Зачем ты так?

Вечер. Балан вернулся домой и сразу услышал всхлипы, которые доносились с третьего этажа. — Таня? Что случилось, маленькая? — мужчина подлетает к ней и падает на колени. — уйди, — шепчет в порыве истерики. — нет, Таня, что случилось? — он не отходит ни на шаг, сидит и пытается её успокоить. Пытается понять, что в этот раз расстроило его эмоциональную девочку. Что в этот раз послужило такому её состоянию. — уходи, Дан, уходи! — срывается на крик. Мужчина уходит. Уходит в кухню, пытаясь успокоится. Не получается. Тина уже более спокойна. Понимает, что, либо он ей все объяснит, либо она выставит его из дома и опять закроет свою душу большой амбарный замок. POW Дан. Тина спустилась ко мне и встала рядом. — объяснишь, что нибудь? — спросила она, наверное надеясь услышать хоть что то внятное. Что я могу ей объяснить, когда не знаю, что произошло? — что тебе объяснять? Что опять взбрело в твою голову? Одни тараканы ушли в отпуск, вторые из него вернулись? — прикрикнул я. — Дан, как ты объяснишь это фото?! Как? — она быстро открывает какое-то фото в телефоне и резко поворачивает его ко мне. — Тина, ты серьёзно в это веришь?! Веришь какой-то чёртовой статье, верно? — спрашиваю повышая тон ещё выше. — верно. Ты тут гуляешь с какой-то девушкой! Что я должна думать? Что это твоя какая нибудь подруга, с которой вы вышли погулять да? — ты тоже кричишь. Плачешь и кричишь. Не могу видеть твоих слез. Больно. Мне, взрослому мужчине больно, от твоих слез и недоверия мне. — что за бред?! Кароль, ты себя слышишь? Это безумная фанатка, которая ходит за мной везде! А ты тут истерики устраиваешь, успокойся! — мы говорим на повышенных тонах и мне кажется, что наши крики слышит все Зазимье. — фанатка? Ты несёшь чушь, а не я. Я не хочу тебя ни видеть, ни слышать, ты мне противен, — говоришь и закрываешь глаза. — противен? Ты вообще понимаешь, что ты говоришь? Ты понимаешь, что у меня ничего не было с этой девушкой, и быть не может! Как же ты меня достала! — кричу и замахиваюсь на тебя рукой, а ты смотришь на меня глазами полными слез, и будто принимаешь то, что я мог тебя ударить. Ты была к этому готова. Неужели я вселил в тебя этот страх? — прости, — шепчу и прижимаю тебя к себе пытаюсь прижать твоё хрупкое тело к себе на столько, на сколько это возможно. — прости меня, прости, прошу, — шептал я тебе в самые губы, после чего ты просто обняла меня утыкаясь носиком в грудь. — Дан, пожалуйста… Уходи, — тихая просьба. мольба. — Та… Тина, я не могу, я не могу оставить тебя в таком состоянии, — думаю, что не имею права звать тебя Таней. Я задел тебя. Сильно. Не могу так. — Дан, прошу тебя, уходи, я умоляю, — ты всхлипываешь и я решаюсь уйти. Конечно, я не оставлю тебя одну. Я ушёл на час. Стоял под домом и даже оттуда были слышны твои рыдания. Не мог это слушать. Прошло чуть больше пары часов и всхлипы утихли. Ты уснула. POW Автор. Балан тихо поднимается на этаж Тины и смотрит, что женщина уснула, свернувшись клубочком. — маленькая, — прошептал Дан и укрыл её одеялом. Мужчина спустился вниз и пошёл в ванную комнату. Нужно было умыться. Заходит и видит на раковине тест. На беременность. Положительный черт возьми. — то есть она беременна? Почему она не сказала? Черт! Малышка моя, — шептал Дан в пустоту. Он станет отцом. Он клялся, что не поднимет на неё руку никогда в жизни. Сдерживал свое обещание… До сегодняшнего дня. А сейчас, оказалось, что она беременна. У него будет малыш. Его малыш. Он идёт в ближайшую комнату от её и стелит себе там. Будет охранять её сон, даже за стенкой. Где-то к трём часам ночи вновь слышит всхлипы и крики. Срывается к ней и вновь падает на колени перед кроватью. — Дан, Дан, прошу тебя… Не бросай нас, — шепчет её голос и она резко садится с криком. — тихо, тихо, все хорошо, я рядом, это был сон родная, — шепчет Балан и обрывисто целует её в макушку. — Дан, ты не ушёл? — ощупывает руками его лицо, убеждаюсь, что он не иллюзия её очередного сна. — да малышка, я тут, я не ушёл. я с тобой вами.  — шепчет ей в губы. — ты… — понимает Кароль. — да, я знаю, малышка, знаю, что скоро у нас появится наше продолжение, наша магия, — продолжает говорить тихо. — я так тебя люблю. Больше никогда не поднимай на меня руку, умоляю. Я очень испугалась, — тихо дополняет Тина — я клянусь тебе. Сколько уже? — прикладывает руку к животик и не смело поглаживает. — уже два месяца. Уже большие, как я только раньше не поняла, — прошептала Тина и положила свою руку поверх его.