на войне? — Я не собираюсь. — Как будто это от тебя зависит… — тихо говорит Серёжа. — Мне уже который раз снится один и тот же сон. Тебя там нет, а я схожу с ума. Так и будет, я знаю. Без тебя я сломаюсь. Я… Олег тихо подходит и садится на пол, заглядывая в глаза Разумовского, при этом касаясь его щеки кончиками пальцев. Серёжа чуть наклоняется и касается его губ своими. От этого становится спокойнее на душе и кажется теплее, хотя обычно холодно всегда. Волков давно перестал быть для него просто другом, он был чем-то значительно большим, Разумовский не мог подобрать нужного слова. Они оба это понимали, а особенно остро, когда они засыпали вместе, когда Олег крепко обнимал Серёжу, отгоняя от него кошмары. Когда без слов, Разумовский поднимал настроение своими смешными рисунками или подарками, пусть это и были мелочи. Когда они просто сидели рядом в тишине и были в этот момент самыми счастливыми людьми на свете. — Если тебе это на столько важно, я вернусь, — Олег улыбается и привстав на коленях снова целует Серёжу. — Просто подожди год. — Спасибо… — А потом, мы разберемся с твоими кошмарами. Потом всё будет отлично. Я тебе обещаю. Они еле умещаются вдвоём на узком диване, но в этот момент чувствуют себя наконец-то хорошо. Они есть друг у друга и от этого становится проще дышать.