Хором зазвенят созвездья (От ярого желания всё изменить)

Когда-то давно небеса были безгрешны и нерушимы. Когда-то давно демоны были лишь презренными низшими существами, ютящимися в расколах земли и неспособные собраться вместе. Когда-то давно не было никого, кто бы мог противостоять небожителям. Когда-то давно в момент отчаянья слабейший из демонов бросил вызов небесам. Его силы были невелики, но желание было огромно. И в момент, когда его повергли, этот демон отказался сдаваться даже смерти. И впервые за всю историю время остановилось. И пошло назад. Ло Бинхе не мог вспомнить, когда все это началось – еще в детстве у него были кошмарные сны, которые заставляли его оставаться около матери на долгие часы. Однажды ему приснилось, что бродячие псы загнали его к реке и он упал в нее – и он не понимал почему, но помнил ощущение ледяной воды, наполняющей его легкие. Тогда он проснулся и разрыдался – тихо, неудержимо и горько, пытаясь не разбудить свою добрую несчастную уставшую мать. Когда это стало повторяться, Бинхэ попытался рассказать об этом матери. Она вытерла руки от холодной воды, обхватила его лицо и нежно успокоила, обещая, что эти сны обязательно закончатся. Но они не заканчивались. Постепенно Бинхэ учился – он не заходил в те переулки, где его поджидали голодные псы, избегал подозрительных людей, которые скрывали в обширных рукавах кинжал или пропитанные сонным зельям тряпки, прятался от озлобленных уличных мальчишек. Постепенно он начал замечать, что вкус крови становится привычен и знаком, хотя и пробовал он его только во снах, когда ему очередной раз вспарывали живот, бормоча о прекрасном экземпляре. Теперь Бинхэ знает родной город с доскональностью уличной крысы – он хватается за юбку матери и жмурит глаза, видя слишком знакомый тупик. Матушка гладит его по голове и держит за руку – Бинхэ хватается за нее с отчаянием утопающего. Совсем недавно в такой же погожий день он замешкался буквально на мгновение и его столкнули под копыта к лошадям. В тот раз он удачно ударился головой о дорожный камень и почти ничего не почувствовал. Мама смеется и называет его «липким» - Бинхэ рад слышать ее голос, даже если она дразнит его. Когда ему исполняется девять лет, Бинхе начинает делать засечки. Сначала он пытается делать их на палках и досках, но их слишком легко потерять - и одной ночью он подносит нож к плечу и делает небольшой надрез. Теперь, каждое утро Ло Бинхе смотрит на свое плечо и считает белесые шрамы и незажившие раны, которые располагаются под друг другом, словно крошечные чешуйки. Это не сны – слишком реальны ощущения. Бинхэ хмурится и осторожничает, не желая вновь возвращаться назад. Матушка беспокоится и проверяет своего внезапно ставшего недоверчивым сына – не заболел ли, не случилось ли что-то непоправимое. Бинхе ластится к ней и все равно не может объяснить, что с ним происходит. Возможно, он просто сходит с ума – но после очередных кошмаров царапина на плече исчезает, а день идет точно так же, как и во сне. - Ты у меня такой умный, Бинхэ, - матушка радостно улыбается, когда он безошибочно вычисляет мошенника среди торговцев и разучивает простые слова по обрывкам бумаги. Бинхэ улыбается – его губы немного дрожат – и он не рассказывает, что прожил этот день достаточно раз, чтобы выучить каждое слово в небольшой книге. Когда он умирает, время идет назад – Бинхэ запоминает эту закономерность, но все еще не решается проверять. Он не любит боль и старается избегать ее в любой форме - но ради своей дорогой матушки он готов рискнуть всем, что у него есть. И, когда она умирает в первый раз, Бинхе подносит лезвие к своей шее. Он пытается снова и снова – умудряется украсть лекарства, найти еду, старается сделать все, чтобы унять ее мучения. Пару раз он заходил слишком далеко и умирал от чужих рук, не успев даже вернуться к постели матери – по крайней мере это было быстро. Щелкающая шея, падение в ледяную воду, липкая кровь, бегущая сквозь пальцы – Бинхэ все еще не может привыкнуть к боли, но теперь у нее столько оттенков, что он не способен даже забыться. От повторяющихся смертей болела голова, и в какой то определенный момент Бинхэ рухнул у постели матери, задыхаясь от непролитых слез. Даже с этим проклятьем он не способен спасти свою собственную мать. Он прижимается щекой к ее остывающей руке и плачет - уставший, запутавшийся ребенок, слишком взрослый и слишком юный. Она беспокоится за своего мальчика. Раньше он был игривым, нежным и ласковым, как котенок на бархатной подушке Небесной императрицы – теперь же его глаза полны неясного страха и темной печали. Она пытается понять, что случилось с ее дорогим сыном, но в ответ не получает ничего, кроме усталой улыбки. Бинхэ такой умный – быстро различает подделку и просит мать сохранить деньги. Она находит другого торговца и все равно покупает ему нефритовую подвеску – ее руки слабеют, ей все тяжелей вставать по утрам, смерть лежит с ней рядом на брачном покрывале. Ей необходимо оставить своему драгоценному мальчику хоть что-нибудь, чтобы ему было не так тяжело. Бинхе, бедный мальчик, как кошка чувствует ее смерть и не отходит далеко. Его глаза темные, как речная глубь, полны тоски и непролитых слез. Уже чувствуя, что она ускользает, своим последним вздохом она отправляет его к небожителям. У них должны быть силы, чтобы спасти ее бедного печального мальчика. Горячий, практически кипящий чай, льется на его голову, стекает каплями по спине, обжигает кожу. Бинхе поднимает глаза и видит непонятную ненависть и злость на чужом лице, умело скрытые за непроницаемой фарфоровой маской благочестия. - Разве я должен запоминать имя зверя? Бинхэ склоняет голову в почтении и чувствует, как болезненно натягивается кожа на спине. Вскоре вздуются неприятные пузыри – Бинхэ надеется, что он сможет хоть чем-то обработать их после. Это пустые мечты – этой же ночью он сдирает волдыри о землю и морозит их ночным воздухом. Бинхэ сжимает губы и напоминает самому себе, что может быть и больнее. Засечки на его плече становятся все плотнее, отмечая каждый вырванный зубами день. Матушка думала, что небожители –благородные существа. Ло Бинхэ изо всех сил пытается в это верить, чтобы не отравлять ее память сомнениями, но сил остается все меньше. Вскоре он умирает в первый раз с того момента, как его приняли в секту – усталый, не замечая камня на дороге, спотыкается и падает вниз, вскрывая себе горло лезвием топора. Самое отвратительное в том, что он умирает не сразу, а медленно захлебывается кровью. Ло Бинхэ просыпается утром и царапает плечо ногтями, пересчитывая шрамы. Ему плохо, а грусть чувствуется даже больше, смешиваясь с болью в сердце. Единственная, кто не причиняет ему боли – намеренно – на пике, это Нин-шицзе. Она очаровательно-наивная и по своему глупенькая, но ее сочувствие настоящее. Она не виновата – не виновата в том, что Шизун следит за ней, словно за собственной дочерью, не виновата в том, что любима своими братьями. Ее яркие ленточки дрожат, когда она бежит ему навстречу, не замечая ревнивого взгляда Мин Фаня – Бинхе слабо улыбается ей, понимая, что за каждое ее нежное слово он заплатит сполна. Один раз Мин Фан уже убил его, просто толкнул, забывшись, слишком сильно. Было быстро и почти не больно - падая, Бинхэ свернул шею. Теперь он внимательно смотрит по сторонам и не подходит близко к краю. Укусы кнута – это новая боль. Кнут грубый и рассекает кожу, сдирая мясо, в отличии от ножа, что делает чистый разрез – властитель Пика наблюдается за наказаниями с болезненным интересом. Бинхэ для него лишь зверек, который никак не хочет умирать – и не важно, что выживать Бинхэ учится методом проб и ошибок. Но он все еще не сдается – он хочет жить. Пытаясь освоить выданное ему руководство, Бинхэ в первый раз испытывает отклонение ци – кровь заливает его горло, хлещет из ушей. Его внутренности разорваны в труху – последнее, что он слышит в этой жизни, это испуганный крик бедной Нин-шидзе. Ей не нужно было этого видеть. После еще нескольких подобных попыток Бинхэ понимает в чем дело, и откладывает руководство в сторону. Боль от разрыва меридианов слишком сильна и давит на разум – порой Бинхэ забивается в тихий угол и царапает виски, пытаясь добраться до собственных воспоминаний и вырвать их из головы и из памяти тела. Его решимость в такие моменты трескается по швам, как хрупкая рама веера под сжатыми руками. Странную тоску в его груди вызывают другие повелители вершин, что изредка навещают пик Цин Цзин – они смотрят на учеников, иногда говорят с ними, хваля их усердие или мягко журя за лень. Но на Ло Бинхэ они не смотрят – или спешат отвести взгляд. Будто пытаясь забыть, что он есть там. Юэ Цинъюань – он выглядит мягким и справедливым, всегда спокойным и мудрым – стыдливо прячет взгляд, когда случайно встречается с Ло Бинхэ. Это движение почти неуловимо – никто бы и не смог заметить, кроме Бинхэ, который знает, где искать. Глава школы Цан Цюн обивает порог Шень Цинцю день за днем и спускает ему с рук все, что угодно. На его лице слишком много вины. Однажды глава одного из пиков убивает Ло Бинхэ – это нежная и мирная смерть. Му Цинфан находит его на грани жизни и смерти – Бинхэ вновь пытается совершенствоваться - и садится рядом, приподнимая его голову выше. - Потерпи. Скоро все закончится. Он поит Бинхэ снадобьем и укачивает, обещая, что в следующем перерождении будет лучше. Дышать становится тяжелее – Бинхэ благодарно моргает, закрывая глаза, и засыпает, ожидая, пока остановится сердце. После этого он глубоко кланяется главе пика при любой встрече, выражая свою благодарность за проявленное милосердие. Юэ Цинъюань все еще надеется, что Сяо Цзю сможет найти в себе силы его простить. Он не сдается – слишком уж сильно задолжал, слишком много горя не успел предотвратить. Он старается – но дверь захлопывается перед его носом, и он вновь оказывается не у дел. Властитель секты бредет по траве, бездумно шагая – шорох заставляет его повернуть голову. В ночи есть еще один, кто не спит – темные глаза смотрят прямо в душу. Ло Бинхэ тонкий, как веточка, держится аккуратно, чтобы не тревожить раны. А глаза у него слишком взрослые и проницательные. Он смотрит на него без обвинения, но со знанием. «Вы меняете мою жизнь на его прощение» Юэ Цинъюань может лишь согласится с этим и отвернуться, прячась от проницательного взгляда – как бы ему не было жаль, но для Сяю Цзю он готов бросить на растерзание демонам сотни таких, как Ло Бинхэ. Единственное, что может сделать мальчик – умереть поскорее, чтобы мучения, наконец, окончились. Шень Цинцю впадает в отклонение ци и лихорадку – Бинхэ нашел бы это забавным, если бы не отплевывал кровь, лежа на холодной земле. Мин Фаню пришлось будить его силой – сон, блаженный и лихорадочный, был слишком привлекателен. - Тебя Шизун зовет, звереныш. Мин Фань не был совсем плохим. Бинхэ видел сотни раз, как он помогает своим младшим собратьям, разрешает чужие конфликты, утешает при неудачах. Он помнил его испуганное лицо, когда Бинхэ рухнул перед ним, истекая кровью после очередной попытки неправильного совершенствования. Мин Фань просто жаждет, чтобы его любили – и пытается достигнуть этой любви любыми способами. Что-то изменилось – ему дают лекарство и оно хорошего качества. Бинхэ касается его кончиками пальцев и не верит. Впервые за долгие повторы кто-то, кроме Нин-шидзе проявил к нему внимание и сочувствие. Но что такое капля свежей воды в луже грязи? Что такое капля доброты среди десятков смертей и крови? Ло Бинхэ не мог - и не хотел – просто так доверять тому, кто раз за разом оставлял его на смерть. Когда он теряет свою подвеску, Бинхэ одним уверенным движением вскрывает себе горло - и следующий день прячется и от Нин Инъин, и от Мин Фаня. Он прячет свое сокровище подольше и внезапно понимает, насколько он устал. Бинхэ опускается на землю и практически ничего не видит перед собой – так странно. Он так устал притворяться – и когда внезапно встречается взглядом с Шизуном, не торопится надевать свою маску. Перед встречей с Кожеделом Бинхэ умудряется подремать – с Шень Цинцю действительно что-то не так, но он так устал, что не может даже думать. Нин Инъин внезапно перестает щебетать как птичка и лезет проверять его лоб. - А-Ло? Тебе больно? Бинхэ качает головой – боль уже стала чем-то привычным, что вечно с ним на грани сознания. Так что ему не больно – наверное. Но Нин Инъин в итоге обращается с ним, как с фарфоровой куклой, даже не бежит вперед, утягивая за собой. Ло Бинхэ мельком видит свое отражение в выгнутом боку кувшина и слабо поражается – у него всегда были такие темные глаза? Демон утаскивает их обоих. Чтобы выбраться отсюда, понадобились всего три попытки. Бинхэ тянет веревки, выкручиваясь, и успевает протянуть время до прибытия лорда Шень Цинцю. Его руки содраны в кровь, но Бинхэ этого почти не замечает. Вокруг него – белый шум, он так устал. Шизун обматывает его руки бинтом и накладывает лекарство – Бинхэ все еще интересно, что за игру он ведет. Во время вторжения демонов Бинхэ разучивает свой боевой танец по шагам. Ему некуда спешить – каждую ошибку можно исправить, каждый шаг – предугадать. Он скользит вокруг старейшины словно карп в пруду, прикрыв глаза. Демон такой большой, а Бинхэ такой маленький – и небо над ними бескрайнее, как число прожитых лет. Меч разлетается на осколки, но Бинхэ хватает один из них, самый острый, и рассекает лицо демона. С его ладони капает кровь – все такая же липкая, как и всегда. Вокруг внезапно все кричат его имя – Бинхэ оглушен. Когда демон встает и бросается на него, Бинхэ лишь устало прикрывает глаза. Еще раз. Но его плоть не рвется, а боль не возвращается. Шень Цинцю принимает удар на себя – яд быстро сковывает его движения. Яд смертелен. И неизлечим. И тогда Бинхэ, не понимая, зачем он это делает, распарывает себе горло осколком меча, чтобы не дать Шизуну пожертвовать собой. Шипы острые и кривые, а раны от битвы все еще болят – небо, такое бескрайнее, нависает над его головой сияющим куполом. В голове – поразительная тишина. Интересно, сколько уже заметок на плече? Бинхэ лихорадит. Он засыпает и умирает во сне, возвращаясь в предыдущий день, где он так же бьется в лихорадке и агонии. Образы и звуки путаются, сплетаясь вервиями бессмертных, прокладывая огненный путь в жилах Ло Бинхэ. Он умирает и свова живет, не отличая настоящего от настоящего. Он влюбляется – любит, не может не любить – в тревожную заботу Нин Инъин , которая мелькает рядом. Она расчесывает его волосы и жертвует одну из своих ярких, красивых ленточек. В каждой попытке она плачет и просит не умирать. Влюбляется и в Мин Фаня, который держит его подбородок, помогая глотать, и обещает стать лучше. Бинхэ любит Му Цинфана – любит его спокойный голос и корькие лекарства. Властитель медицины нежен и ласков, гладит по лбу и как в тот раз обещает, что все скоро закончится. И, кажется, Бинхэ любит Шень Цинцю. Он слышит обрывки его слов и чувствует тепло рук. Шизун бормочет что-то о том, что Бинхэ не может умереть, ругается с кем то странным, и ночами заставляет ци в его теле циркулировать вновь и вновь. Нужно будет использовать другое плечо. Ло Бинхэ будет считать это новой точкой отсчета. Шень Юань трясется у постели Бинхэ, отказываясь понимать что-либо. Где тот знаменитый ореол? Почему Система так глючит? Почему Бинхэ рванулся вперед? Бинхэ выглядит слабым и нежным – сквозь густые темные волосы вьются нити серебра. Видимо, не пробужденная, даже кровь Небесного Демона не способна спасти от страданий Бинхэ шевелится – Юань держит его крепче за руку. На него смотрит бездна – слишком старые глаза на слишком юном лице. По лицу главного героя текут слезы, но он не двигается с места – похоже, даже не понимает этого. - Теперь все будет хорошо. Этот мастер обещает. Шень Юань уговаривает Бинхэ вновь заснуть и гладит рукой изувеченное плечо. Бинхэ вздрагивает и впервые за все время, пока Юань был в этой новелле, тянется за лаской </i>

Один ответ мне найти осталось,

Одни лишь двери открыть пришёл черёд,

Тогда-то правду во всей полноте я осознать смогу...

В лучах слепящего света событий спутанный ход

Скоро логику обретёт.