Принцесса с прозвищем бродяги

Море бьёт волнами по тёмному от крови берегу. Гул движения ледяной воды заглушает крики. В резаные раны густо вгрызается соль. Уже несколько часов повороты и удары оружия сплетают смертоносный танец. Удар. Обезглавленное тело встречает землю. Меч о меч. Снова крик, падает чья — то конечность. Дождь. Сгущаются над полем тучи и ворчит вдали первый гром. Напряжение. Жар в груди. Застывает ком в горле. Амедиль целится в противника. Забитые мышцы рук не дают безболезненно двигаться. Ладони трясутся, а с ними прицел. Нет. Я не воин... Я устала... Слеза покатилась по щеке и слилась с каплей воды. Для чего это всё? Зачем? Для чего это нужно? Всё ведь здесь и кончится... Хватит, Амедиль! Вспомни отца... И снова звучит страшная песня - звон тетивы и свист стрелы… Удачный выстрел, очень даже удачный. Можно остановиться. Выдохнуть. На вдох времени может и не хватить. Сверху стрелять тяжело. Вдох. Странный запах и подозрительный треск. Всего несколько секунд, и она на земле, под горящими ветвями. Спинная боль отдавала в голову глухими волнами. Что - то сдавило лёгкие. Не кричать, только не кричать. Руки и лицо обжигал огонь. Молчать. Молчать. Щёку окатило грязной водой. Это он. Он нашёл… Клинок впивается в шею, рассекая гортань. Вода заливает за шиворот. Холодно, скользко, грязь повсюду. А там, на коне, рвётся в бой юноша. Он острыми ушами готов разрезать небосвод. Подрубили ногу коню, остался только с тремя. Но летит, словно сокол, Сирид сам, навстречу смерти и вражеским мечам. «Сайонер!» — слышится где — то близко. Быстрый разворот. Удар мечом, и атака отражена. Взглядом девушка ищет кого то в толпе. Замирает на секунду. Волчий вой пронизывает звоном слух. Он здесь. Удар. Уклон. Острое лезвие разрезало кожу от лба до верхней губы. Окрашенные кровью руки вздымаются и отсекают голову врагу. Лезвия рядом. Лишний раз повернёшься — потеряешь ногу или жизнь. Слишком поздно она увидела летящий кусок дерева. Не успела. Не успела увернуться. Огромное бревно сбило её с ног. Темно вдруг стало. Непонимание произошедшего захватило разум. Уже не слышно ничего, одна пустота. И что сейчас делать? Молитвы уже не помогут. Кажется, лёгкие не дышат и сердце не стучит. А может… Крик раздался такой, будто переломали все кости в спине и шее. Чувства вернулись также резко, как и ушли. Боль как грубые корни, прорастающие насквозь, разрывающие кожу и внутренние органы. Они обвили шею и сдавили с такой силой, что нельзя сказать даже слова. Замученная эльфийка снова канула в неизвестное пространство без чувств и ощущений. Спустя несколько минут ей привиделся корабль. Это очень странное судно. Оно не плыло по воде, а летело между облаков. Борта его - как птичьи крылья, покрытые перьями, но палуба - деревянная. Сайонер делала шаг за шагом, отчего старые доски скрипели ещё больше. По мачте шли немалые трещины, а реи еле держались на месте. Подойдя к борту, она положила на него ладонь. От корабля повеяло теплом. Перья зашевелились и задрожали. Девушка опустила взгляд: на месте стыка птичьего тела и досок виднелась запёкшаяся кровь. ~Какое дикарство~ Сайонер провела по месту раны кончиками пальцев. Доски судна затрещали как одна, завыли одновременным скрипом. Эльфийка отпрянула от места ранения и подбежала к другому борту. Когда вой стих, стало слышно пение птиц. Поднялось солнце, озаряя Земные королевства. Сердцебиение замедлилось, успокоилось от испуга. Красновато - рыжеватые облака медленно плыли по тёмным небесам. Так спокойно и тепло, что не хочется возвращаться. ~Не бывает так, дурочка...Это сон~ И вот взгляд немного прояснился, стал виден белый, высокий поток. Пахло травами. На языке неприятная горечь. Девушка повернула голову и увидела кого - то перед собой. Это существо достаточно уверенно стояло на двух ногах, но не было похоже на эльфа или воздушного жителя. Фигура была ростом с Сайонер, приблизительно двух метровая, но достаточно широкая, как две Сайонер, и в белом фартуке. Приглядевшись получше, девушка увидела шерсть. Коричневую, густую, похожую на медвежью. Не скрывая облегчения, девушка выдохнула и закрыла глаза. — Где я? — прошептала она еле слышно. — С пробуждением, Ваше Высочество. — Сейчас Вы в Ирэвэне, у медвежьих оборотней, — ответила миловидная медведица. — Сколько я здесь? — прошипела эльфийка, морщась от боли. — Два дня — в палатке на поле, а потом наши воины вместе с остальными ранеными привезли Вас к нам. — Сейчас лучше выпейте отвар и спите. — Сломанным костям нужен покой, — медведица протянула принцессе стакан. Сайонер без возражений приняла его и выпила полностью. Снова на языке остался едкий привкус. — Благодарю… — она отдала стакан лекарше и укрылась одеялом, закрывая руки и плечи. Когда послышались шаги, явно выходящие из комнаты, девушка перевернулась на менее болящий правый бок. Всё тело предательски ныло, мешая двигаться. «Поправиться нужно быстрее. Из строя выйти ещё не хватало». Одеяло буквально придавливало к кровати, отчего любое перемещение под ним приносило ещё больший дискомфорт. Казалось, что набито оно не ватой, а тяжёлыми камнями. Однако усталость оказалась намного сильнее, и Сайонер провалилась в сон. Несколько часов пролетели как один миг. Принцесса приоткрыла глаза и попыталась встать, но резко её правую ногу свело и невыносимо закололо. — О пресвятые козьи морды! — мученически прошипела она, садясь на кровать. Девушка быстро массировала ногу, но всё, начиная с бедра до ступни, болело ещё больше. — Да волкам на растерзание! — Сайонер, полная отчаяния, откинулась назад, но мгновенно встретилась затылком с деревянным изголовьем. Несколько очень грязных бардовских слов вылетели невзначай. Эльфийка осталась в том же положении, чтобы не усугублять фантастические ощущения. Во время этой частичной агонии она решила осмотреться. Это была обычная отдельная комната для больных в Ирэвэне: кровать, стол и стул с одеждой. Маленькое окно выходило на небольшой сад. Ещё некоторое время она лежала и смотрела в потолок, но через час всё - таки решилась встать. Когда эльфийка скинула одеяло, она увидела, что ноги и корпус почти полностью в бинтах и повязках. ~Серьёзно?~ ~Мне казалось, что я без ног останусь!~ Девушка стащила вещи со стула. Предельно аккуратно натянула штаны на забинтованные ноги, через ноющую боль встала в ботинки. С рубахами возникли сложности - пуговицы совсем не давались трясущимся рукам. ~Да что ж такое...~ ~Вот лисица!~ Через несколько минут она уже стояла полностью одетая. Одежда выдавала в Сайонер достаточно небогатого военного: две рубахи для тепла, узкие штаны, чтобы не мешали ни при езде, ни при ходьбе, старые начищенные ботинки и длинный чёрный плащ, в котором и ходить, и спать, и под дождём прятаться дозволено. Даже кожаные ремни и наручи были надеты по всем правилам - не давили, не болтались. Только один элемент немного выходил из образа - меч. С первого взгляда и не приметишь его, но потом станет видно: на рукояти эльфийским языком написано "Амос Муролис". В воинских кругах такое оружие говорит само за себя: его обладатель или близкий знакомый этого мастера (что не менее значимо), или отличившийся боец. Принцесса провела рукой по холодному металлу и улыбнулась. Ведь знакомые медведи даже меч почистили: от крови не осталось и следа. На столе находились небольшой тазик и гребень. ~Хорошо, что в этот раз воды принесли~ ~Хоть на речку бежать не придётся~ По окончании неспешных сборов в комнату зашла лекарь. - Ваше Высочество, чего же Вы встали! - Вам нужен отдых, Вы не до конца выздоровели! - медведица преградила собой путь и начала вытаскивать из карманов бутыльки и неизвестные скрутки. Сайонер, не без трудностей, выпрямила спину. Мышцы лица напряглись и сделались строгими, как при серьёзном разговоре. - Я понимаю, что лечить меня - ваша работа, но извините, мне нужно в срочном порядке вернуться к своей. Лекарь посмотрела на собеседницу снизу вверх, оценивая общий вид больной. После недолгой паузы она неохотно возразила: - Вы точно уверены? - У такого пренебрежения к здоровью могут быть последствия. - Ничего страшного, я долечусь у себя, не беспокойтесь, - эльфийка закинула лук на плечо и приблизилась в выходу. В дверном проёме она развернулась и спросила: - А где Ваш король? Я бы хотела с ним поговорить. - Его Величество, вероятно, в саду, - ответила лекарь, собирая со стола травы, - Вы уверены, что не хотите остаться? - Благодарю Вас, но нет, мне срочно нужно домой, - Сайонер вышла в коридор и быстрым шагом устремилась в направлении сада. Проходя по коридору, она видела старинные вазы и пёстрые картины, ощущался запах горячего супа и свежего хлеба. Рядом находилась столовая для больных. «А может всё — таки остаться?» — подумала принцесса и сглотнула слюну. «Знают ведь медведи, чем эльфов взять!» — её шаг ускорился. Довольно близко показалась знакомая высокая фигура ирэвэнского короля. — Здравствуйте, Ваше Величество! — Сайонер низко поклонилась, не скрывая лёгкую радость на лице. — Здравствуй, Сайонер, — король пожал руку принцессе. — Как твоё самочувствие? — Увечья большие? — спросил Владыка Роовэл. — Всё прекрасно. — Я никогда не сомневалась в одарённости Ваших лекарей. — Наши подчинённые всегда превосходны в своём ремесле, — он приклонил свою медвежью голову, — мои слуги отослали письмо с вестью о том, что ты у нас. — Тебя желают видеть к завтрашнему полудню, если ты в хорошем состоянии. — Лучше поезжай на рассвете — приедешь к нужному времени. — Благодарю, Ваше Величество, я поеду в ночь. — Это, конечно, дело твоё, Сайонер…— Роовэл посмотрел на горизонт, в который уходила широкая дорога, прикрытая многочисленными деревьями, — Волчьих разбойников не боишься? — Совсем нет, чего мне боятся? — Может с тобой выслать несколько моих воинов? — Владыка Роовэл, почему Вы так беспокоитесь за меня? — девушка посмотрела королю в глаза, — Вы же знаете, что я воин с опытом и группа разбойников не представляет для меня серьёзной опасности. — Сайонер, я знал тебя ещё ребёнком, и не хочу что бы ты умерла в землях Ирэвэна из — за моей неосторожности. — Ты понимаешь, что их может быть гораздо больше, чем ты представляешь? — Я понимаю Ваши беспокойства, но прошу, не бойтесь за меня. — Пару недель назад я вышла из окружения в двадцать волков, мне ничего не стоит защититься от группы каких — то бродяг, уж поверьте. — Выезжай сейчас, пока светло, — ответил король, глядя на собеседницу, которая готовилась возразить, — и это не обсуждается. — Слушаюсь, Ваше Величество, — Сайонер поклонилась и приложила руку к сердцу. — Доброй дороги, принцесса Сиривэла, — он положил ладонь ей на плечо. — Благодарю и повинуюсь, — девушка улыбнулась и поклонилась. — До свидания, Ваше Величество. Через хрустально чистые окна были видны стройные стволы деревьев и каменная плитка королевского сада. Сайонер пошла другим коридором, где уже не так сильно пахло едой. В этих стенах чувствовались ароматы цветов и чего — то сладкого. За прозрачными стёклами проглядывались беседки и внутренние столы, на которых располагались серебряные блюда с виноградом, мёдом и яблоками. У принцессы в желудке заурчало ещё громче, и в этот же момент рядом с ней появился сын Роовэла. — Сайонеер! — он обнял её с немного непристойной силой, но эльфийка совсем не обратила на это внимание. — Здравствуй, дружище. — Как там на службе, сильно они тебя? — Рэвид своими лохматыми лапами взял её за плечи. — Да как на службе… — она опустила голову, — бревна летают, братья умирают, что ещё сказать… — Оу, прости, прости… — он явно не думал, что это её заденет. — Да ничего, привыкла уже, — принцесса покачала головой и улыбнулась, — сам как? — Работаем, пишем и работаем, ничего особенного. — Есть хочешь, остроухая? — приободряющей интонацией сказал оборотень. — У меня вот наказ — домой сейчас отправляться, — она смахнула его руку со своего плеча. — Приказ приказом, а обед по расписанию, — Рэвид усмехнулся и потянул Сайонер в сторону выхода к беседкам. — Не буду я сейчас есть, — она поправила свой лук за плечом. — На хоть, возьми, — принц протянул ей кусочек хлеба из столовой для больных. — Из соседней забрал, да? — девушка приняла его и положила в маленький мешочек на ремне. — Мне разрешили, вот и взял, — он подтолкнул принцессу под локоть, — иди, тебе же велено приехать. Когда всё снаряжение было на своих местах, она запрыгнула в седло и начала свой путь. Дорога за четыре дня стала совсем сухой и даже поднималось немного пыли. Камни ближе к глубине леса сменились на глину. Перед глазами проносились высокие душистые деревья. Эльфийка вслушивалась в окружающие звуки, но слышала только ритмичное цоканье копыт черногривого друга и трели птиц. Через пару часов стал слышен гром, а немного позже начала сверкать молния. Принцесса надела колпак и закрылась накидкой. Ближе к рассвету, когда девушка проехала наиболее опасную местность, она погрузилась в свои мысли. Глубокие раздумья сейчас заменяли ей сон. Вот на горизонте показалось родное королевство.б Этой земле уже тысячи лет, она помнит всё, и звонкие голоса, и детский смех, и войны, в которых было пролито много крови. Изранены сердца невинных душ, а под землёй — десятки тысяч холодных тел. Здесь и воины, здесь и женщины, здесь и дети. Много, очень много пало храбрецов во имя своего народа. Это Сиривэл, края непроходимых лесов, суровых зим и тёплого лета, эльфы здесь живут в страхе, но есть те, в которых уже сотни лет не угасает храбрость и надежда. Те, из которых не уйдёт воля и сила духа. Сайонер ехала по широкой, заросшей Иван — чаем дороге. Воздух стоял прохладный и влажный, дышать было очень легко, а ветер, ласкавший её шею, даровал ощущение утренней свежести. В латах не холодно, потому что под ними две рубахи из плотной и грубой ткани. Неприятно, конечно, но принцессу сейчас это не волновало, покоя не давали только навязчивые мысли. Она покинула Ирэвэн — королевство медвежьих оборотней, там она проводила ночи после решающего боя, войны с волчьими оборотнями. Медведи были их друзьями, а волки — злейшими врагами, пытавшиеся уже какой раз за это тысячелетие забрать земли эльфов. Те, кто не желал войны — принимал сторону эльфов, за это в ухо волку вставляли железное неснимаемое кольцо, и если он предаст — безжалостно казнят, ещё более жестоко чем обычного изменника. Раны жгло, кости ныли, но душе легче — большая часть её отрядов и народ спасены. Много кто говорил, что это последняя битва с волками, но Сайонер словно не верилось. Слишком долго шла эта война, и уж слишком резко она кончается. Сначала она решила добраться до дома своей близкой подруги, живущей в лесу. Она могла спокойно переодеться, обработать раны и отдохнуть, зная, что хозяйка всегда ей рада. Подъехав к домику, принцесса постучала в дверь, но ей никто не открыл. Лирэль опять куда — то ушла. По обыкновению, постоянная гостья достала ключ, который висел на гвоздике у забора, в маленькой щели. Перешагнув порог, она скинула с себя броню и меч, размотала бинты, а из своей старой сумки, лежащей на шкафу со времён зарождения мира, вытащила платье и полотенце. Вместе с конём эльфийка пошла к озеру. На берегу водоёма изогнулось огромное дерево, создавая ветвями своеобразную ширму из листьев. За ней обнажались прекрасные остроухие женщины. В такой ранний час никого около воды не наблюдалось, так что Сайонер скинула одежду и зашла в озеро. Вода прохладная, но это усмиряло боль от рваных ран. Её конь Закат лежал на траве, нежась под первыми тёплыми лучами майского солнца. Эльфийка растирала своё тело, очищая его от пыли и запёкшейся крови. После, поплотнее зажав нос пальцами, она нырнула, отдаваясь чистой воде целиком и полностью. Вместе с грязью озеро уносило нечистые мысли, волнения, переживания. Девушка сидела бы так вечность, но, к сожалению, а может и к счастью, в груди кончался воздух. Она вышла из воды, обтёрлась и надела просторное платье. В доме принцесса кинула грязные вещи в таз с водой, вывела коня на луг. Перебинтовалась на скорую руку и, забравшись на сеновал, накрывшись тяжёлым одеялом, быстро уснула. Спустя пять часов солнце совсем поднялось, и принцесса вышла во двор. Постирала штаны и рубашки. Чуть дольше чистила броню. Перед зеркалом Сайонер распустила волосы и надела прямо на платье жёсткую броню. Выйдя, она вставила меч в ножны и надела чёрную накидку. Сайонер закрыла дом и пошла за своим конём. В дороге ветер нещадно путал волосы, а эльфийка ехала спешной рысью в сторону отцовского замка. Принцесса приехала одновременно с двумя братьями. Сестра для них была как заноза в пятке, вечно мешала и творила гадости с самого детства, а 200 лет назад умудрилась увести сразу у троих братьев их девушек. Были просто незабываемые разборки, в которых эта чертовка как — то доказала свою непричастность. Сайонер приблизилась ко входу, где стояли её братья. — Ты посмотри, живая приехала, — сказал Юарин, повернув голову к старшему. — Да я живее вас всех! — принцесса усмехнулась и быстро проехала в главные ворота. Барос и Юарин спрыгнули с коней. — А отец говорил, что её в мешке по частям принесут, — сказал младший и отдал прислуге меч. Старший нагнулся к уху Юарина: — Умей ждать, брат. Придёт время — и эту на куски раздерут. — Скорее бы, а то представь: безродица на троне. — Ты знаешь, придворную собаку убить никогда не поздно, она всегда к одному месту привязана, — старший брат улыбнулся и отдал ему клинок. — Береги, пригодится, собаку какую — нибудь прирезать. — Пошли, нас отец ждёт. Юарин спрятал клинок в карман широкого пояса. Сайонер проехала через массивные ворота, отдала коня. Эльфийка шла по широкому коридору замка, а позади слышала шаги братьев. На стенах висели старые, но не утерявшие своей красоты со временем, картины. Из больших окон лился яркий свет, озаряя собой высокий чёрный трон и восседавшего на нём короля. У владыки были тёмно — каштановые волосы, которые уже начала захватывать седина, и поблёкшие голубые глаза. Принцесса подошла к трону и низко поклонилась. — Отец, я рада тебя видеть, мы выстояли эту войну и не пустили врагов на нашу землю, ни одна волчья лапа не ступила на траву нашего Сиривэла. — Я рад твоему возвращению, ты не раз уже подтвердила своё почётное звание. Конечно, свою дочь он ожидал, слова были давно заучены. Король подошёл к сыновьям, которые уже стояли в линии пред ним. — Сыновья мои, соколы мои, расскажите о том, чего же вы достигли, — сказал король Бирос, не меняя лица. Братья рассказывали о своих «заслугах» перед королевством. Они гордо рассказывали о том, как храбро патрулировали лес и писали отчёты. Сайонер это изрядно насмешило, она представляла, что будет, когда один из этих «героев» взойдёт на престол. Справа прозвучал нежный голос: — Чего же вы стоите, дети мои, поднимайтесь в гостиную, — это была королева Тиресс. Все поднялись по множеству ступеней вслед за матерью и после длинного коридора попали в комнату. За вытесанным лучшими мастерами дубовым столом стоял мягкий диван с рисунком ивовых веточек. Черноволосая эльфийка тихонько, словно синичка, присела на край и элегантно закинула ногу на ногу, сложив руки на колени. Мать стала обнимать всех по очереди. Дальше всех сидела Сайонер. — Доченька моя, — мама сказала это особенно трепетно, обнимая и гладя её волосы. — Я очень волновалась, боялась что увижу тебя только лежащей среди мёртвых… — Не переживай так сильно, я того не стою, — Сайонер гладила свою мать по плечу. Королева отстранилась, посмотрев на короля. — Сыновья мои, вы все проявили силу и мужество в своей работе, и я уверен, что у многих будет прекрасное будущее. Но вы сами знаете — наследник лишь один. Принцесса водила трясущимися пальцами по ткани дивана. Дыхание стало более глубоким и будто горячим. — Ты снова забываешь дочь? — спросила Тиресс. — Чем я обязан дочери? — Бирос с непонимающе обернулся на жену, — это дело сыновей — королевство защищать. — С добровольцами не считаются. — Она тоже воин, — мать опёрлась кулаком о край большого стола, рядом с королём. — Да, у Сайонер много заслуг, но не больше чем у братьев, — ответил Бирос. — На престоле должен стоять сын, и я думаю, что этой чести достоин старший — Барос. Между родителями словно накалялся воздух, хотя оба были на вид спокойны. — Ты знаешь, что наша дочь по собственному желанию управляла пятью растами на крайней линии действий? — По должности ей вообще не положено выходить с войсками и вступать в бой. — Ты сам прекрасно всё понимаешь, Бирос. — Она рисковала своей жизнью, пока эти герои просто патрулировали лес и писали отчёты по обстановке. — А ты считаешь что сыновья никчёмные бездари? — голос короля повысился, а тёмные брови нахмурились. — Я хочу, чтобы ты обратил внимание и на дочь, которую постоянно обделяешь. Король молчал, но в его выражении лица читалось явное недовольство. — Прогони слуг, Радат. Брат выполнил желание отца и снова развалился на диване. — Тиресс, я тебе хоть слово сказал, когда ты возвратилась с Белых островов? — Я должен был выгнать тебя с позором, как это королю подобает, но я простил. — И ты после этого смеешь перечить моим словам и воле? Королева сжала губы и побледнела. Братья переглянулись между собой и начали язвительно улыбаться, глядя на сестру. Сайонер смотрела в большое окно и наблюдала за птицами, сидящими на ветках. Она делала вид, что ничего не слышит и не понимает. — Мы ещё поговорим, Бирос. Тиресс повернула голову на свою дочь: — Сайонер, пойдём в сад. Мать взяла её за руку и повела в своё любимое место — цветущий сад. Солнце поднялось высоко над их головами, а время чуть перевалило за полдень. Было очень тепло для раннего мая. В Сиривэле так очень часто бывает весной, во время первого тепла, когда утром холодно, а днём жарко, как в середине лета. Но сейчас от этого их спасал ветер. — Счастье моё, я каждый день боялась за твою жизнь, тебя не ранили? — Всё в порядке? — солнце осветило её бледно — серые глаза, недавно выпустившие слёзы. — Война нас никогда не разлучит, я буду рядом, — Сайонер провела по её плечу рукой и слегка улыбнулась. — Ты очень смелая, ты настоящий воин и королева. — Я бы хотела видеть именно тебя на престоле, — сказала Тиресс. Они шли возле кустов розы, которые цвести ещё не начали. — С тобой наше королевство не будет знать войны и голода, и ты куда сильнее своих братьев в политике. — Я справлюсь? — Как ты думаешь? — Я когда то сомневалась в тебе, милая? — Не стоит себя недооценивать, солнышко моё. — Порой мне кажется, что ты отдала своей любви на всю мою жизнь вперёд, — прошептала Сайонер и остановилась в тени беседки. — Я буду рада обогревать тебя своей любовью даже после своей смерти, а это примерно через год, если не меньше… — Мама! — вскрикнула она, — даже не смей при мне такое говорить! — Тебе подобное опять сказал Тэнэвиад?! — Только скажи, и я отрежу его поганый язык за такие слова! — она сжала руку матери ещё сильнее. — Сайонер, успокойся, ты ведь знаешь, что я не люблю, когда ты кричишь, — королева одёрнула свою дочь за запястье. Принцесса сделала глубокий выдох, спуская пары своего гнева. — Быстро произведи качество диалога в высшую степень и сбавь тон. — Я понимаю, что это твои чувства, но их следует сдерживать, ведь ты принцесса, — голос матери раздался грозно и твёрдо. — Меня интересует, где ты получила ранее изложенную информацию, и почему так уверена в её непременной правдивости, — она убрала свои руки за спину и продолжила идти. — Если мою любимую мать некий человек нагло оскорбил и сделал это умышленно, с целью задеть чувства, то только скажи — и он лишится головы. — На городской площади или в тёмном подвале — решать только тебе. — Так ведь лучше, верно? — Может ты уже начнёшь решать проблемы чести и достоинства другими путями? — спросила её мать. — Если тебя не устраивают эти варианты, то я могу спустить с него шкуру, как с дикого зверя или поочерёдно отрубить ему все пальцы. — Но если тебя даже это не устраивает, я отважусь отрубить ему голову и принести тебе на серебряном блюде. — Ох, Святая Веренин, дай мне сил. — Послали же мне боги дочь… — Мам, ну не отчаивайся ты так, я непременно исправлюсь. Целый час они разговаривали и гуляли по почти голому саду. — Пойдём в гостиную? — Пойдём, — она взяла маму за руку и пошла рядом с ней. Придя в комнату, Сайонер опёрлась о дверной проём плечом и стала следить за происходящим. Отец о чём то говорил с братьями, причём все шестеро были замешаны в разговоре. Тут её кто-то резко схватил за талию, от чего она вздрогнула. — Сайонер приееехала! — девочка крепко обняла её. — Я скучала, — малышка подняла свою голову и посмотрела на двоюродную сестру васильковыми глазами. — Я тоже скучала, радость моя, — Сайонер провела холодной ладонью по её белым волосам. — А где ты была так долго? — Я без тебя в этом замке очень грущу. — Я была там, где детям места нет. — На войне? — Ну ты же знаешь кем я работаю, милая. — Конечно, на войне. — А кто ты на своей работе? — У тебя есть подчинённые, как у моего папы? — Я Радр, подчинённые у меня есть. — А кто это такой — Радр? — Высокое звание, не поймёшь сразу. — Ну объясни. — У нас есть три вида отрядов: расты, марды и зарды. В растах — обычные воины, имеющие основную подготовку, их на раст 250 человек. В мардах более обученные и сильные воины, они уже не раз были в бою, их на мард 100 человек. В зардах настоящие, матёрые воины, у которых за плечами очень много боёв, их меньше — 50 человек на зард. — Ну пока всё просто. — Управляющий зарда — зардир, марда — мардир, раста — растэр. — Управляющий зардиров — зодир, мардиров — модир, растэров — ростир. — Управляющий зодирами, модирами и ростирами — радр. — Выше него только ридор, но они обычно не выходят с войсками, а советуются с королём и отдают приказы из своих шатров. — Ридоров обычно десять — они входят в «Совет вышезванников». — К каждому радру прикреплён ридор, я вот, например, стою за Эривом, он контролирует мою работу и принимает от меня разные отчёты. — Получается, что ты управляющая управляющих управляющими? — Ну, получается, что так, — Сайонер тихо засмеялась. — Это можно учить как скороговорку. — Да, та ещё скороговорка, — старшая принцесса посмотрела в сторону братьев. Королева — мать сидела с сыновьями на диване и гладила по голове Юарина. — Я недавно был у неё, — тихо сказал он. — И что же? — Тиресс придвинулась к нему ближе. Братья одновременно повернули головы. — Согласна, — спешно выдал Юарин. — Она тебе нравится? — Всё устраивает? — Развестись намного труднее, чем жениться, — сказал король. — А кто она? — спросила Веренис. — Оссериса, дочь верховного Ридора Эрива, — ответила королева. — Скоро будет свадьба? — маленькая эльфийка радостно запрыгала. — Мы ещё только думаем, — Тиресс улыбнулась, — и, я думаю, что в скором времени этот вопрос решится в лучшую сторону. — Сайонер, ты рада? — она всё также радостно прыгала, цокая низкими каблучками. Из ладоней Сайонер выскользнули руки сестры. Улыбка исчезла. — Что с тобой? — Ты почему бледная? — мать настороженно приближалась к ней. Веренис обняла её, обвив плотную броню. — Я просто устала. — Ничего страшного, — она поглаживала сестру по волосам. — Нашей принцессе просто завидно, что почти у всех нас семьи, а у неё даже слуги постоянной нет. Сайонер стиснула зубы и промолчала. — Ей даже сказать нечего, — продолжил речь Юарин. Тишина прервалась его усмешкой. Королева направилась к мужу, рассказывая о невесте сына. Сайонер стояла, сжав за спиной рукоять клинка. Братья с отцом вновь о чём то заговорили. — А если у тебя будет время, научишь стрелять из лука? — резко вспомнила Веренис. — Просто моя мама говорит, что это не для меня, что я должна сидеть и читать эти книжки, а они ужасно скучные. — Да, порой книжки бывают скучные, но некоторые в жизни тебе придётся зубрить. — Я ночами сидела над учебниками и рукописями, с желанием вытянуть интересную информацию, о которой из однокурсников в стратегическом никто не знает. — Ну дааа… — Скукотень. — Возможно, позже ты поймёшь, — она сложила ладони за спиной младшей сестры. — И кстати… покажешь приёмы с клинками? — Конечно, — Сайонер ткнула пальцем Рису в нос, отчего та вздрогнула. — А ты не забыла, что у меня скоро день рождения, а? — спросила малышка. — Конечно я помню. — Я скорее про свой забуду, чем про твой. — Мне исполняется 1000, ровно! — Веренис прижалась головой к животу Сайонер. — Ты совсем взрослая у меня… — прошептала старшая сестра. Руки уже высыхали. — Ты можешь сесть? — А то у меня шея затекла на тебя смотреть, — сказала младшая. — Не хочу, в дороге насиделась. — Вот повезло же тебе родится высокой, как корабельной мачте. Сайонер хотела продолжить, но в гостиную буквально влетела эльфийка Адевиана. — Ваше Высочество, Вас хотят видеть на совете буквально через минуту, — протараторила подчинённая. — Где? — принцесса отвела руки младшей сестры. — В большом зале за круглым столом, идите прямо сейчас. Принцесса быстро побежала вверх по винтовой лестнице, в большой зал. — Добрый день, Ваше Высочество, — произнесли почти все. — Добрый, — быстро выпалила принцесса. Она встала рядом с отцом, что пришёл минутой позже. — Докладывайте, — устало сказал король. — Ваше Величество, в северной, западной, восточной части всё тихо, волчьих следов не обнаружено, но в южном лесу что-то не ладно. — Местные рассказывали, что кто-то ходит там по ночам, народу не спокойно. — А если это просто дикие звери? — Я не намерен отправлять свои отряды, это бессмысленно, их и так осталось мало, все изранены и слабы. В разговор вмешалась Сайонер: — Следует отправить отряд на проверку леса, возможно что-то серьёзное. — Там выход к морю, так что туда можно легко проникнуть. — Вход в море охраняется Ридэвэлом с юга у Одинокого мыса и нами у наших границ. — Есть ли гарантия того, что не пройдёт никто? — спросила принцесса. — Перестань мутить нам воду, я уверен в своих людях, Радр Сайонер. — И кого я туда отправлю? — Молодых воинов, они же поступают каждый месяц, — ответила принцесса. — Значит, раз ты рвёшься — ты и возглавишь поход из десяти воинов, которые даже дороги в лес не знают. — Прошло несколько дней с последнего боя, я слаба, не могу возглавить поход. — Значит я не буду отправлять отряд, мало — ли что местным может померещиться в лесу после такой войны, — он лениво повернул карту к себе. — Наша задача — обезопасить народ, вдруг это отряд волков затаился в лесу и хочет напасть? — Хотели бы — давно бы напали, оборотни не любят ждать боя, — проворчал король. — Они специально выжидают время когда всё успокоится, они немного умнее, чем ты себе представляешь, они знают что воинов у нас не осталось и защита ужасно слабая, — Сайонер всё не успокаивалась и спорила. — Значит пойдёшь ты. — Значит пойду я!