Sketches • Genshin Impact

       Ему никогда не хотелось видеть своего любимого человека таким. Безжизненным. Холодным. Одиноким. Но он все равно приносил сесилии. Только три, она сама просила об этом ещë до своей «смерти». Никто не знает, что с ней, не в силах были помочь даже главные умы Сумеры, а он чувствовал себя глупым впервые в жизни. Альбедо не знал, что будет через год, а может и через месяц. Через минуту. Что будет через секунду? Мысли кружились у него в голове и не позволяли переключиться на что-то другое, когда он видел еë, лежащую на кровати у него в доме, в котором он раньше бывал от силы раз в неделю, а теперь каждый день, несчетное количество раз. Ему хотелось плакать, но он не мог. Лишь молча смотрел, поправляя простыню или подушку под еë головой. — Когда ты проснëшься, всë будет хорошо. Но она не просыпалась. Прошëл год, два. Странный недуг начал захватывать и еë кожу — различные покраснения то появлялись, то исчезали. Эти покраснения были точечными, размером с маленькую родинку и один раз Альбедо решил повторить их на бумаге. И лишь тогда он увидел, что порядок их был не случаен. Шесть дней подряд появлялось созвездие, под которым родилась она, но раз в неделю — чужое, более кучное. Его. Тогда он понял — гений ошибался. Но гением он считал вовсе не себя, а еë. В лаборатории было холодно. Видимо, Сахароза уже давно ушла, но даже не растапливая камин парень сразу принялся за работу. Осознание пришло к нему сразу как он увидел созвездия — это не болезнь. Это последствие еë неудачного эксперимента. Лишь соединив два ингредиента — он создал антидот. Должен подействовать. Обязан. Альбедо всегда был хладнокровным, но в тот момент он понимал — бесчувственность не к лицу. Пробежав по последней лестнице, парень не выдержал и, распахнув дверь в свой, разрыдался. Она все также лежала в комнате наверху. В комнате с открытым окном и свежим воздухом, и с тремя сессилиями в вазе на тумбе справа. Капля. Две. Три. Минута. Две. Три. Тишина давила, заставляла жмуриться и всхлипывать громче. — Н-нет… Прошу… — Парень встал на колени и склонив голову, положил руки на кровать. — Тебе нечего просить, — Шепот раздался откуда-то слева и блондин мгновенно встал. Он видел еë. Живую, здоровую. Она лежала и улыбалась совсем чуток, а он, как идиот стоял и не знал, что делать дальше. — Я слышала все. Каждое твоë слово, когда ты приходил ко мне. Меня не было с тобой больше двух лет, я соскучилась по твоему теплу. И он вновь сорвался. Упав на пол, начал подбирать осколки бутылки, которую уронил, когда подскочил, услышав еë голос. А ведь даже не заметил… Дурак. Он плакал, захлëбываясь в своих слезах. Не потому что боялся, а потому что был рад тому, что она жива. Что он больше не будет приходить в холодный дом и слышать тишину. Грохот раздался перед ним и Альбедо поднял глаза вперед. Она не смогла идти и упала от бессилия. Ужасно сильно похудела — лишь специальные зелья поддерживали в ней жизнь. Но она даже не стала терять времени и провела ладонью по мокрой щеке, сразу приближаясь к ней губами, целуя сначала одну, затем вторую, нос и лоб и только в последнюю очередь нежно коснулась губ. Альбедо сидел не шевелясь. Он отвык, не мог смириться с тем, что теперь от него ничего не будет зависеть, но все равно ответил. Он любил это. А она любила быть с ним, даже, когда могла лишь только слышать. — Прости меня, мой милый Аль.