Когда сны становятся реальностью

      Не было еще и восьми утра, а Фил уже сидел в ординаторской и допивал третью чашку кофе. Вот уже неделю, Ричардс не мог нормально спать. Как только он закрывал глаза и предавал себя в руки Морфея. В голове начинали разворачиваться пошлые и неприличные картины. Участниками которых был сам Фил. И тот, кто почти каждый день втаптывал в грязь принципы и взгляды на жизнь интерна, а так же и его самого. Никто иной, как его босс, заведующий отделением, Андрей Быков.       Этот тиран, самодур, изверг, опровергающий все законы психологии и конфликтологии, до последнего времени вызывал у американца некий страх и отвращение. Фил старался сталкиваться с ним в больнице как можно реже, но теперь практически высматривал Быкова, чтобы в очередной раз услышать голос своего начальника, пусть и плюющегося ругательствами.       Ричардс почувствовал, что погружается в дремоту. Кофе не помогал. Сегодня его ночные фантазии были особенно активными.       Вдруг, в сознании интерна начал бурно развиваться новый эпизод эротической саги: он, по пояс раздетый, лежит на кровати в пустой закрытой изнутри палате, а сверху, вжимая податливое тело в койку, сидит Быков. Покрывает спину Фила засосами и оставляет на коже красные следы. Обжигает его кожу своим дыханием, спускаясь все ниже по позвоночнику. Расстегивает пуговку на джинсах. Затем, медленно продлевая удовольствие, стягивает со своей жертвы штаны.       Вдруг, Ричардс услышал знакомые голоса, а затем задорный смех Романенко и Лобанова, доносившиеся из коридора. Интерн пулей вскочил с дивана и начал поправлять на себе одежду. Хотя она и так была совершенно в порядке. Потом, как можно быстрее поправил то, на чем сейчас без сомнений мог бы удержать без рук медицинский справочник. А через секунду в ординаторскую с диким хохотом от очередной Лобановской шутки, ввалились Семен и Глеб. А сразу за ними запорхнула Варя. -Привет, Филиус. Наш Торквемада еще не появлялся?- спросил Романенко. -Может он...- Начал было Сеня, но договорить не успел.       Дверь с грохотом открылась и в нее вальяжно зашел Быков. Измерив всех интернов изучающим взглядом, он ехидно начал раздавать порцию утренних "комплиментов": -Знаете, я уже давно думаю о том, что вас нужно выменять на четырех шимпанзе из зоопарка. Мне кажется, я бы смог выдрессировать их быстрее. И вы бы приносили пользу общественности.- Сказал в своей любимой манере завотделом, даже не поздоровавшись. -Доброе утро, Андрей Евгеньевич,- сонно и нескладно пробурчали интерны. -Как оно может быть добрым, если вы, неандертальцы криворукие, его портите своим присутствием. А ну марш добивать своих больных! -Кроме тебя, Бостонский индеец. Ты сейчас пойдешь со мной на полный обход,- обернулся он к американцу.       Только этого Филу не и хватало. Конечно, он был в какой-то степени рад, что предмет воздыхания будет сопровождать его довольно долгое время, но какое-то странное чувство страха не давало интерну расслабиться.       Во время обхода больных и в меру несчастных пациентов, парня не покидали странные ощущение, даже напротив- с каждой палатой они усиливались.Внимание Ричардса цеплял каждый жест его столь странной симпатии.       Вот сейчас, к примеру, Быков наглядно показывал на одном из пациентов как правильно делать непрямой массаж сердца. Однако, его слова не доходили до сознания интерна: его мозг был полностью сфокусирован на действии сильных и крепких рук заведующего отделением. Вдруг, он даже почувствовал легкое чувство зависти. Как же ему хотелось бы сейчас попасть на место больного. Почувствовать сильные, слегка даже грубоватые, прикосновения этих рук к своим плечам. Вот они массируют шею, скользят по торсу, опускаются ниже и ниже...       Вдруг, из мира сладких грез молодого доктора вырвал уже даже не крик, а легкий толчок в плече, который принадлежал не иначе как главному герою его мечтаний. -Я перед кем распинаюсь?! Корнеплод ты заокеанский! Коль не выспался, то для таких случаев автоматов на каждом этаже понатыкали. Выпей кофейку, взбодрись! Или так и будешь весь день ходить, красавица спящая?!- Негодовал он. -Да нет, Андрей Евгеньевич... Все в порядке, я просто задумался. - Только и смог произнести Фил, все еще не отошедший от внезапного падения с небес на землю. -Задумался?! Не правильно, Филька, тебе думать-то и нечем! Хотя стой, я кажется, знаю место, где ты сможешь пораскинуть своим спинным мозгом! Отгадаешь? -Дежурство... -Бинго! -Но за что?! -А за то, индюшка ты штатовская.Я ежедневно вынужден фаршировать тебя знаниями, которые ты никак не желаешь впитывать, а только кудахчешь на право и налево!       Интерну нечего было на это ответить и остаток своего дня он провел в размышлениях о том, за что судьба так поиздевалась над ним, "наградив" столь заботливым и вежливым руководителем. ***       Был поздний вечер. Все работники уже покинули больницу, оставив в ее стенах лишь дежурных и пациентов.       За столом, закиданном кипами папок и стаканчиками из под кофе, сидел Фил и все глубже и глубже погружался в сон. Он боролся как мог, но организм упорно не желал оставаться в суровой реальности, заставляя падать в пропасть фантазий и сновидений.       Сегодня во сне Быков был агрессивен и страстен от того, что он проделывал с интерном Ричардсом. Тот вздрагивал, стонал, а иногда и вскрикивал даже сквозь пелену сна.       Противный писк будильника на сотовом заставил Фила кое-как открыть глаза. Он лежал на полу, кости ломило, в голове шумело, и не было ни какого ощущения, что он спал этой ночью. Постепенно интерн начал собирать осколки реальности которые упрямо ускользали, как вода сквозь пальцы. До него вдруг дошло, что он сейчас не привязан к кровати в дорогой гостинице в объятиях своего заботливого руководителя. А здесь- в больнице, в ординаторской, без руководителя, лежит возле дивана с сильной эрекцией в штанах.       Сны так тесно начали переплетаться с реальностью, что он всерьез начал задумываться, а не спал ли он сегодня с Быковым? Ричардс покачиваясь встал с пола, все еще приводя мысли в порядок, но до конца это сделать не успел: в дверь после короткого стука вошел Купитман.       Тщательно окинув взглядом помещение для отдыха врачей, он наконец посмотрел на Фила и совсем не заинтересовано спросил: -Чего вялый такой, ЦРУшник? -Просто не выспался,- с раздражением ответил интерн, которому порядком надоел этот глупый вопрос за последнюю неделю. -Так выпей кофе,- посоветовал раздражитель.       При одном упоминании о кофе, Фила чуть не стошнило. -Так, ладно, где Андрей? Он мне бутылку коньяка должен? -Он еще не пришел, Иван Натанович. Венеролог уже хотел уходить, как вдруг Ричардс спросил: -Иван Натанович вы лучший друг Андрея Евгеньевича, а как он относиться к этим... Ну, этим... -К кому "этим», Фил? -К гомосексуалистам... -Не переживай, он смирился с твоими родителями. -Да нет! В общей сложности? -Ну как к больным, к психиатру советует сходить, а тебе это зачем? Хотя, так, стоп. Заболтался я с тобой. Мне нужно срочно идти,- С этими словами Купитман оставил Ричардса в одиночестве.       У Фила не оставалось сомнений: нужно было признаться Быкову во всем. В снах, и в том, что он там играет непосредственно главную роль. Без разницы, что будет потом. Может, Андрей Евгеньевич даст ему в морду, может отправит в психиатрию, а может просто опозорит на всю больницу. Это уже не имело значения, главное - признаться, а там будь, что будет. ***       Около девяти вечера, после дня раздумий, окончательно приняв решение, американский интерн прокручивая вновь и вновь то, что собирается сказать, подошел к заведующему терапией. Он ждал любой реакции, какой угодно, когда на одном дыхании выпаливал своему руководителю о том, что уже неделю не может спать, фантазиях, и том, что ему сниться.       И наконец о том, как сильно он хочет своего начальника. Он действительно ожидал всего, но точно не того, что произошло далее...       Зав.отделом минуту стоял, смотря сквозь Фила и переваривая только что полученную информацию. Затем, он мертвой хваткой схватил за рукав своего подчиненного и потащил его из коридора, где они стояли. -Все, я так и думал... он ведет меня к психиатру,- думал про себя Фил. Но этого не произошло. Дойдя до пустой VIP-палаты, Быков втолкнул Ричардса внутрь и закрыл дверь на ключ. Это было похоже на сон, который воплотился в жизнь, только в тысячу раз лучше.       Было около пяти утра. B VIP-палате на кровати, под одеялом, лежали двое - начальник и подчиненный, заведующий и интерн, молодой парень и взрослый мужчина, но сейчас это не имело значения. Ничего не имело значения, только они и то, что произошло сегодня ночью между ними. Фил лежал прямо поверх Андрея и жмурился от удовольствия. Так он еще никогда не отдыхал за всю свою жизнь. -Да, Филя, сегодня ты меня реально удивил, действует все таки воспитание твоих папашек. -Вам ли говорить о моих родителях, но вы меня тоже удивили. -Блин, американец, ты мне всю спину расцарапал, что мне теперь Кисегач сказать? Мог бы и поаккуратней. -Это вы могли бы поаккуратней. И рот бы мне затыкать не пришлось, чтобы дежурного не разбудить -Я доктор, я лечение назначаю, а тебе срочно нужна была "медицинская помощь" - почти промурлыкал Быков. Но Ричардса сейчас не волновало ничего. Ни то, что их может кто-нибудь застукать. Ни то, что он переспал со своим начальником. Ни засосы-укусы по всему телу. Ни даже разорванная рубашка, которую в порыве страсти Быков просто содрал с интерна. Его не волновало насколько неэтично и развратно то, что он сегодня ночью делал для Андрея и то, что Быков вытворял с ним.       Фил прекрасно знал, что зав.отделом никому никогда не скажет об этом. Даже по пьяни, любопытному еврею! Сейчас он хотел только одного- продлить сладкие мгновения так быстро пролетевшей ночи и как можно дольше побыть в объятиях своего руководителя. Он был самым добрым и заботливым на свете руководителем. Эта мысль грела его сознание. -Так, ладно, Филька, чего-то мы с тобой еще валяемся, а нам еще в порядок тут надо все привести, так сказать, "простыни сжечь". И запомни, америкашка, это было не в последний раз!</right>