Донна

Дилюк смотрел в потолок, на котором играли лучи дневного солнца, и прислушивался к своему состоянию. В целом по прошествии суток он чувствовал себя лучше, и, будь его воля, уже давно встал бы с кровати, но Бай Чжу порекомендовал не напрягаться еще хотя бы день. «До Церемонии Сошествия, на которую вы хотите попасть, осталось еще пять дней, от лишних двадцати четырех часов ничего не изменится, — сказал он тогда, — поэтому я бы рекомендовал соблюсти режим. Я попрошу госпожу Вернер проследить за этим.» Дилюк тут же ответил, что нет нужды напрягать Донну, и он справится сам, на что получил фразу о полезности практики для молодых целителей и хитрую ухмылку. Тогда он решил просто промолчать и оставить это без ответа. Бай Чжу явно решил его слегка поддеть. Дилюк перевернулся на бок. Он уже выспался, и дальше лежать было скучно. Книг он с собой не взял, рассчитывая, что большую часть времени проведет в переговорах Верр Голдет, а оставшуюся — в тренировках с Донной, но судьба распорядилась иначе. Донна. Он до сих пор не до конца осознал, что жив только благодаря ей. Он не помнил, что было между тем как он оттолкнул ее из-под молнии и тем, как пришел в себя, но было нетрудно догадаться, что она провела реанимацию. Тогда, только очнувшись, он не особо мог соображать, но сейчас, анализируя то, что он увидел, он не мог не чувствовать что-то странное. Она тогда расплакалась от облегчения. Дилюк слегка неловко усмехнулся. Видимо, он успел стать для нее дорогим человеком. Это приятно грело душу. Про дальнейшие события особо думать не хотелось, потому что они смущали. Дилюка даже раздражало то, что он ощущает неловкость по этому поводу, как восемнадцатилетний мальчишка, но тут дело было, видимо, в том, что смущение Донны передалось и ему. В конце концов, видеть, как твоей кожи касается красивая девушка, жутко при этом краснея, весьма… волнующе. Дилюк раздражался и пытался подавить мысли, которые приходили ему при этом в голову. Думать о чем-то подобном казалось неправильным. Особенно в отношении целителя. Особенно в отношении Донны. Еще и это идиотское лечение аритмии, которое провокатор Бай Чжу решил провести руками Донны… Дилюк снова перевернулся на спину и растер лицо ладонями. Нет, понятно, что Бай Чжу в силу его состояния было трудно работать с энергией, но он вполне мог сделать это и без посторонней помощи и не допустить этой отвратительно неловкой ситуации. Он, конечно, был благодарен целителю за излечение, но боги, как же стыдно ему было перед Донной. Хорошо хоть, он вовремя почувствовал неладное, и прервал сеанс лечения прежде, чем та смогла что-то понять. Все же хорошо, что щеки у него почти не краснеют. Дилюк потянулся к часам, лежавшим на тумбочке. Почти час дня. Брови сами дернулись вверх. Он никогда не позволял себе лежать в кровати так долго. А еще он должен был принять лекарства еще час назад. Такие мысли вызвали тихий хмык — уж очень они были похожи на мысли дряхлого старика. А ведь ему всего двадцать три… Разобравшись с врачебными рекомендациями, Дилюк посмотрел в сторону окна, откуда приятно светило солнце. На террасе в плетеном кресле сидела Донна и читала книгу. Она несколько раз заходила к нему в течение этих суток и приносила приготовленные лекарства, но Дилюк каждый раз малодушно притворялся спящим, потому что не хотел с ней взаимодействовать. Да, ему все еще было неловко. Дилюк осторожно встал с кровати и стал одеваться. Надо прогуляться, потому что сидеть в четырех стенах он уже устал. А заодно найти Верр Голдет и договориться о встрече, чтобы закончить наконец переговоры. В тот раз она почти согласилась на его условия. Потребовалось какое-то время, чтобы перебинтовать ожог на ноге и надеть штаны, не потревожив его. Рана пока не исцелилась полностью, и бедро все еще болело, но волшебный подорожник Донны уже пропал, а новый она пока наложить не успела. Собрав волосы в хвост, Дилюк прошелся по комнате туда-сюда, понял, что при желании может перетерпеть дискомфорт и почти не хромать, подошел к двери, открыл ее и почти столкнулся в ней с Донной, сжимающей в руках какую-то миску. Он встретился с ее растерянным взглядом, а потом она покраснела до корней волос и уставилась в пол. И Дилюк понял, что она знает, что произошло, когда Бай Чжу лечил его от аритмии. Он почувствовал, как к ушам приливает кровь, и постарался скрыть эмоции за непроницаемой маской, как делал всегда. Почему-то в этот раз уверенности, что получилось хорошо, у него не было. Они начали говорить одновременно. — Донна?.. — Я хотела… Они оба замолчали. Донна сжала миску до побелевших пальцев. — Проходи, — Дилюк посторонился, пропуская ее в комнату. Донна переступила с ноги на ногу, но все же сделала шаг через порог. Дилюк закрыл за ней дверь, и они оба неловко замерли посредине комнаты. Дилюк попытался абстрагироваться от повисшего в комнате напряжения, первый сдвинулся с места, перейдя на другую сторону комнаты, и сел в кресло, жестом предлагая Донне занять второе. Она глубоко вдохнула, стараясь сделать это незаметно, поставила миску на тумбочку возле кровати и тоже села, сложив руки на коленях. Ее лицо все еще было красным. — Я… я принесла мазь от «цветов молний». И… — она снова вдохнула и подняла на него глаза, явно пересилив себя. — Как ты себя чувствуешь? — Гораздо лучше, спасибо, — Дилюк сцепил пальцы в замок и посмотрел на одну из бумажных картин, украшавших стены. На ней был изображен Драконий Хребет. Повисла пауза. Дилюк бросил взгляд на Донну, которая снова опустила глаза. Пролетела мысль, что, возможно, следовало ответить более подробно, но он отогнал ее. Жаловаться на свое состояние, которое, к тому же, было вполне сносным, он не хотел. Ожог он забинтовал хорошо и в исцеляющих подорожниках не нуждался. А одна мысль о том, что ему придется снова раздеться перед Донной… скажем так, это вызывало смешанные чувства, особенно после произошедшего. Но он однозначно хотел бы этого по возможности избежать. Донна нервно теребила пальцы. — Я-я… мазь нужно нанести до вечера, — неуверенно произнесла она, а потом ее голос стал таким тихим, что Дилюк не сразу разобрал, что она сказала после: — если надо, я… я могу… эм… помочь… Стало как-то жарко. — Благодарю, я справлюсь сам, — проговорил Дилюк, надеясь, что голос звучит достаточно спокойно. Донна торопливо закивала. Очередная пауза. Дилюк продолжал рассматривать Драконий Хребет на картине. Донна рассматривала ковер. Вспомнилось, что он так и не сказал «спасибо» за спасение. Дилюк прочистил горло. — Я хотел… поблагодарить тебя за то, что спасла меня. Я у тебя в долгу. — Нет-нет! — тут же вскинула голову Донна и замахала руками. — Это ты меня вытолкнул из-под молнии! Так что это я у тебя в долгу! — Можешь считать, что уже вернула его тем, что реанимировала меня, — заметил Дилюк. — И я все же считаю, что должник здесь я, ведь тебе пришлось возиться со мной в течение этих дней. — Я целитель, это моя работа! — Донна почти возмутилась. — Ну, почти целитель. Тем более я не могла тебя просто так оставить! И вообще, — ее голос стал немного тише, и она сцепила пальцы в замок, смотря куда-то в сторону. — Прости, что… что помешала тебе тогда, во время боя. Всей этой ситуации можно было бы избежать, не будь я такой… бесхребетной. И ты бы не пострадал… Она замолчала, комкая платье. Дилюк вздохнул. — Не называй себя так. Я понимаю твои чувства в тот момент. Тем более, что ты все же завершила то, что начал я. Донна открыла рот, чтобы возразить, но так ничего и не сказала. Они снова помолчали. Дилюк перевел взгляд на миску с мазью, подумал, как скучно ему будет сидеть и ждать, пока она впитается, осознал, что даже книг, чтобы скоротать это ожидание, нет, и вспомнил, что недавно застал Донну за чтением. Он задумчиво посмотрел на девушку, прокручивая появившуюся в голове идею. Просить было немного неудобно, но что-то подталкивало его это сделать. Возможно, желание узнать ее увлечение поближе, возможно, желание просто прервать неловкую паузу. Разбираться не особо хотелось. Донна почувствовала его взгляд и осторожно подняла голову, но встретившись с его глазами, снова опустила ее. — Донна, я… — начал Дилюк и замялся. Он помнил, что читаемая Донной книга была, скорее всего, любовным романом, и просьба становилась еще более неловкой, потому что он подобную литературу считал глуповатой. — Могу я спросить, ты дочитала ту книгу? «Тысяча оттенков любви», кажется. — Я… я… — Донну, похоже, подобный вопрос сильно смутил, и она ответила очень тихо: — Дочитала. Только что. Дилюк постарался подавить ощущение, что теперь ситуация стала еще более неудобной, чем была до этого. Идея стала казаться глупой. — Могу я одолжить ее у тебя? — Донна подняла на него удивленный взгляд, и Дилюк почувствовал необходимость оправдаться: — Я хотел просто как-нибудь скоротать время, пока мне придется сидеть в комнате и ждать, — сказал он и вдруг даже неожиданно для себя предложил: — Если хочешь, можем потом обсудить сюжет. Донна немного робко приподняла уголки губ, и Дилюк не сдержал ответную едва заметную улыбку. Все же она действительно красиво улыбалась. — Было бы здорово, — кивнула она и немного неуверенно проговорила: — только… это же любовный роман… Дилюку читать любовные романы казалось чем-то постыдным, но он скрыл неловкость. — Я подобную литературу еще не читал, — безразлично пожал он плечами и добавил, хоть и сомневался в подобном развитии событий: — Вдруг мне понравится? Судя по неуверенному взгляду Донны, она тоже в этом сомневалась. — Хорошо, я принесу, — она встала с места. Дилюк тоже поднялся. — Я… тебе нужно что-нибудь еще? — Нет, спасибо. Донна прошла к двери, обернулась, словно хотела что-то еще сказать, но передумала и выскользнула из комнаты. Дилюк дернул уголком губ. В груди почему-то было тепло.

***

— Готова? — спросила Люмин, уже взявшись за ручку двери. Донна поправила сумку на плече и кивнула. Церемония Сошествия должна была случиться завтра, первого января, ровно с началом нового года, и Люмин предложила Донне и Дилюку, который, в общем-то, был готов возвращаться в Мондштадт, потратить еще пару дней и посетить Церемонию. В конце концов, когда еще можно будет вживую увидеть Гео Архонта? Паймон, обиженная тем, что ей не дали на завтраке дополнительную порцию креветочных шариков, сидела в своем подпространстве. Донне было немного непривычно без слегка раздражающей болтовни, но она не могла не признать, что так она меньше беспокоилась о том, что Паймон скажет что-то неуместное, и ей придется опять краснеть перед Дилюком. Они вышли и спустились вниз, чтобы отдать ключи от номера Верр Голдет. Дилюк уже был там, о чем-то разговаривая с хозяйкой постоялого двора. Услышав шаги, они оба прервали разговор и обернулись. Донна не выдержала и опустила взгляд, но губы сами растянулись в улыбке. С Дилюком все хорошо. — Мы готовы, — сообщила Люмин ему, передавая ключи Верр Голдет. — Идем? — Надеюсь, вы хорошо провели у нас время, — улыбнулась хозяйка. — По крайней мере, последние дни. Люмин что-то дружелюбно ответила ей, пока Дилюк с Донной предпочли промолчать. Конечно, последние два дня прошли спокойно, но из-за всей ситуации с магом цицинов опыт получился слегка смазанным. Они спустились к точке телепортации. Дилюк уже протянул руку Донне, чтобы перенести ее первой, как Люмин вдруг сказала с явно выраженным сомнением в голосе: — А ты точно сумеешь перенести нас двоих на такое дальнее расстояние? Дилюк остался спокойным, но от него повеяло недовольством. — Смогу. — То есть ты прямо уверен? — Да, — ответил Дилюк и приподнял брови, сложив руки на груди. — Ты сомневаешься в моих силах? — До Ли Юэ далеко, а тебе придется скакать туда-сюда три раза, — заметила Люмин. — Давай лучше вы перенесетесь с Донной, найдете там место, где можно остановиться до завтра, ты за это время оклемаешься от переноса и потом вернешься сюда и заберешь меня и Паймон. — Разумно, — согласился Дилюк. — У тебя здесь остались какие-то дела? — Можно и так сказать, — увильнула от ответа Люмин и бросила хитрый взгляд на Донну. Та поняла, что она специально дала им шанс побыть наедине, и почувствовала смущение. — Я взяла пару поручений у персонала. Наверное, к вечеру закончу. Дилюк кивнул, подал Донне руку, приобнял ее за талию и прикоснулся к точке телепортации. Их засосало в светящийся тоннель артерий земли, и Донна машинально вцепилась в сюртук Дилюка. В голове всплыл давний момент, когда они еще не были знакомы, Глаза Бога у нее тоже не было, и Дилюк переносил ее от винокурни в Мондштадт. Тогда она тоже в него так вцепилась. Донна подавила улыбку. Ну, в этот раз она, наверное, все же могла себе это позволить. Перемещение закончилось, и Донна почувствовала, как рука Дилюка слегка сильнее сжала ее талию, и как он слегка пошатнулся, немного оперевшись на нее, и ее сердце забилось чаще. Все мироощущение на мгновение сжалось до ощущения его пальцев на талии, но в следующий момент Дилюк уже отпустил ее и наклонился, упершись руками в колени. Донна автоматически положила руку ему на плечо, обеспокоенно склонившись рядом. — Ты в порядке? — спросила она. — В полном, — ответил Дилюк и выпрямился, прикрыв глаза на мгновение и приложив руку ко лбу, а потом открыл их и посмотрел на Донну. Их взгляды встретились. У нее от этого сердце сделало сальто, и она отвела глаза. — Расстояние от Ваншу до гавани Ли Юэ меньше, чем от Мондштдта до Ваншу, сил расходуется меньше. Донна кивнула и огляделась, тут же поразившись тому, как гавань Ли Юэ отличается от родного Мондштадта. Они оказались на небольшой площади, в центре которой располагался небольшой пруд с кувшинками. Прямо впереди на возвышении находилось красивое и непривычное по архитектуре здание со слегка изогнутыми зелеными черепичными крышами, красными колоннами и деревянной резьбой. Перед зданием находилось несколько столиков, за которыми сидела пара человек. Большая вывеска гласила: «Три чашки в порту.» По обе стороны этого ресторана от площади уходили две улицы. Вдоль правой расположились какие-то лавки, ларьки и еще один ресторан с названием «Народный выбор», а другую Донне было видно плохо. Левая часть площади заканчивалась деревянными подмостками с перилами, и оттуда был виден кусок порта. Совсем рядом с точкой телепортации расположился навес, под которым стоял алхимический верстак и полки с реагентами. Сама точка телепортации находилась позади Донны с Дилюком, на каменной площадке под большим ветвистым деревом. Пахло незнакомыми специями. — Как тебе первое впечатление от Ли Юэ? — спросил Дилюк, наблюдая, как Донна вертит головой. — Очень необычно, — честно ответила Донна. — Совсем не похоже на Мондштадт. И даже ни намека на подготовку к Новому году… — В Ли Юэ год хоть и начинается как у всех, первого января, основной праздник проходит в конце января или в феврале, — Дилюк подождал, пока Донна оставит свой энергетический отпечаток на древнем устройстве, сошел с места и пригласил ее следовать за собой. Они обогнули навес с верстаком и ступили на небольшой горбатый мост, ведущий в другую часть города. — Праздник морских фонарей проходит здесь каждый год примерно в это время. — Ты был на нем когда-нибудь? — Нет, — ответил Дилюк. — Но слышал, что это очень красивое зрелище. Тысячи летающих фонариков висят над гаванью круглую ночь, а ближе к полночи запускают огромный Лунный фонарь, после чего следует шоу фейерверков. Донна кивнула, пока ее воображение рисовало красочные картины. Можно было догадаться, что культура в разных странах сильно различается, но слушать об этом было интересно. Ей захотелось побывать на этом фестивале. В мечтах, конечно, вместе с Дилюком. — А когда он будет проводиться в этом году? — спросила она. Дилюк задумался, а потом слегка поморщился. — Второе новолуние после зимнего солнцестояния, как всегда, — ответил он. — Я не помню точную дату. — Было бы здорово на него сходить, — робко заметила Донна. Дилюк задумчиво кивнул, но ничего не сказал. Они вышли в, судя по всему, более богатую часть города. Их окружали высокие здания с красными колоннами, резными узорами на окнах, панелями из темного дерева и множеством лестниц, тоже выкрашенных в красный цвет. Над головами от одной стороны улицы к другой тянулись крытые переходы, на террасах виднелись люди в традиционных для Ли Юэ одеждах, пьющие ароматный чай. Здесь было куда больше народу, чем в той части города, в которой они появились сначала, а так же больше стражи в желтых одеяниях с броней и белыми копьями в руках. — Здесь много миллелитов, — заметил Дилюк негромко. — Хотя это, пожалуй, ожидаемо. Церемония Сошествия уже завтра, им нужно сдерживать потенциальные беспорядки. — А где конкретно она будет проходить? — поинтересовалась Донна. — На террасе Юйцзин, это самое высокое место гавани, — ответил Дилюк, указав в сторону и наверх. Донна задрала голову, но не смогла ничего разглядеть за крышами и переходами. — Но туда сейчас, полагаю, нельзя подняться. Они должны подготовить все к событию. Кстати, мы сейчас на торговой площади Фэйюнь, в самом центре города. Можем еще прогуляться, а можем найти место в гостинице, оставить там вещи, и продолжить прогулку налегке. — А у них точно будут места? — неуверенно спросила Донна. — Даже в Ваншу все было заполнено. Дилюк усмехнулся. — В той гостинице, про которую я думал, место точно будет. Она… хм, скажем так: там номера сдаются только «своим». Донна перевесила сумку с уставшего плеча на отдохнувшее. — Давай тогда оставим вещи, — решила она. Дилюк кивнул и повел ее к одной из красных лестниц. В следующие несколько минут Донна очень четко поняла, что дорогу обратно она без Дилюка не найдет. Они несколько раз поднялись, один раз спустились, пересекли некоторое количество галерей, в которых она успела окончательно запутаться, и наконец оказались у небольших дверей, где их встретила хрупкая девушка в красном ципао. Ее красивые узкие глаза очень внимательно осмотрели посетителей с ног до головы, и она вежливо улыбнулась. — Добрый день, — произнесла она. — Утреннее небо сменило цвет, но голубым так и не стало, не так ли? Донна озадаченно бросила взгляд в сторону небольшого просвета между зданиями, сквозь который ясно виднелось вполне себе голубое небо. — Полагаю, дело в том, что рассветы становятся краснее к концу года, — ответил девушке Дилюк с такой же вежливой улыбкой. Девушка удовлетворенно прикрыла глаза и почтительно поклонилась. — Добро пожаловать, господин Рагнвиндр и его спутница. Гостиница «Алый дракон» приветствует вас. Проходите. Она открыла перед ними дверь, и они оказались в небольшом холле, в конце которого находилась стойка-ресепшн с потрясающей красоты росписью в виде красно-золотого дракона. Донна неуверенно последовала за Дилюком, который приблизился к девушке-администратору. — Добрый день, — слегка поклонилась администратор. На ней было надето такое же красное ципао, как и на девушке у дверей. — Какую комнату вы желаете снять? Дальнейший разговор ничем не отличался от разговора на постоялом дворе Ваншу, кроме того, что, в отличие от Верр Голдет, администратор «Алого Дракона» держалась куда более официально. Когда пришло время платить, Донна приготовилась в очередной раз быть шокированной ценами. — Значит, две комнаты, одноместная и двухместная с раздельными спальными местами, — уточнила администратор, все с той же вежливой улыбкой записывая что-то в большую учетную книгу. Дилюк кивнул. — Хорошо. По поводу оплаты подойдете туда же, куда и в прошлые разы. Приятного времяпрепровождения. На стойку легли два ключа. Дилюк забрал их, поблагодарил администратора и направился в левый коридор, оглянувшись на Донну. Та последовала за ним. Когда они отдалились от ресепшена достаточно, Донна нагнала его и рискнула спросить: — А… почему здесь так странно происходит оплата? Я думала, нужно отдать деньги сразу как получишь ключ. Дилюк усмехнулся, и Донне в этом жесте почудилась нотка самодовольства. — Здесь в качестве платы подходит не только мора, но и информация, — сказал он негромко. — Тем более что я с владельцем в весьма… тесных деловых отношениях, так что можно считать, что мы здесь на особых правах. Донна впечатлилась и повела плечами. От подобного ей было немного неуютно, но, видимо, если путешествуешь с Дилюком, к такому следует привыкать. Дилюк протянул ей ключ, и они вошли каждый в свой номер. Раскладывать вещи она не стала, просто бросила сумку на одну из кроватей, бегло оценила убранство комнаты, которое было гораздо скромнее, чем на постоялом дворе Ваншу, и покинула номер. В коридоре она оказалась практически одновременно с Дилюком, выходившим из своего номера. Они столкнулись слегка растерянными взглядами, а потом Дилюк слегка улыбнулся ей и отвернулся, чтобы закрыть дверь. Эта улыбка была очень мимолетной, но у Донны от нее потеплело в груди, и она так же приподняла уголки губ, тоже отворачиваясь и закрывая дверь. — Мы можем пройтись по этой части города, а потом вернуться в ту, где появились, ближе к порту, — предложил Дилюк. Донна кивнула, и они направились к холлу. — Конечно, в идеале стоило бы еще посетить террасу Юйцзин, откуда очень хороший вид, но, видимо, не сегодня. — Ты, похоже, хорошо знаешь город, — заметила Донна. Дилюк сделал неопределенное движение плечами. — Не сказал бы. Знаю только, где что находится, ну и парочку общеизвестных деталей о культуре. Экскурсовод из меня не самый лучший, многого не расскажу. Я никогда особо не интересовался историей Ли Юэ. Донна промолчала, потому что заверение, что для нее он все равно будет лучшим экскурсоводом, прозвучало бы странно. Когда они опять прошли тот сложный путь по лестницам-переходам-галереям и оказались на мостовой улицы, она робко тронула его за плечо. Дилюк повернул к ней голову. — Я не уверена, что найду дорогу обратно к гостинице, — сказала она и поспешила оправдаться: — я правда старалась запомнить путь, но там слишком много лестниц и они все выглядят одинаково! Дилюк хмыкнул. — Мы все равно будем возвращаться вместе, — проговорил он, и они двинулись в сторону торговой площади Фэйюнь. — Я проведу. Но в следующий раз будь внимательнее. Донна почувствовала стыд, но постаралась отмахнуться от него. Скоро у нее это получилось, потому что новые впечатления вытеснили все негативные эмоции. Атмосфера Ли Юэ очень отличалась от Мондштадта. Они сошли с площади по широкой и высокой лестнице в порт, прогулялись вдоль различных лавок и спустились на нижний уровень пристани, находящийся прямо под деревянными досками пола верхнего. Там располагались магазины со всякими изысканными вещами, в которых Донна, естественно, ничего покупать не собиралась. Дилюк про город действительно почти ничего не рассказывал, но поделился парой историй про местных торговцев. Истории, правда, были неприятные — один из них попытался его крупно обмануть на деньги, а второй хотел продать ему бракованный товар. Дилюк с усмешкой рассказал, как сдал того, кто пытался его обсчитать, миллелитам, потому что, как выяснилось, это был не первый раз, когда тот обманывал людей. — В Ли Юэ все регулируется контрактами, — сказал он, — и большинство людей исправно их выполняют, боясь того, что на них обрушится гнев Камня. — Гнев Камня? — Гнев Моракса, если точнее. Но, насколько я помню, чужеземцам вроде нас лучше называть Гео Архонта Властелином Камня. Они прошли вдоль всего нижнего яруса, когда внимание Донны привлек один прилавок. Она немного отстала от Дилюка, подошла ближе, улыбнувшись продавщице, и опустила глаза на товар. На столе в несколько рядов лежали очень элегантные заколки и шпильки, типичные для Ли Юэ. Некоторые из них поблескивали металлом, некоторые были искусно вырезаны из дерева, какие-то были похожи на обычные спицы с резьбой, какие-то украшались каменными соцветиями или имели вторую не менее красивую деталь, помогающую закрепить волосы. Дилюк скоро оказался рядом, сложив руки за спиной и тоже рассматривая заколки. — Это настоящие произведения искусства, — не сдержала восхищения Донна, поднимая глаза на продавщицу. Та сдержанно улыбнулась, но в ее глазах была ясно различима гордость. — Каждая из заколок создана вручную, — произнесла она и подняла с прилавка самую красивую, на взгляд Донны, и протянула ей. Донна с трепетом взяла ее в руки. — Взгляните, этой я особенно горжусь. Заколка состояла из двух частей. Первая была длинной золотистой спицей, оканчивающимся изящным утолщением в виде пера, украшенного какими-то красными камушками. К основанию пера крепилось две тонкие цепочки разной длины, на которых тоже висели два небольших камушка. Но настоящим произведением искусства был изогнутый феникс, служивший второй частью. Он раскинул крылья, составленные из тех же красных камней, в стороны, его хвост изящно изгибался и тоже крепил к себе несколько подобных золотых цепочек с подвесками, которые каскадом спадали вниз. Донна со вздохом вернула заколку в руки продавщицы. — Жаль, у меня короткие волосы, — сказала она с легким сожалением. Эта заколка ассоциировалась у нее с Дилюком — красный цвет и феникс точно были его визитной карточкой. Она невольно посмотрела на волосы Дилюка, ей в голову пришла одна идея, и она слегка неуверенно позвала его: — Дилюк? — Да? — оторвал он взгляд от заколки. — Ты… не хотел бы ее примерить? — брови Дилюка удивленно приподнялись, и Донна поспешила пояснить: — Просто она красная и с фениксом, мне кажется, тебе подошло бы. Дилюк с сомнением посмотрел на заколку, но потом бросил короткий взгляд на Донну, которая смотрела на него, стараясь скрыть волнение, и внезапно передумал. — Пожалуй, это будет интересно, — проговорил он наконец, и Донна просияла. — Только я сам, скорее всего, не смогу ее закрепить. — Я помогу, — улыбнулась продавщица. — У вас действительно красивые волосы, и думаю, моя работа на них будет смотреться отлично. Дилюк стянул резинку с хвоста и мотнул головой, разворачиваясь к девушкам спиной. Его волосы волнообразно колыхнулись вслед за его движением, и Донна поняла, что откровенно пялится. Почувствовав, как к щекам приливает кровь, она перевела взгляд на продавщицу, которая с заколкой в руках обошла прилавок и приблизилась к Дилюку. Положив феникса на край стола, она достала из кармана расческу и ловко собрала часть волос Дилюка в пучок, оставив остальную часть свободной. Придерживая пучок одной рукой, она приложила к нему изогнутого феникса и проткнула волосы спицей, продев ее в отверстия на концах крыльев декоративной птицы. — Готово, — произнесла продавщица, вернулась за прилавок и протянула Донне и повернувшемуся обратно Дилюку два зеркала, чтобы он смог посмотреть, как его волосы выглядят сзади. — Вам действительно идет. Донна держала заднее зеркало, пока Дилюк задумчиво рассматривал результат, и не могла отвести взгляд от получившейся красоты. — Очень красиво, но немного не мой стиль, — Дилюк отложил зеркало и аккуратно вытащил шпильку, придержав феникса. Его волосы снова рассыпались по спине, и Донна почувствовала непреодолимое желание к ним прикоснуться. Когда Дилюк повернулся к ней боком, чтобы положить заколку на место, желание пришлось подавить, торопливо отведя взгляд. Продавщица вежливо улыбнулась. — Как пожелаете. А как насчет вас? — обратилась она к Донне. — Но у меня же короткие волосы, — растерянно ответила та. — Насколько? Донна распустила прическу, краем глаза заметив, как Дилюк завязывает свой хвост обратно. Ее собственные русые волосы без хвостиков казались немного длиннее, чем с ними, но все равно спускались лишь слегка ниже плеч. — Такую длину тоже можно собрать в пучок, — кивнула продавщица, — только это потребует некоторой сноровки. Вы позволите? Донна кивнула, наблюдая, как продавщица берет серебристую шпильку с украшением в виде голубого соцветия. — Эта подойдет к вашим глазам, — улыбнулась она, подходя к Донне. — Повернитесь, пожалуйста. Донна подчинилась. Теперь она была вынуждена стоять лицом к Дилюку. Их глаза встретились, и он едва заметно улыбнулся ей, но у нее даже от такой слабой улыбки в два раза сильнее забилось сердце. Взгляд пришлось отвести, чтобы не переволноваться. Ловкие пальцы продавщицы задержались на ее волосах дольше, чем на волосах Дилюка. Возможно, потому что короткие волосы сложнее собрать, а возможно, Донне просто так показалось, потому что она стояла прямо перед Дилюком и кожей ощущала его внимательный взгляд. — Вот и все, — продавщица убрала руки от ее волос и протянула одно из зеркал. — Взгляните. Донна подняла зеркало, сразу заметив, что Дилюк уже держит второе, и неуверенно посмотрела в него. Ее волосы были собраны в маленький низкий пучок и проткнуты наискосок шпилькой, бледно-голубые непрозрачные цветы на которой необычно хорошо сочетались с ее русыми волосами. К глазам, наверное, тоже подходит. Донна с сомнением посмотрела на шпильку еще раз, а потом обернулась на Дилюка, чтобы понять, что он думает. Они снова встретились взглядами, но всего на секунду, потому что Донна тут же отвернулась обратно, боясь, что он подумает что-то не то. Выражение его лица она нормально рассмотреть не успела. — Мне кажется, тебе очень идет, — донесся до нее его спокойный голос. Сердце пропустило удар и забилось чаще, а губы машинально расплылись в глупой улыбке. — Правда? — обернулась она, пытаясь подавить эту улыбку, но не особо успешно, потому что, когда Дилюк кивнул, сдерживать ее стало невозможно. Донна снова посмотрела в зеркало, чувствуя тепло в груди. — Тогда я, наверное возьму. Сколько она стоит? — посмотрела она на продавщицу. — Двенадцать тысяч моры, — мило улыбнулась та, и Донна почувствовала, как улыбка сползает с ее лица. Продавщица, заметив это, решила пояснить цену: — Это, конечно, не серебро, а более простой металл, и камень здесь — всего лишь голубой кварц, но это ручная работа, на которую ушло очень много труда. Донна сильно колебалась. Это было дорого для нее. Теоретически она могла позволить себе такое украшение, но тогда остальные траты придется сильно урезать. Очень сильно. Дилюк тронул ее за плечо, и она обернулась. — Если хочешь, я могу подарить ее тебе, — предложил он, и Донна почувствовала, как сердце ухнуло вниз. Щеки мгновенно покраснели. — Я… эм… я… — замямлила она, не зная что ответить. Она не ожидала этого, и ей было и приятно, и неловко. Она не чувствовала себя вправе принять такой подарок. Как только она осознала это, в ее голос вернулась твердость. За промелькнувшую мысль принять предложение стало стыдно. — Не стоит. Я… спасибо, но я не могу принять такой дорогой подарок. — Я вполне могу позволить себе порадовать подругу, — невозмутимо сложил руки на груди Дилюк. — Не в этом дело, — смутилась Донна. — Просто… я не знаю, мне как-то неловко. Я потом буду чувствовать себя обязанной. Донна потянулась к волосам, чтобы вытащить шпильку, но ее остановила продавщица, которая стояла рядом с явно умиленным видом, который смутил Донну еще сильнее. — Вы уверены? Вы очень красиво смотритесь с этой заколкой, и это не только мое мнение, — кивнула она в сторону Дилюка. Донна почувствовала себя зажатой с двух сторон. К тому же, заколка ей действительно нравилась. Но принять подобный подарок от Дилюка она не могла. — Возможно, в другой раз, — виновато улыбнулась она и вытащила шпильку, аккуратно положив ее на место, а потом распустила волосы, чтобы заделать хвостики. Продавщица вздохнула. — Жаль. Донна ощутила укол вины, хоть и прекрасно понимала, что не была обязана ничего покупать. Они попрощались с девушкой и покинули нижний ярус портовых магазинов. Донна смотрела под ноги. — Ты сильно расстроилась? — вдруг спросил Дилюк. Донна от неожиданности вздрогнула и повернула голову в его сторону. — А? Нет, не очень, — она снова уставилась в пол. — Технически, я могла бы позволить себе эту заколку, но я хотела бы сохранить деньги на другие траты. Вдруг что-то получше найду? Она хотела улыбнуться Дилюку, но не смогла побороть легкое смущение и снова поднять на него голову. — Мне стоит извиниться за то, что я поставил тебя в неловкое положение, — сказал Дилюк через небольшую паузу. Донна перевела на него удивленный взгляд. — Я не подумал о том, что это может выглядеть таким образом. — Каким образом? — растерянно переспросила Донна. Дилюк напряженно потер переносицу, явно не желая развивать тему. — Как будто я пытаюсь показать свое превосходство с помощью денег, — наконец нехотя проговорил он, смотря куда-то в сторону. Донна растерялась еще сильнее. Ничего себе он там надумал… — Эм… это не выглядело так, — осторожно заверила его она. — И меня это не оскорбило, — Донна закусила губу и добавила едва слышно: — Мне наоборот было очень приятно, просто… не знаю. Я не могу принять такой подарок. Дилюк ничего не ответил, и они продолжили идти в молчании. Донна бросила на него мимолетный взгляд. Его лицо ничего не выражало, но ей все равно казалось, что ему неловко. Наверное, хуже было только когда… Донна подавила желание помотать головой, чтобы отогнать воспоминания о лечении. — Куда сейчас пойдем? — спросила она, стараясь отвлечься. — Можем посетить Глазурный павильон, шатер «Синьюэ» или один из чайных домов и перекусить там, послушав рассказчика, — предложил Дилюк и тут же пояснил: — В Ли Юэ есть традиция слушать истории во время трапезы, которые рассказывают профессиональные рассказчики. — Звучит здорово, — улыбнулась Донна. Они вернулись обратно на торговую площадь Фэйюнь и поднялись на одну из террас со столиками. Донне в глаза сразу бросились красивая ширма и небольшая сцена, на которой пока было пусто. Донна хотела сесть поближе к сцене, но Дилюк слегка тронул ее за плечо и указал на столик в углу террасы, у перил. — Там тоже будет слышно, но можно будет полюбоваться на вечернее море, — сказал он. Донна перевела взгляд на порт, на который открывался вид, и на море, простирающееся до горизонта. Уже начинало вечереть. Рассказчик появился чуть позже. Дилюк с Донной успели заказать какие-то блюда, когда он вышел. Донна настолько погрузилась в историю с самого ее начала, что даже не сразу заметила, что еду уже принесли. Рассказчик повествовал о Властелине Камня и его подруге, богине пыли Гуй Чжун, с которой они вместе основали долину Гуйли. Гуй Чжун была достаточно слабой и мирной богиней, выделявшаяся, однако, мудростью и сочувствием к людям, в то время как Моракс не зря звался Воинственным богом, и такой союз приносил хорошие плоды. Они правили вместе поселением в долине, приведя его к процветанию, но Война Архонтов разрушила все. Властелин Камня и Гуй Чжун сражались вместе против злых богов и монстров, защищая земли Гуйли, но богиня пыли погибла на руках у Моракса, проведя свои последние минуты в окружении глазурных лилий, самых красивых цветов Ли Юэ. — И тысячи камней раскололись, когда она испустила последний вздох, а небо заволокло черным пеплом. Моракс прижал к себе ее бездыханное тело, прощаясь с верной подругой. Когда его хватка ослабла, в его руках остались лишь ее белые одежды, а тело мудрой богини тонким шлейфом пыли развеяло над полем глазурных лилий. С тех пор, даже после того, как Властелин камня перевел свой народ в другое место и основал гавань Ли Юэ, эти цветы считаются памятью о прекрасной богине. Рассказчик закончил историю и слегка поклонился, принимая аплодисменты. Донна вдруг поняла, что прослезилась. — Ты в порядке? — осторожно спросил Дилюк, и Донна перевела на него слегка растерянный взгляд. Потом, опомнившись и немного смутившись, она торопливо вытерла слезы. — Да, конечно, — поспешила заверить она, избегая его взгляда, и тихо добавила: — Я… бываю сентиментальной. Дилюк уже закончил, и Донна постаралась его не задерживать и доесть свое блюдо, про которое, слушая рассказ, она совсем забыла. Пытаться овладеть палочками она даже не стала, сразу сдавшись и поблагодарив богов за то, что Дилюк попросил на всякий случай вилки, когда делал заказ. Сам он, кстати, с палочками управиться мог, хоть и не так непринужденно, как местные жители. Они оставили оплату и покинули террасу. — Вернемся в гостиницу? — спросил Дилюк, когда они спускались вниз. Донна кивнула, пребывая в своих мыслях по поводу услышанной истории. Дорогу назад она, естественно, не запомнила. Неизвестно, насколько рассказ был правдой и правильно ли она поняла его, но Донне почему-то казалось, что между Властелином камня и богиней пыли было что-то больше, чем просто дружба и соратничество. Рассказчик оставил на это несколько явных намеков. Хотя, возможно, Донна сама все придумала, слегка одержимая этой темой. Она украдкой глянула на Дилюка, который шел рядом. Он тоже выглядел задумчивым, и ей было интересно, о чем он думает. Девушка у дверей улыбнулась им и пропустила без лишних вопросов. Когда они дошли до своих номеров, Дилюк вдруг замер, словно вспомнив что-то, и Донна подняла на него глаза. — Мне нужно вернуться на постоялый двор Ваншу за Люмин и Паймон, — сказал он. Донна поняла, что совсем забыла про них. — А… хорошо, — ответила она слегка растерянно. Повисло неловкое молчание, потому что оба не знали, что говорить. — Тебе понравился город? — спросил Дилюк. — Да, но он очень необычный, — честно ответила Донна и замолчала. Под конец прогулки разговор не клеился. — Хорошо, тогда отдыхай, — Дилюк, видимо, тоже это чувствовал. — Скоро вернусь. Он развернулся и направился обратно в сторону холла. — Осторожней с точками телепортации! — машинально пожелала ему вслед Донна. Дилюк удивленно обернулся, и она прикусила язык. Вот дура! — Я имела в виду, что… — Не волнуйся, я вполне способен перенести одного человека и одну живую консерву, — беззлобно хмыкнул он. Донна робко улыбнулась в ответ. Дилюк снова направился прочь по коридору, а Донна торопливо вошла в номер и закрыла дверь, а потом скинула обувь, плюхнулась на одну из кроватей и расплылась в улыбке, прокручивая события прошедшего дня. Получилось почти свидание! Конечно, никакой романтики здесь и в помине не было, но Донна отмахнулась от этой мысли, решив помечтать. Конечно, конец получился немного смазанным, потому что история о Властелине Камня и Гуй Чжун заставила Донну ненадолго выпасть из реальности, и всю дорогу до гостиницы они молчали, но… Донна вспомнила, как они примеряли заколки, и прижала ладони к щекам, улыбаясь. Он сделал ей комплимент! День можно считать удавшимся.

***

Дилюк быстрым шагом шел к телепорту. Мысли крутились вокруг ситуации с заколкой, которую он так опрометчиво хотел подарить Донне. Он предложил это без задней мысли, только потом осознав, что для Донны такой подарок действительно может быть дорогим, и сейчас ругал себя, потому что подобные подарки дарить «просто подругам» было не совсем по этикету. Потом он, конечно, извинился, на ходу придумав другую причину, потому что не хотел поднимать такую щекотливую тему, догадываясь, что Донну такое сильно смутит, но все равно жалел, что поддался мимолетному желанию предложить подобное. Перед глазами всплыла ее улыбка, когда он сказал, что ей эта заколка идет. А потом каким-то непонятным образом за этой мысленной картиной последовала другая: ее смущенное лицо, когда она его лечила. Дилюк раздраженно потер переносицу. Ему не стоит об этом думать. Лучше вообще забыть об этом эпизоде, как о страшном сне. Прошло и ладно. Перенос в одиночку прошел легче, чем со вторым человеком, и голова практически не кружилась, разве что почему-то захотелось пить. Дилюк поприветствовал Верр Голдет, спросил у нее, не видела ли она Люмин и Паймон, и двинулся в указанном направлении — на кухню, где они помогали повару. Люмин сидела за одним из кухонных столов и ела. Паймон тоже была тут, уплетая сразу два блюда. Рядом местный повар чистил картошку. Дилюк хмыкнул. Хороши помощники. — Люмин, — позвал Дилюк, подходя ближе. Все трое повернули к нему голову. — Привет. Ты закончила с делами? — Ага, — кивнула Люмин. — Сейчас, только доем. — Паймон тоже еще не закончила! — возмутилась Паймон. Дилюк не стал слушать их дальнейший разговор, спросив у повара разрешения воспользоваться графином с водой — жажда только усилилась. Когда он налил себе стакан, он поймал на себе два взгляда. — Что? — спросил он невозмутимо и сделал глоток. — Просто вы выглядите более растрепанным, чем обычно, — осторожно заметила Паймон и вдруг спросила: — вы убегали от миллелитов? Бровь Дилюка автоматически взлетела вверх, а Люмин рассмеялась. Паймон надулась, но ее подруга быстро пододвинула ей остатки своей порции, и она сразу забыла о своей обиде, за два захода запихав все в рот. Дилюк в очередной раз удивился прожорливости Паймон и допил воду. Видимо, после примерки заколок следовало собрать волосы в хвост более тщательно. Они покинули кухню постоялого двора. Пока они шли на ту террасу, на которой находилась точка телепортации, Дилюк заметил, что Паймон начала клевать носом, а спустя пару секунд и вовсе заснула, зависнув в воздухе и отстав от них. Люмин с улыбкой взяла ее на руки. Дилюк не смог отогнать от себя мысль, что во сне Паймон похожа на обычную маленькую девочку. Перенос произошел буднично, разве что в этот раз Дилюк почувствовал, что его вдобавок к головокружению начало еще и тошнить. — Ты в порядке? — спросила Люмин, положив ему руку на плечо, когда он наклонился и уперся руками в колени, чтобы побороть накатившую дурноту. Дилюк распахнул глаза, потому что на мгновение ему показалось, что эту фразу произнес немного другой голос. Он быстро глянул в сторону Люмин и торопливо выпрямился, едва удерживая себя от того, чтобы не приложить руку ко лбу, как в прошлый раз. — В полном, — ответил он и спустя секунду осознал, что повторил свои слова, произнесенные утром в такой же ситуации. Дилюк поморщился и все же провел рукой по лицу, словно пытаясь сбросить с себя внезапное дежавю, а потом коротко оглянулся на озадаченную Люмин с Паймон на руках. — Идем, — бросил он и быстрым шагом направился в сторону гостиницы. — Точно в порядке? — нагнала его Люмин. Ее голос звучал слегка обеспокоенно. — Выглядишь нервным. — Просто дежавю, — коротко ответил Дилюк, продолжая идти вперед. Они прошли еще какое-то расстояние, пока Дилюк не почувствовал на себе внимательный взгляд. Он обернулся. Люмин не отрываясь смотрела на него. — Что? — спросил он, стараясь сделать это спокойно, но часть непонятно откуда взявшегося напряжения просочилась в этот короткий вопрос в виде слегка раздраженной интонации. И сам Дилюк, и Люмин заметили это. — Тебя что-то беспокоит? Что-то случилось? — наклонила Люмин голову на бок, продолжая на него внимательно смотреть. Дилюк перевел взгляд вперед. — Нет, — ответил он на последний вопрос, потому что ответом на первый было скорее «да», но признаваться он в этом ни себе, ни тем более Люмин не хотел. — Хорошо. Они дошли до гостиницы, и Дилюк, заранее пожелав Люмин спокойной ночи, ушел в свой номер. Чтобы не мусолить в голове сегодняшний день, он решил заняться бумагами, которые появились после завершения сделки с Верр Голдет. Ему в любом случае надо отвлечься.