Школа

Вернувшись из ресторана, Регина позвонила Грэму и тот без лишних вопросов, приехал к ней. Мужчина был хорош как никогда, но мысли Регины были не с ним. Они были все еще там, в ресторане, ведь то, что произошло, забыть было невозможно. Миллс до сих пор чувствовала нежные, но настойчивые руки блондинки на своем теле. Ощущала запах ее духов, смешанный с алкоголем. Волна возбуждения снова накрывала ее, причиной появления которой был явно не Грэм. Мужчина давно спал, отвернувшись в другую сторону. Регину же ждала бессонная ночь. Все, что ей оставалось – подавлять желание, сжимая подушку изо всех сил. Эмма же, напротив, спала, как убитая. Следующим утром ее разбудил громкий стук в дверь. «Это мне что-то напоминает», - встав с кровати, подумала девушка. И она не ошиблась. Как и когда-то в дверь усердно барабанила Мэри-Маргарет. - Эмма! Эмма Свон! Что вы творили вчера на пару с Миллс?! – взорвалась Бланшар как только Эмма открыла дверь. - И тебе доброе утро, - хриплым голосом ответила блондинка. – Проходи, не стесняйся, - сказала она, скорее себе, потому что биолог уже металась по ее гостиной. - Может ты все-таки объяснишь? – спросила Мэри-Маргарет, прекратив метания. - Что именно? – Эмма облокотилась плечом о дверной косяк. - Все! – развела руками Бланшар. – Начиная с твоего пьяного появления и заканчивая… - девушка немного замялась, - и, заканчивая танцем с Миллс, - наконец произнесла она. В комнате закрутилась тишина. Эмма не знала как все это объяснить, да и не была уверена, что хочет. В конце концов, это ее личное дело и касается оно лишь двух человек, в число которых Мэри-Маргарет не входила. Но она ее самый близкий человек, и поэтому не рассказать она тоже не могла. - Мне кажется, что я, наконец, поняла… свои чувства к Миллс и… - Конечно. Я их давно уже поняла, - не дала закончить подруге Бланшар, - ты ненавидишь ее! В последнее время это нельзя было не заметить. Но, тогда я не понимаю… - девушка задумалась, ведь то, что было вчера, нельзя назвать ненавистью. - Именно! Я тоже думала, что ненавижу ее, злилась без причины. Но это не ненависть, понимаешь? Это, скорее, обида. Обида на ее безразличие. На то, что у нее есть кто-то. Ведь, на самом деле, она мне нравится. Да, я влюбилась по уши! – по лицу Эммы расползлась в улыбка. Она призналась! Призналась не только Мэри-Маргарет, но и себе! Тут же она почувствовала, что ей стало намного легче. Ей, но не ее подруге. - Ты в своем уме?! – опешила та. – Что ты такое говоришь? Ты все еще пьяна?! – но, увидев, что Эмма не шутит, и приняв строгое выражение лица, добавила: - Регина Миллс никогда не ответит на твои чувства, Эмма. И не потому что это не взаимно. То, что произошло вчера нельзя назвать «просто танец». Не знаю как ты вообще заставила ее выйти с тобой, но… Она никогда не снимет свою маску холодности и безразличия. Она стыдится чувств, принимая их за слабость. Я знаю ее уже очень давно, Эмма. Поэтому, тебе лучше не питать иллюзий и отступиться, пока не зашло слишком далеко. На следующий день Эмма четко для себя решила поговорить с Миллс. Пусть она не расскажет ей о своих чувствах, но узнать, что та думает о вечере в ресторане блондинке было необходимо. Но все оказалось немного сложнее. На работе Регина так и не появилась. Утром она позвонила Сидни и сказала, что приболела. - Она не могла заболеть! Сидни, что она тебе точно сказала?! – на протяжении тринадцати минут допытывалась Свон до бедного секретаря. - Мисс Свон, я сказал вам все точно так, как сказала мне Миллс! – мужчина не понимал, почему девушка никак не хочет принять его слова. БУМ! Кулак Свон ударил по столу секретаря. - Ну и черт с тобой! – заключила блондинка и, хлопнув дверью, вышла из кабинета. От намеченного плана ей отступать не хотелось. С Региной она должна поговорить сегодня же. Но вот проблема - она не знает, где живет Миллс. И поэтому девушке пришлось вернуться в кабинет секретаря и уже вежливо попросить об одолжении. Узнав необходимую информацию, Эмма отправилась прямиком к дому директора, который находился в нескольких кварталах от школы. «Он серьезно думает, что если положит всю пачку ванилина в пирог, то он получится вкуснее? Он же будет горчить!» - недоумевала женщина, сидя в уютном кресле. Впервые за долгое время, вернее, за все время, Регина не пошла на работу, сославшись на недуг. Она не знала, чем себя занять и поэтому решила посмотреть телевизор, где наткнулась на кулинарное шоу. И когда она уже потянулась за пультом, чтобы переключить канал, в дверь постучали. Нехотя, женщина поднялась с кресла и направилась к двери. То, что она увидела в дверном глазке заставило ее попятиться назад. За дверью стояла Свон собственной персоной. Новая череда ударов обрушалась на дверь, заставляя Миллс все же открыть ее. - Директор Миллс, - Эмма улыбнулась, приветствуя шатенку. - Свон, что вы здесь делаете? Как… как вы узнали, где я живу?! - Я узнала, что вы заболели и решила вас навестить, а адрес… да все знают ваш адрес, - Эмма пожала плечами и поспешила сменить тему. – Я тут вам принесла кое-что, - девушка подняла пакет, который держала в руках. – Разные фрукты и сладости, если вы конечно их едите… - Очень мило с вашей стороны, но не стоило. Вам лучше уйти, мисс Свон, – Регина хотела закрыть дверь. Но Эмма успела ее остановить. - Бросьте, мне было несложно. И… и, я думаю, нам нужно поговорить. Ну, насчет вчерашнего, - сказала блондинка и почему-то виновато опустила глаза. - А что вчера произошло? – наигранно удивилась женщина. Эмма ожидала этого. Ей надоело стоять на пороге и она нагло вошла внутрь. - Ну конечно, - Миллс вскинула руки вверх. Свон в своем репертуаре, не принимает отказа. - Как у вас тут просторно, - огляделась по сторонам блондинка. – У вас хороший вкус. - Спасибо. Ближе к делу, Свон, – присутствие Эммы напрягало женщину. Эмма не знала, с чего начать. Когда она шла к дому Миллс, то была уверена, что как только она ее увидит, то слова сами найдутся. И придумывать их заранее не было смысла. Но теперь девушка успела об этом сильно пожалеть. - Эм, вчера в зале, когда мы танцевали… Это ведь был не просто танец? – наконец начала Эмма. - Что значит «не просто танец»?! – возмущенно поинтересовалась Регина. Дерзость девушки выводила ее из себя. Она вообще не хотела вспоминать прошлый вечер, но раз уж этого не избежать, Миллс решила высказать ей все. – Сначала вы заявляетесь в неподобающем педагогу состоянии в ресторан, где вас видят все ваши коллеги, а затем, у вас хватает наглости подойти ко мне… «Как смешно наблюдать за ней, когда она злится. Когда ее карие с возмущением глаза смотрят свысока. Какие же они красивые! Когда она такая милая, в своем легком шелковом халатике и в пушистых тапочках, стоит передо мной», - проносилось в голове Эммы. - … представляю, что бы вы устроили, если бы я отказалась! … «Она великолепна». - …Скандал! Скажите спасибо, что я спасла вас от позора перед коллегами. Свон! Свон! Вы вообще меня слушаете? – Миллс наконец заметила отрешенность девушки. - Да. Вы спасли меня, - произнесла Эмма и вплотную подошла к Регине. - Что вы… - не успела договорить Миллс, так как губы Эммы не позволили. Они накрыли губы Регины, даря теплый поцелуй. Женщина не сопротивлялась. Свон даже показалось, что ей отвечают. Но тут Миллс отстранилась, разрывая связь. - Эмма, не надо… - тихо сказала она. Их глаза встретились. Регина сгорала от желания выбежать из комнаты, но ее ноги словно приросли к полу. Дрожь одолевала все тело, руки и ноги начинали отниматься. Возможно она хотела назвать причину своим действиям, но мозг предательски не помогал. Эмма не могла понять, почему Регина останавливает ее. Ведь она чувствовала, что небезразлична ей. Она попыталась возобновить поцелуй, но вытянутая рука директора помешала ей. - Прошу, Эмма, уходи, - зашептала Миллс умоляюще.