рассвет

за окном середина ночи, ледяной ветер и мелкий дождь, непрерывно стучащий в окно. ханьдон кутается в одеяло сильнее, не отрывая взгляда от экрана ноутбука с кучей открытых вкладок. она читает одну статью за другой, листает миллионы твитов и постов в инстаграм, время от времени прерываясь на то, чтобы сделать глоток уже остывшего кофе. несколько рыжих прядей выбились из неровного пучка, они лезут в глаза и раздражают, мешая сосредоточиться. ханьдон хватает несколько мелких цветных заколок, чтобы убрать их на время, ровно до того момента, когда они не вылезут из импровизированной причёски снова. буквально через неделю ханьдон должна приступить к работе с новой женской группой, состоящей из троих талантливых девушек, поэтому сейчас её задача изучить как можно больше информации о них. их старшая участница – ким юхён – божий одуванчик во всех смыслах. главная вокалистка, танцорка и самая популярная участница – она притягивает к себе всё самое лучшее, включая фанаток со всего мира. для ханьдон она скучная слишком, приторная и неинтересная. вторая участница – ли юбин, дами, главная рэперка и мечта любой девушки. ханьдон изучает её чуть дольше, ставит на то, что она «ну точно лесбиянка, бесспорно», и решает чуть-чуть отдохнуть, поиграв с нян-нян. на ли гахён – третью участницу и макнэ группы уходит больше времени, чем планировалось. грубых комментариев оказывается слишком много, и ханьдон напрягается, подумав о том, сколько из них эта девочка видела, прочитала. «петь не умеет». ханьдон включает на фон песни из дебютного альбома, проматывает до партий гахён и думает, что голос у неё приятный. нетипичный, но красивый. глубокий очень, но в интервью – всегда визгливый, капризный. такой разнообразный, по мнению ханьдон. вот она бы его слушала хоть вечность, забыв о всяком другом. «и танцует она не очень. поэтому её редко в центр ставят, по сравнению с юхён». ханьдон думает, что все эти люди, что комментарии эти пишут, не очень-то и умные. знают же, что юхён – центр, она там быть и должна по большому счёту. гахён танцует красиво, бесспорно. и в клипе она красивая очень, не зря вижуалка. «мне не нравится её фигура. ни талии, ни-че-го». «и ноги какие-то не такие» «ей нужно худеть» «какая-то она капризная» «сбросила бы пару килограммов, прежде, чем в айдолы подаваться» ханьдон вздыхает. качает головой, стараясь отогнать от себя все жуткие мысли, резко в голове возникшие. и ноутбук закрывает, одновременно зарываясь пальцами в мягкую шёрстку нян-нян. – как бы у девочки проблемы со здоровьем потом не начались, – говорит ханьдон на следующий день менеджеру группы, когда уходит с ним на обеденный перерыв. – не хотелось бы, чтобы из-за глупых людей такой талант пропадал. – да как бы не уже, – сокрушённо отвечает он, отставляя пустой стакан в сторону. – вчера только до поздней ночи тренировалась, потом расплакалась. ханьдон сама не замечает, как ладони сжимаются в кулаки, а челюсть напрягается. её это всё жутко злит. – вы думали о том, на какую тематику должен быть следующий альбом? – спрашивает ханьдон, устало потирая виски. она действительно замучилась, да и трое девушек рядом с ней выглядят не очень. им бы поспать часов двадцать, а не думать о том, как угодить фанатам. – мы должны продолжить историю первого альбома, – говорит юбин и остальные согласно кивают. – к слову, у нас с юхён есть некоторые наброски для лирики, не хотите взглянуть? – хочу, – ханьдон поправляет сползшие на кончик носа очки и тянется за исписанными листами, невзначай задевая локтём сидящую рядом гахён. – а вы лирику только вдвоём готовили? гахён не участвовала? участницы опускают взгляд в пол, не решаясь ничего сказать, а ханьдон едва успевает заметить предупреждающий блеск в глазах макнэ, которые устремлены на её подруг. первой голос подаёт юхён: – она просила не говорить, что помогала, – ким нервно закусывает губу. – прости, гахёни! – вот как. почему? – не имеет смысла, – гахён фыркает и отворачивается в сторону двери, не обращая внимания ни на кого из присутствующих. обсуждение длится не так долго, как планировалось изначально, но в конце ханьдон получает номера участниц и доверяет им свой, пообещав, что ответит на все волнующие их вопросы. но меньше всего она ожидала звонка гахён поздним вечером того же дня. – ханьдон-онни, вы не заняты? – её голос слегка дрожит, из-за чего сердце ханьдон сжимается. она кивает головой в пустоту и только после понимает, что гахён не может её видеть. – нет, я... нет, что-то случилось? гахён-а? - не хотите со мной прогуляться? – она звучит неловко как-то, будто сама не до конца понимает своих действий. - хочу, - честно отвечает ханьдон, прикинув, что это будет идеальным моментом, чтобы девушку допросить. – но можно ли тебе гулять в такое время? – ханьдон, пока натягивает на себя джинсы, бросает взгляд на часы, показывающие половину шестого. на другом конце линии раздаётся сдавленный визг: - я не ребёнок! да и комендантский час в десять, - последние слова гахён произносит почти шёпотом, заставляя ханьдон рассмеяться. все эти узколобые комментаторы действительно не понимают того очарования, которым обладает ли гахён. - я тебя услышала, - сквозь смех отвечает ханьдон, прежде, чем бросить трубку. через минуту ей приходит сообщение с геолокацией, а следом селфи с подписью «это для моего контакта». ханьдон быстро накидывает на себя свою привычную чёрную куртку, которая на самом деле была на размер большего её собственного, и, пихает ступни в кроссовки , мгновенно справляясь со шнурками. она кидает мимолётный взгляд на зеркало, и, поправив выбившиеся пряди волос, выбегает из квартиры. гахён ждёт её у входа в кафе, вся дрожит от холода и переступает с ноги на ногу, всё время поглядывая в телефон. она делает максимально незаинтересованное лицо, когда замечает идущую ей навстречу ханьдон, но всё-таки раскрывает руки для объятий. эта девчонка была слишком тактильной, по мнению ханьдон, которая львиную долю своего времени отдаёт шиён – такой же неловкой в общении, как и она сама. тем не менее, ей совсем не было неприятно обниматься с малознакомой девушкой, потому что её аура была действительно приятной. кафе, которое выбрала гахён, по понятным причинам было максимально неприметным, и, каким-то магическим образом подходило под её нынешний стиль. чёрное пальто, явно слишком лёгкое для такой погоды, простая короткая юбка, и кажется, тонкая футболка, которые ничем не выделялись на общем фоне. ей было комфортно в такой одежде, гахён явно чувствовала себя уверенней. об этом говорила её расслабленная поза и манера общения. ханьдон было приятно поговорить с этой девушкой, на которую незаслуженно выливается столько негатива. она многое знает, многим интересуется, неужели кто-то действительно был готов назвать её глупой? - так, значит, ты хочешь учить китайский? – недоумённо спрашивает ханьдон. она явно не тот человек, что мог бы доходчиво объяснить все нюансы столь сложного языка. – я не уверенна, что смогу помочь. будет лучше, если компания найдёт тебе репетитора. - они уже нашли, - гахён энергично кивает, попутно доставая кепку из своего рюкзака, который ханьдон заметила не сразу. – но, я думаю, что и твоя помощь была бы очень кстати. - почему китайский? разве вас не должны учить в первую очередь английскому и японскому? - я достаточно неплохо знаю их, - гахён закатывает глаза. она явно хочет казаться раздражённой, но ханьдон чувствует её неуверенность, и для неё это кажется жутко милым. – разве ты можешь так просто отказать мне? это несправедливо. несправедливо, - хочет сказать ханьдон. – это то, что ты нагло пользуешься своим милым личиком, чтобы я не могла сказать «нет». - хорошо, - выдыхает она, поймав на себе сияющий взгляд гахён. – я попытаюсь. но ты должна пообещать мне кое-что взамен. - конечно, что именно? - не обращай внимания на плохие комментарии. ты лучше, чем эти люди могут себе представить, – ханьдон ласково сжимает пальцы гахён своими, всего на секунду, чтобы растерянность на лице айдолки сменилась благодарной улыбкой. - я попытаюсь тоже. когда ханьдон впервые за последние несколько месяцев принимается за работу над новыми песнями, она думает о гахён. эта девушка не может не привлекать к себе внимания, и, пока многие смотрят на неё поверхностно, свысока, они не замечают того яркого света, что исходит от неё. они видят лишь капризного ребёнка в теле, которое им не угодило. они не хотят видеть её истинную красоту, спрятанную в глубоком голосе, громком смехе и широко распахнутых от удивления глазах. и им уж точно неинтересно то, как она смогла дебютировать, то, через что ей когда-либо пришлось пройти. возможно, ханьдон не знает многого о ней, но точно может сравнить её с первым лучом рассветного солнца. то, как она двигается, поёт и говорит – всё это напоминает о раннем утре, когда ты едва можешь открыть глаза и начать двигаться. она живая и побуждает людей к тому же, в ответ получая лишь нелюбовь окружающих. ханьдон надеется узнать гахён лучше. хочет стать рассветом в её жизни.