Выбраться из клетки

Едкий запах дыма обжигал легкие. Все тот же пейзаж, что и всегда: унылые серые здания, вязкая грязь под ногами, небо затянуто темными тучами. И только дорога была новой. Дальше от центра, дальше от дома. С каждым шагом дышалось все проще. Она плохо знала эти улицы и, потому шла слепо доверяя голосу друга в голове: у дома без крыши налево, идти вдоль кирпичного забора до развилки, свернуть направо, у высокой стены, расписанной граффити ее должны встретить. Девочка нервно оборачивалась, огибая новое препятствие-нельзя допустить слежку. Уйти как можно дальше. Уйти быстрее. В лицо подул холодный ветер, выбившиеся из тугой прически пряди неприятно хлестнули по щекам. Из соседнего переулка донеслись крики-неужели и в такой глуши живут люди? Ускорила шаг. Уже несколько минут она стояла у той самой стены, где ее долгое путешествие в одиночку подходило к концу, без интереса читая подтекающие надписи на изъеденном ржавчиной железном покрытии. -Это ты Филиппа? Девочка оглянулась, но возле нее никого не было. Откуда-то сверху послышался смешок. На стене стояла женщина, одетая в черную мантию, лицо скрывал шарф, натянутый на нос. -Чего застряла, полезай наверх, - незнакомка спрыгнула вниз на другую сторону, приземление отдалось громким глухим звуком. Поморщившись, беглянка стала оглядывать стену на наличие выступов или чего-то, что помогло бы ей вскарабкаться на сооружение высотой с двухэтажный дом. Наконец ей удалось зацепиться за отслоенную пластину, подтянуться, но окоченевшие руки не слушались. Не удержавшись, она упала, больно порезав пальцы об острый металл. По ту сторону стены раздался смех, а затем неразборчивые споры. Негостеприимные проводники перекинули трос. Теперь она может посмотреть им в лицо. Сжимая раненные руки, девочка хмуро смотрит на высокую женщину в черном и ее спутника. Мужчина всего на полголовы выше нее самой, полный, волосы длинные, лицо также скрыто шарфом. -Извини мою подругу, она не любит новеньких. Тебя ждали. Проводники сказали следовать за ними по витиеватым разрушенным улицам. Эта часть города была нежилой. После войны большая часть домов обрушилась и восстановлению не подлежала, никто не посчитал нужным вытащить тела людей из-под обломков, окраины расселили. Теперь здесь находили приют те, кто сбежал от строгих правил, царившей в стране жестокости и неприкосновенных стражей порядка. Вот только приютом назвать это было сложно. За стеной не было никаких благ современной жизни, орудовали шайки разбойников, а по ночам выходили на охоту Звери. О безопасно не могло идти и речи, но вне города можно было ощутить запах все еще далекой свободы. Путь оказался нелегким. Ноги гудели, живот содрогался от нарастающего чувства голода и страха. От встречающих девочка узнала, что их имена Лана и Вольф. Мужчина спросил не заметила ли она хвоста, женщина пару раз отпустила колкости. Больше они не говорили.

***

Внутри высокого полуразрушенного дома было шумно. Когда они вошли в ближнюю ко входу комнату, лишь несколько человек повернули головы. Все были чем-то заняты. Видимо, первый этаж был самым оживленным-здесь находилась кухня и столовая. Спутники заговорили с подошедшими к ним людьми. Девочка огляделась: у дальней стены стояла импровизированная печь с живым огнем, что было непривычно-таких примитивных вещей она никогда не видела, вверх шла железная узкая лестница, на вид ненадежная, окна были завешены черной тканью, с потолка свисала обломанная лампа. Кто-то громко сбежал по ступенькам. Высокий белокурый парень громко выкрикнул имя. Девочка радостно ломанулась навстречу. Наконец то она может обнять своего самого близкого друга. Крепкие руки сжали ее в кольцо, ребята засмеялись. Теперь на них обратили внимание остальные присутствующие-новоприбывшую стали с интересом рассматривать несколько человек, до этого разбирающих какие-то механические детали. -Пойдем поговорим в менее шумном месте, расскажешь как добралась, - юноша смешно наморщил лицо, затем с придыханием добавив, - Я рад, что ты со мной, Пиппа. Уже поднимаясь наверх, девочка услышала отрывок разговора: «…революция с каждым годом становится все моложе.»