31
28 февраля 2025 г., 02:25
— Я знаю, как убить демона, — озвучивает Мэй перед тэнгу. Рядом стоит Сино-Одори и внимательно смотрит на кицунэ, чуть наклоняя голову в бок.
— Ну говори, лиса, — произносит тэнгу с явным скептицизмом, и от этого Мэй чувствует раздражение.
— С помощью печати. И силы проклятья, которое легло на меня.
Мэй обводит глазами помещение, в котором они остановились. Идет на кухню, находит маленький нож и небольшую чашу. После этого возвращается к остальным. Кадзу смотрит на неё недоверчивым взглядом, но не вмешивается. Доверяет.
Девушка проводит острым лезвием по ладони, и кровь алыми каплями стекает в чашу. Мэй ощущает острую пульсацию внутри и неожиданный прилив сил. Вновь хочется обратиться в лису и сбежать в лес.
Печать проявляет себя, сверкая ярким светом. Тэнгу щурится, подходит ближе, не одобряя действий Мэй. Кадзу тоже подходит ближе, мягко касаясь рукой плеча кицунэ.
— С помощью моей крови и печати мы создадим новое проклятье, — тихо говорит Мэй, опуская чашу на стол, — То, которое поразит демона.
***
— Уверена, пушистая? — спрашивает Кадзу, всматриваясь в её янтарные глаза. Мэй раздумывает на мгновение. Она читала в книгах, что это возможно. Но применить на практике… Сила печати для демонов — опаснее любой другой магии. Это, вероятно, должно сработать. Если же нет, то тогда придется сражаться. Мэй признаётся, что опасается того, что демон может снова повлиять на неё, обратив в ногицунэ. — На девяносто процентов, — отвечает она, и взгляд кицунэ наполняется решимостью, — Риск всегда остаётся, ты же знаешь. Однако, Кадзу, вернулась ли тебе с памятью часть навыков? — в прошлом он был искусным синоби и мало кто в деревне мог выйти победителем из тренировочного боя. В его нынешней жизни не было нужды сражаться. Кадзу размышляет несколько мгновений. — Частично. — Мне будет нужна и твоя помощь тоже, — кицунэ подходит ближе, и берет его за руку. Она чувствует укол беспокойство, ведь не хочет подвергать его опасности. Но без помощи не справиться. «Он будет дальше других от поля сражения…» — С чем смогу — помогу, — уверенно отвечает Кадзу и нежно целует её в лоб. Сино-Одори и тэнгу тоже помогут. С их помощью у демона остаётся меньше шансов. Выманить его просто: ведь нечто так не привлекает демона, как кровь.***
Иллюзионный огонь поглощает деревню, пока пятихвостая кицунэ стоит в центре этого, сверкая острыми зубами, с которых каплями стекает кровь. Все это — не отличимо от реальности. Будто Мэй и вправду окончательно впала в безумие. Демон должен заявиться… Слишком много сил потрачено и слишком многое поставленно на кон. «Активность печати… Кровь. И эта иллюзия — должно сработать.» — лихорадочные мысли вихрем крутятся в голове кицунэ. Спустя некоторое время ожидания демон появляется. Довольно ухмыляется, смотрит на Мэй и пылающую деревню, явно получая удовольствие от этой картины. «Óни всегда остаются óни… Сколько бы веков не прошло. Рано или поздно они попадают в одни и те же сети. Неважно, какими умными и хитрыми они себя считают.» Демон подходит к кицунэ, тянет когтистые лапы. Мэй чувствует, как проклятье возвращается к ней, и сердце наполняется ненавистью. «Омерзительное создание! Скоро ты отправишься прямиком в Нараку!» Она возвращает себе контроль над эмоциями и подает знак хвостами. В тот же момент небольшой дротик, свистом пронзая воздух, впивается в шею óни. «Кадзу!» Демон злобно рычит, облик его становится более устрашающим. — Решила обмануть меня, лиса?! — шипит он, и шар синего пламени направляется в сторону Мэй. В последний миг она отпрыгивает в сторону, и магия демона задевает лишь край её шерсти. Иллюзия кицунэ рушится, сменяясь на другие мороки и свои собственные копии. Теперь ей нужно продержаться некоторое время. Цепи тэнгу сковывают демона, но тот с диким рычанием разрывает их. Магия на некоторое время разрушается. — Жалкие трюки! В тот же момент Сино-Одори бросается в сторону óни, стараясь нанести удар когтями. Она цепляет его бок, но демон отбрасывает её в сторону, и паучиха-ëкай ударяется об дерево. «Жива!» — мелькает мысль в голове у Мэй. Óни вновь направляет в стороны свою магию, пытаясь поразить всех своих врагов разом. Тэнгу в последний миг защищает барьером Сино-Одори. Демон слабеет, несмотря на свои попытки их убить. Движения его становятся не твёрдыми, силы угасают, и он с трудом успевает за иллюзиями Мэй. Сино-Одори тоже возвращается в бой, нанося удары то магией, то когтями и клыками. Тело óни регенерирует все хуже и хуже, пока он не падает на колени. — Что ты… Сделала, проклятая лиса?! — шипит это отвратительное существо, тупо рассматривая свои лапищи. На теле демона выступают чёрные жилы, в которых пульсирует сила печати… И проклятья. Возможно, он ощущает хотя бы часть того, что испытала Мэй. Демон шипит, хватается когтистыми лапами за острые рога. Он пытается встать, но не может. Силы покидают его тело, в подобие безумия захлёстывает сознание. Вскоре он достаёт свою маску. Смотрит на неё и начинает царапать её когтями, пытаясь сломать её. Кицунэ невольно морщится он неприятного скрежета. Мэй ждет. Но тэнгу вмешивается раньше. «Хочет быть победителем. Пусть.» — думает Мэй, чувствуя, что наконец-то проклятье покидает её тело. Тэнгу одним движением меча разрубает маску демона. Óни ревет от боли, взмахивает когтями в воздухе, пытаясь одолеть врагов. Но это длится недолго, ведь следующим движением тэнгу отрубает ему голову. Все кончено.***
Мэй обнимает Кадзу, утыкаясь в его плечо. Он здесь. Жив. В порядке. Она ощущает его знакомый запах осенних листьев, и в первые за долгое время ощущает долгожданный покой и облегчение. — Все закончилось! — говорит она, — Я не чувствую проклятья. Оно умерло вместе с óни. Кадзу без слов жадно целует Мэй. Теперь никто не помешает им быть вместе. Он все помнит. И она тоже. У них есть второй шанс на счастливую жизнь, и они им обязательно воспользуются. — Родная, — тихо произносит Кадзу, и Мэй искреннее улыбается. Она ощущает себя той юной девушкой-гейшей, которая только-только встретила пленника, а не прожившей ни одно столетие кицунэ. Держа друг друга за руку, они покидают это место навстречу своему вновь обретенному счастью.
