Когда погаснут все огни

      Кэйя не знает, что с ним происходит. Он не знает почему постоянно дрожат руки и почему адски холодно, ведь на дворе теплый май, что медленно перетекает в жаркий июнь. Он не знает почему все ещё жив и не помнит как давно это было. Как давно он чувствовал себя по настоящему живым. Это заставляет его задуматься: а был ли я жив вообще? Странный вопрос, но другого он задать себе не может. Чтобы понять его не нужно быть тем, кто может читать мысли и смотреть в прошлое, достаточно просто посмотреть в его глаза, когда он молчит. Когда молчание нависает не потому что нет тем для разговора, а когда он не может и слова сказать. Когда нет возможности и язык повернуть. Зачем? Почему? Он не знает ответа ни на один из заданных вопросов. Это убивает его внутри и как бы Капитан Кавалерии не скрывался за манерностью и лживой улыбкой — ему больно до такой степени, что он готов драть глотку и орать на всю, рыдая навзрыд. Он готов утопить себя в алкоголе, лишь бы проженная дыра в сердце оставила его в покое хоть на миг.              «Ты можешь доверять Кэйе лишь наполовину. И то, в лучшем случае.»              Дилюк жалеет. Жалеет, что когда-то он позволил кому-то стать настолько близким ему, позволил кому-то разбить его сердце. Не намеренно. Нет. Только вот он не признает этого, глядя прямо на лицо молодого офицера, что каждую пятницу напивается в его таверне до потери сознания. Дилюк хочет просто уйти в себя и больше никогда не видеть этого, чтобы просто раны на его сердце перестали кровоточить. Он давно все принял, все обдумал, и даже хотел сказать об этом прямо, но гордость давит на его горло, сжимая то крепкой хваткой, заставляя задыхаться каждую ночь от кошмаров. Ему сниться его лицо. Сняться руки в крови. Он поднимается посреди ночи с криком и в холодном поту, задыхаясь от боли в груди. От дыры, которая не давала ему забыть все, впустить кого-то ещё в свою жизнь, заставляя оставаться всегда одному. Одиночество убивает в нем все чувства, вот только Дилюк не может остановить самого себя. Не может остановить это.              Капитан выглядел беззаботно, спокойно, и счастливо. Вот только внутри него все тлело. Покрывалось гадкой ржавчиной. Превращалось в ад. Дышать невозможно, даже не смотря на открытое окно. Он любил холод. Он любил зиму. Дилюк ее ненавидел. И его тоже.              Дилюк ненавидел когда руки дрожали и краснели от холода, поэтому всегда носил перчатки. Хотя Кэйя знает, что под ними скрываются нежные ладони, что познали агонию тренировками. Мозоли. Шрамы. Он скрывает это все в своем сердце, даже не зная кому можно показывать, а кому нельзя.              Поэтому он не показывает никому.              И он, лёжа в холодной воде, повернет голову на дверь, понимая, что никто не придет его спасать и никому не придет в голову то, что он умрет тут, в одиночестве, потому что терпеть было невозможно. Сегодня пятница. День. Один единственный, когда он появляется в таверне. И до чего же больно осознавать, что одна лишь ошибка перечеркнула между ними ту крепкую братскую связь. Больше нет «один за одного и против всех других вместе».              Умирать, когда холодно? Нет, Кэйя этого не боится. Он столько раз был на грани смерти на Драконьем Хребте, столько раз хотел умереть, чтобы его добили наконец, но его находили. Эола тащила Капитана Кавалерии до опорного пункта и его спасали. Каждый божий раз кто-то спасал Кэйю, вытягивая из лап смерти. Он проклинает. Проклинает каждого, кто это сделал, не давая ему наконец вдохнуть полной грудью свободу перед тем, как сердце перестанет биться. Даже Дилюк. Даже он спасал его. И как же это гадко. Гадко осознавать, что даже его Кэйя проклинал в ту ночь, свернувшись в клубок, плевав на кровоточащую рану, что осталась от пронзившего его насквозь копья.              Неужели даже Дилюку нравится видеть его страдания?              Он узнает об этом самый последний, раздавив в руке бокал, потому что Джинн просто не знала как это сделать. Он не почувствует боль от стекла, что впилось в кожу. Он почувствует боль в той самой дыре, что осталась после него.              Дилюк знает, что Кэйя оступился.              Дилюк знает, что Кэйя потерялся в своих чувствах и ему просто нужна была поддержка.              Ему нужна была поддержка от того, кому он доверял даже больше, чем себе.              И что он получил?              «Я ненавижу тебя больше всего на этом свете. Я надеюсь, что ты сдохнешь».