Воспоминания хранившиеся на страницах

Pov Вайолет  — Потолок. Он так близко, будто сейчас раздавит под своим весом. Новые стены. Переплетающиеся коридоры. Неизвестные комнаты. Большой поток людей в разной форме. Почему я тут? Что я тут делаю? — еле слышно шевелю засохшими губами, пребывая в подавленном состоянии духа. Куча других девушек уже давно спят в близко поставленных между собой кроватях. Некоторые из них облегчённо посапывают, измотанные долгим рабочим днём. — Мне здесь не нравиться. Я хочу домой. — скрежетала зубами, улавливая все звуки комнаты. Шуршания простыни, глубокие вдохи, храп, мало разберимый сонный лепет, тихое перешептывание двух девиц снизу, скрип кровати. В данный момент эти все посторонние звуки казались отвратительным и раздражающими, переступая из фоновых, обычно не замеченных в основные, к которым приковано больше всего внимания.  — Юная леди, вы больше не можете находится в стенах нашего монастыря. — резко в сознание пришёл образ игуменьи, которая пыталась заглушить моё громкое возмущение. — Вы отправленны на поиски лучшей доли за пределами нашей общины.  — Я не хочу покидать это место. Разве, вы матушка, имеете право выгонять меня от сюда? — пребывая в вышей степени озлобленности, пыталась сдерживать свой напор на главе монастыря.  — Я больше не могу держать, вас, здесь. — на данное зрелище начали сходиться все в округе школьного двора.  — " Шарлотта призвала игуменью, так как сама не справилась с моим упрямством. Она сама начала собирать мои вещи и выставлять меня за двери. " — Вайолет, тебе больше не куда уворачиваться. Прими свой пройгреш. — проговаривала Шарлотта, подавляя мою агрессию.  — Почему, объясните мне, почему? — дёргая глазом, стояла на своём.  — Назначенное лицо передало деловое письмо о том, что нашло ваших родителей. Поэтому хочет забрать и передать им. Лично Вилланель Беттел благородно занялась этим делом и взяв всё в свои руки, организовала сие дейсво. — чётко объяснила женщина приклонного возратса.  Неподвижно стоя в шоке, непонимающие уставилась на игуменью. В голове крутились мысли о вранье, предательстве со стороны монастыря, но самое интригующее и непонятное было про моих родителей.  — Не может такого быть. — случайно вслух произнесла я.  — Если не верите, я могу показать все документы подтверждающие это.  Не вспоминая как дошла до нужного этажа в сопровождении игуменьи, резко оказалась возле её рабочего места. Доставая нужные бумаги из стопки, веером расскладывала их мне на обозрение.  — Можете прочитать, что там написано. — вручив мне то самое письмо, складывает руки накрест, доказывая подленность информации.  Взяв уже раскрытый конверт вспотевшие от волнения руки, достаю от туда бумагу аккуратно сложенную в три части.  — Досточтимая матушка, с вами приветствуется Вилланель Беттел. Кроме ежемесячной  денежной поддержки, вас, ожидает ещё одна благородная новость. — внимательно вчитываясь в содержание, руки держащие бумагу немного потрясываются от волнения. — Не хотелось бы слишком затягивать, но, вы, должны услышать все подробности. Итак, недавно ко мне поступило письмо от моего подчененного, в котором говорилось про то что отправитель письма является отцом девочки с вашего монастыря.  — Вот его письмо. — пододвигает пожелтевшую бумагу с неокуратным почерком.  — М? — зачитавшись, вовсе позабыла о её присутствии и о том, что читала я, отказывается, в слух.  — Я предоставлю доказательсва с его почерком. Но, если в крации, то там указывается имя девочки, её возраст и местонахождение. После он рассказывает об обстоятельствах, которые привели его к тому, чтобы оставить свою дочь. — нервно зглатывая слюну, начинаю верить в написанное, так как все письма были собраны в одну кучу. — Он отчаянно просит взять девушку под мою опеку. Честно, я вначале приняла это за шутку, но на мой почтовый ящик стало поступать всё больше писем такого содержания, с просьбой ответить. Написав негативный ответ, показалось, что избавилась от этой ноши. Но это не устраивало этого человека и он начал мне угрожать. Не придав этому значения, успокоилась на время. Мало ли, безумцев вокруг. Но на прошлой неделе у меня пропала работница и вызвало панику у всего поместья. Сейчас мы подключили соответствующих людей, но чем больше мы будем тянуть, тем большая вероятность, что пострадают больше людей. Прошу, войти в моё положение и отдать девочку мне. Обещаю, что в моём доме она будет чувсвовать себя так же как в своём родном. — лист подошёл к концу, поставленной в конце подписью.  — Прочитайте ещё вот это. — указывает на стопку других писем.  — По-почему вы настолько спокойны? — испуганно спрашиваю игуменью Иоанну, согнув бумагу в пальцах.  — Потому что это всё ложь. — улыбается женщина, вручая мне письмо того неизвестного. — Прочитайте всё и после я  всё расскажу.  — Приветствую, многоувожаймая. — послушавшись, провожу глазами по строчкам. — К, вам, обращается Вильям по очень важному делу. У меня есть дочь Вайолет, которая живёт в монастыре святого Феодосия. — " Что-что это за чертовщина? " — находясь в полном ступоре, не улавливая связь и теряясь в предложениях.  — Я знаю где она находится, потому что сам лично её туда относил. У меня не было другого выбора, так как в скором времени меня собирались запирать в тюрьме. — сердце бешено отбивало внутри, всё тело буд-то было не моё. — Скоро я выйду и увижусь с ней, так что попрошу забрать её оттуда, до моего освобождения. Нет другого выбора, я не приближусь больше к церкви. Она меня обвинила в подставной убийстве и я должен гнить тут за решёткой. Пожалуйста, заберите её оттуда, а потом я приеду к вам, моя госпожа. Ваш верный слуга, Вильям. — в конце стояла странная закарлючка.  — Хотите почитать другие письма? — спрашивает женщина, поправляя воротник своего одеяния.  — Я не не. — запнувшись, пытаюсь привести дыхание в порядке. — не остановлюсь и. — ощущаю как воздух из лёгких быстро покидает меня, заставляя ускорить речь. — прочитаю всё.  — Хорошо, если есть такое желание, то я не буду останавливать тебя. — протягивает следующее сведенье.  — Я подождал достаточно много времени, но ответа так и не последовало. Вы и вправду до сих на меня обижены? — громко вдыхая, уже читала про себя, не в силах сохранять ровное дыхание. — Я был вашим верным врачём и, вы, прекрасно понимаете, что я желал вашей маме только выздоровления. К сожалению, все опробованные мною способы её вылечить не были удачными. Даже дорогие заграничные лекарства не смогли её вылечить. Она боролась за свою жизнь и даже прожила дольше поставленного мною вердикта. Как вы до сих пор можете думать, что я её отравил?  — Как вам история? — вновь оживает игуменья.  — Что?. — Я знаю Вилланель уже достаточно долго и переодически она выбрасывает мне подобные подборки. Это достаточно любопытно, но часто так печально.  — З-зачем? — выдавливаю из себя.  — Поразвлекатся, она выдумывает такие истории и отсылает их одновременно с деньгами. Я воспринимаю это как детскую забаву, но на этот раз оно всё такое реалистичное.  — Ужас. — кладу конверт на стол, обпераясь на него руками.  — У неё дейсвительно умерла мама от хвори. Царство ей небесное. Может нашей рассказчице плохо?  Уже не вдаваясь в подробности меня начинает мутить, а тело слабеет и начинает мелко потрясываться. — С вами всё в порядке? — подхватывается женщина, наблюдая за моей реакцией.  — Подождите, пожалуйста. — закрывая глаза, опускаю голову, что бы справиться с нахлынувшими эмоциями.  — Вы и в правду просто отдадите меня? — через какое то время наконец собралась с мыслями.  — Прости, но я ничего не могу поделать. — виновато произнесла она, сажаясь на своё любимое место.  — Почему отдаете меня какой то непонятной леди с невероятными писательськими навыками? — возмущаюсь сему бреду.  — Просто прийдётся смерится с этим решением и жить дальше. Эта девочка наделена властью, которую ты не сможешь перебить и нужно просто ей подыгрывать. — расскрыватся Иоанна, принимая закрытую позу.  — Я не согласна с этим и мне не хочется покидать это место.  — Мне тоже жалко отдавать своего чада Вилланель, но тут даже я бессильна.  — Знаете, что я думая? Вы зависите от этой небольшой денежной помощи, а если откажетесь от её просьбы, то денег вам больше и не видеть! — отбросив весь страх, заявляю о том, что думаю.  — Это вовсе не так, но я могу попытаться вернуть тебя обратно.  — Мне вовсе не хочется тужа ехать.  — Я верну тебя обратно в ближайшее время, так что можешь спокойно поежать туда.  В итоге мои недовольства так ни на что и не повлияли, а только снизили авторитетность у игуменьи. Затолкав меня в экипаж вместе с Шарлоттой поехала непонятно куда и к кому. Шок от того, что впервые езжу на транспорте так и не перебил горький привкус жадности игуменьи и её грязные деньги. Чувствуя себя вещью, проданной на рынке, почти что, за бесплатно, невероятно злилась на всех. В придачу, что бы подразнить меня, она кинула мне остаток писем, для дальнейшего прочтения.