Первое лето

Вечерело, но солнце еще не спешило завалиться за горизонт. Оно отражалось в окнах и воде на реке, озолотив волны. Все пастухи загоняли  коров и коз, поэтому на дороге были слышны удары колокольчиков и блеянье. Но улицы стали постепенно утихать, оставив весь шум собакам, которые начинали выть и бегать. Ночной ветерок пробирался сквозь листву деревьев, шурша листьями и ветками. Курье кудахтанье стихало, старушки разошлись по домам, перестав вести разговоры. В общем, деревенская жизнь замирала. Однако, на пустынную улицу вышел силуэт. Высокий, худой, с волосами по плечи и несколько горбатый. В этом очертании сразу угадывался Марк Сенкевич. Он шел медленно, держа в руках бутылку, а в кармане пачку сигарет. Волосы лезли в глаза, но убирать их было просто лень. Кеды были все в пыли, как и протертые джинсы, но юноша не обращал на это внимание. Марку, собственно, всегда бвло плевать на свой внешний вид. Рваные футболки, дырявые носки, темные от грязи штаны - это все было вполне в его стиле. Единственное, за чем он любил ухаживать - это его волосы. Он их тщательно мыл, старался укладывать, хотя они так и оставались непослушными: то лягут волнами, то прямо, а то превратятся в гнездо глухаря. Любовь к волосам ему привила мать, которая отращивала его волосы и всегда его причесывала. Над ним всегда шутили, что он как девчонка, и маленький мальчик бежал в объятья матери, которая всегда его успокаивала своего сына. У нее у самой были длинные, густые черные волосы, которые он любил перебирать и заплетать косички. Теперь же волосы Мэрэ были его собственной гордостью, потому что таких красивых воронных нигде не сыщешь. Он провел рукой по голове, взъерошивая шевелюру. Сегодня утром её так ревностно расчесывал Матиас, разбирая колтуны, что очень нравилось черноволосому. Ему нравилось, когда Мати его трогает, особенно когда гладит по голове, ведь Сенкевич младший никому не разрешал трогать свои волосы, кроме матери. А теперь в его жизни появился человек, который относится так же, как к нему относилась его родная. Его любят по настоящему, о нем заботятся и готовы ради него на многое. После ухода женщины из семьи, он совсем перестал получать ласку и должное внимание. Хоть отец и пытался ухаживать за мальчиком, но у него не получилось бы отдать даже частичку той любви, которую давала мать...                               Наркотики Вот откуда начал черпать любовь и силы Мэрэ. Они уносили его в мир, где все было хорошо, где было много радости и успокоения. Там, в ином мире, все относились к нему с добротой и пониманием. В это дело он влез по собственной глупости и слабости. Его очередная пассия решила "поддержать" его и познакомила с Псом - Никитой Войтушенко. Этот парень знал свое дело. Одного раза хватило, чтобы Мэрэ стал зависим от этого. Чем больше он потреблял, тем больше у него становилось секса. Сначала девушки - наркоманки, готовые сделать все, что угодно за дозу. Потом ученица из пединститута, приевшая в город к родственникам, потом Аглая, затем продавщица Жанна, которая была старше него лет на пять. А после, у него стали появляться парни:  Крыса, так же знакомый как Леха, с которым братовался сам Пес; Денис - считавший себя крутым ученик пту с разбитой девяткой - ему Марк отсосал прямо в подъезде его дома, и несколько других ребят, с которыми Сенкевич выступал то в роли пассива, то был активом - все зависило от настроения. После начала приема героина, парень стал агрессивен, рассредоточен и вял. Все воспринимали такое состояние как нормальное, ведь мальчик был сам по себе замкнут и необщителен. Героин лишил его единственных знакомых, оставив только компашку торчков и гопников. Марк сел, прислонившись к березе, и закурил. Табак начал заглушать внутреннюю боль, принося спокойствие и расслабление. Он делал большие затяжки и закрывал глаза. Спать не хотелось, поэтому была открыта бутылка с домашним вином, так заботливо приготовленым бабушкой из красной смородины. Он отпил и затянулся. "Не все так хреново, дорогой Мэрэ, теперь не так, как раньше" - мысли перестраивались на хороший лад. Но не все было легко забыть. Он вспомнил о своих крайних отношениях с парнем. Он был приезжим, сыном друга отца, его звали Женя. С ним у Марка завязался курортных роман. Они встречались, пока отцы отдыхали в городе. Женя был на год младше его, кучерявый, веснушчатый, страшно худой и привлекательный. С ним, черноволосый впервые почувствовал то, что никогда не испытывал - власть. Он решал, стоит ли мальчишке идти сегодня гулять с друзьями и отдыхать в одиночку. Он решал, что можно надевать ему, чтобы скрыть его от женского внимания, котрое часто становилось поводом для ссор. Марк решал за него, будет ли у них интим, даже если Женя этого не желал. Сам того не осознавая, он становился тираном и собственником. В ответ парень часто кричал на него, манипулировал им. Чуть он почувствует то, что ему не понравится, то сразу впадал в истерику и уходил от него к отцу и не разговаривал с ним. Они иногда дрались, а потом занимались сексом. Поэтому по утрам у Марка была исцарапана вся спина, а Жене было больно сидеть. Потом их отношения прервались, когда Женя уехал в другой город. Марк не испытывал горечи, он злился, но потом нашел себе девушку на ночь и постарался забыться в наркотиках. "Забудь об этом, просто забей" - дурные воспоминания снова накатили. Юноша стдел под березой и пил, думая о Жене. А правда ли ты любил его? Или просто использовал ради секса, как и остальных? А можешь ли ты вообще испытывать любовь? А могут ли люди любить тебя? Заслуживаешь ли ты любви? Он докурил сигарету. Прислонившись к березе, он думал о своих длительных отношениях. Ведь ему не отказывали в интиме. Он был полноправным собственником. Ведь это было так хорошо... Алкоголь стал затуманивать голову. Мэрэ встал и пошатываясь побрел домой. Он шел и не мог остановиться думать о Матиасе, о его голом теле, которое так хотелось увидеть. А ведь он с Женей очень похож. "Блять, забудь!" - голова раскалывалась. Так он дошел до дома и, тихонько пробравшись на чердак, раздеваясь, увидел Мати. - Ты где был? - голос у него дрожал. - Отдыхать ходил. - он почувствовал страх - не бойся, все нормально. - Я переживал за тебя. - Не стоило, все нормально. - пошатываясь, он подошел к матрасу и лег. - Ты пьяный что ли? - Яша резко отпрянул на другой конец матраса - Да. А что тебе не нравится? Захотел - напился. - Фу, я с алкашами спать не буду. - Ты кого алкашом назвал? - он навис над блондином. - Да от тебя за километр несёт. Мне неприятно. Вместо объяснений, Марк заткнул его поцелуем. Глубоким и резким. Он целовал его до потери воздуха. - Бля, ну ты мудила! - Матиас засмеялся, но продолжать поцелуй не стал. А вот Мэрэ решил спуститься ниже: шея, ключицы, грудь, живот. Аккуратные, нежные и смазанные поцелуи отвлекли юношу и тот начал томно вздыхать. Но вот когда брюнет дошел до низа живота, Матиас прервал его. - Ты чего? Не нравится? - Марк истинно не понимал. - Ну, я пока не готов... - Блять, ну вот к чему ты не готов? Все будет нормально. - Нет, Марик, я не хочу. - он отодвинулся от парня и закрыл глаза. - Ничего страшного, со мной ты в безопасности, можешь мне доверять. - Я скажу, когда буду готов. - Он обнял парня и положил ему голову на грудь. "Нет, такого, как с Женей, больше не повторится. Я по настоящему его люблю и не буду причинять вред"  - Марк поцеловал Матиаса в лоб и закрыл глаза... На утро Матиас проснулся первый. Он посмотрел на спящего парня, погладил его по голове и пошел умываться. Его все время мучал вопрос: "а готов ли я?". Ведь ему сказали, что все будет в порядке. Ему очень хотелось попробовать что либо из интимных дел, о которых он мог только слышать, с Марком. Он чувствовал, что может доверять этому черноволосому горбатому юноше. Яша надеялся и верил, что у них все серьезно, ведь это были его первые отношения. Умывшись, паренек поговорил с Матреной Демьяновной о погоде, огороде и местах для прогулок. Из разговора он выяснил, что на пляже рядом с речкой можно поиграть в футбол и что мячик завалялся где то в кладовке. Отыскав мяч, юноша встретил растрепанного Марка. - Мы идем играть в футбол! - Не мы, а ты. У меня сегодня из игр - борьба с похмельем. - он не был настроен на активные действия. - Маркуш, сходи, погуляй. Свежий воздух всегда спасает. - бабушка дала ценный совет, от которого не отвертеться.    Через полчаса все друзья собрались: Лада с Артуром и Марк с Яшей. Все ребята были в хорошем расположении духа, даже Мэрэ успели растрясти. - Чур я с Мати! - Лада заулыбалась - Ха, тогда мы вас за два счета уделаем! - Артур усмехнулся. Игра началась. Вместо ворот стояли две березы и рюкзаки. Мяч сразу увел Марк и успешно шел к воротам, пока его не догнал Яша. Тот перехватил мяч и повел прямо на Артура, стоявшего на воратах. Он резко пнул мяч и тот полетел вверх, мимо вратаря. - Аут! - Генидзе засмеялся. - И без тебя вижу, придурок! - Матиас улыбнулся и подмигнул Ладе, мол, еще упеем их догнать.   Так они играли полчаса, пока счет не слелался 5 и 4 в пользу команды двух черноволосых юношей. Матиас с рвением гонялся за мячом и резко забивал голы, падая белой футболкой на зеленую траву. Лада откровенно заглядывалась на него. Волосы взъерошились и падали светло русыми прядями на лицо, мышцы напряглись, а мокрая футболка прилипала к худому животу. Но она была не одной, кто интересовался красивым юношей. Марк тоже посматривал на то, как тот часто и тяжело вдыхал воздух и как часто тот моргал длинными ресничками. "Апполон во плоти" - так Марк начал думать. Когда бой был закончен, группа ребят отправилась в магазин за квасом. Мэрэ взял себе пачку сигарет и поймал злой укор во взгляде своего парня. Тот уже говорил ему, когда они украдкой целовались, что ему не особо нравится запах сигарет и особенно их вскус на губах. Но Сенкевич был так же упрям, как и его отец, поэтому бросать не собирался. Курить он начал с 14 лет и за это время он даже и не думал бросать. Сигареты стали его привычкой, способом успокоения. Еще один наркотик в копилку. - Мы плавать идем, вы с нами? - Лада затараторила, не переставая улыбаться. - Не, чего то не хочется. - Мати устал и на плавать сил просто не осталось. - Я хотел Яше село показать, погулять. - Марк похлопал тому по плечу. - О, это замечательно! Кстати, сегодня же будет дискотека в дк! - Правда? У вас есть дом культуры? - У каждого уважающего себя села есть такой сарай. - Лада захохотала. - Дискач - это весело. А во сколько? - Марку явно понравилась эта идея. - В шесть. Мы пойдем, и вы тоже приходите. - Обязательно придем!   Парни пошли по дороги вдоль разнообразных домиков и садов. Одни дома были покрашены в облупленный синий, другие, по больше, в коричневый. Ставни и коньки были совершенно непохожие друг на друга: то желтые, то синие, то красные, а то и зеленые. Рядом с каждым домом, на участке, росли плодовые деревья. Вокруг вишни возились пчелы, вокруг груши суетились пташки, пытавшиеся отковырять себе кусочек плода. Возле дома, за забором, на дороге около калитки стояли лавочки, где обычно сидели бабульки и вели длинные, как летопись, диалоги. Мимо таких женщин как раз и проходили парни. Вслед за ними не чувствовалось осуждающих взглядов, как в городе, только любопытство, которое у них получалось плохо скрывать. Так они прошли две улицы, на которых Марк здоровался с некоторыми дедками и приезжими из города дачниками. Матиас смотрел на это с умилением. Мэрэ смотрел на всех добрыми карими глазами и очень вежливо спрашивал всех о их делах и урожае. Таким Яша его еще не видел. Он чувствовал, что на самом деле юноша такой всегда, просто принял на себя маску холодного закрытого торчка, который не может существовать в длительных отношениях. Юноша чувствовал, что он поменял Марка в лучшую сторону, хоть и приходится терпеть его пьяные выходки. Мати начал гордится собой, что так давно не делал. "А все таки, я молодец!" - настроение стало отличным. Вскоре они вышли к полю и сеновалам. Поле золотилось колосьями и ветер мягко их покачивал. Этот пейзаж отчасти напоминал морской. Море колосьев и стоги сена как выступающие скалы. Солнце выглянуло из за ширмы облаков и осветило золото поля, так, что Матиас зажмурился. - Красиво, правда? - Марк засунул в карманы руки и стоял, глядя в даль. - Тут волшебно! Даже у нас, в Литве такого нет. - Побежали на сеновал, а? Кто последний, тот чупакабра! - Мэрэ ринулся в гущу поля. - Ах ты скотина! - Яша понесся в ответ. Марк все таки добежал первый и прилег на стог. Матиас сел рядом и тяжело дышал. - Чупакабра ты моя ненаглядная! - Черноволосый обнял его со спины и прижал к себе. Юноша положил голову на ему на грудь и стал слушать сердцебиение своего возлюбленного. Он любил так сидеть и молчать, наслаждаясь тактильностью и близостью духовной. А вот насчет интимной близости Матиас решил - он попробует, нужен только подходящий момент. И вот, кажется он настал. Они встречались уже полторы недели и это, возможно, благоприятный вариант для их развития. - Помнишь, я говорил, что не готов? - аккуратно спросил он. - А, ночью? Ну да помню. - Я подумал и решил. Я готов. - эти слова дались особенно тяжело, но он гордился, что сказал это. - Ты точно готов? - Я конечно не пионер, но всегда готов! - парни расхохотались. Марк засунул руку под футболку парня и начал аккуратно проводить рукой до низа живота. Он трогал соски, что показалось Матиасу очень щикотным, но возбуждающим. Он почувствовал тягучее тепло внизу живота. Мэрэ уложил его на сено и стал снимать футболку, покрывая тело поцелуями. Он опять стал целовать сверху вниз и начал с того, что куснул парня за ухо, вызвав полустон. "Все, теперь я знаю его слабые места" - он ухмыльнулся. Дальше пошли губы, шея и ключицы, с которых Мати тоже не удержался и томно вздохнул. Сенкевич спустился к животу, прокладывая дорожку поцелуями. Внизу он выцеловывал  только начавшие расти мелкие волоски, шедшие от паха до пупка. Дальше он решил перейти Рубикон и начал расстегивать ремень на джинсах. Матиас сам помог ему и взглянул на него стыдливым взглядом. - Не беспокойся, сейчас будет приятно. Он стянул с него джинсы и аккуратно снял трусы. Марк дотронулся до члена рукой и провел по всей длине. Яша поежился. Парень начал массирующеми движениями оглаживать пенис и ритмично надавливая на головку, дразня юношу. Тот откликался на прикосновения стонами и сам подставлялся под них. Мэрэ решил - время наступило. Он поднес губы и облизнул головку. Матиас дрогнул и посмотрел вниз. - Что... что ты делаешь? - он был в неведении. - Я делаю тебе приятно. Лежи и молчи. Он продолжил и уже начал лизать дальше. Он прошелся по всей длине и затем заглатил немного, прижимая член шершавым языком. Он заглатывал все глубже и глубже, заставляя возлюбленного дрожать от наслаждения. Для него это было в новинку и впервые, а вот Марк был в этом деле хорош. Он знал, как правильно удовлетворить мужчину и применял свои лучшие умения на Матиасе. Тот оценил это стонами и выдохами. - М..Марк... - он тяжело выпускал слова.   Он же в это время сбивчиво облизывал орган и ускорял темп. Смазанные касания языком приводили Яшу в полную эйфорию. Так тепло, так хорошо. "Минет в поле - вверх романтики" - сейчас ему казалось это вполне серьезной мыслью. Нескольких минут ему хватило, чтобы прийти к разрядке. Он приблизился к пику, когда Сенкевич взял всю длину и отпустил его, доводя парня руками, куда он и излился. - Боже... боже, как это приятно! - Матиас сполз со стога на землю. - Я в этом деле мастер. - Марк криво усмехнулся. - И скольким же ты сосал? - Так хорошо - только тебе. - Ну мерси, мусье! - он устало улыбнулся и потянулся за поцелуем - Не целуй меня - у меня рот грязный. - Мы оба грязные. Пойдем домой, помоемся. Так парни добежали до дома и стал  мыться вдвоем. Теперь Яша не смущался голого Марка и не боялся показать себя. Его даже не напрягало то, что иногда Мэрэ хватал его за ягодицы или проводил по ребрам. Так, они мыли друг другу волосы и спины. После душа Матиасу пришлось мазать волосы парня какой то мазью. - А зачем тебе эта штука? - Это кондиционер для волос, чтобы они были мягче и гуще. - Ты ж мой красавец! - он поцеловал парня в висок. - Уже почти шесть! Собирайся, иначе опоздаем! - Мати ждал, пока Марк наконец то высушит и расчешет свои непослушные вороные волосы и оденется. - Сейчас, подожди. Вскоре, они собрались. Матиас быд в свитере с оленями, а Мэрэ в черных джинсах и черной рубашке. Они пошли к дому деда Авдея, где их уже ждали Лада и Артур. На девушке было красивое черное платье до колен, а волосы были распущены. Генидзе же стоял в привычной одежде, только от него сильно пахло духами. - Ну что, мальчики, идем? - Идем! - хором ответили они. Через некоторое время они подошли к длинному и широкому кирпичному сданию дома культуры или, как его называли, "клубняком". Там уже стояло несколько парней и девушек. Они курили, а за дверью слышалась музыка. Ребята зашли. Было громко и людно. Здесь были и совсем молодые ребята, и женщины и мужчины. В зале была полутьма и многие пили, но в основном люди веселились и танцевали. - Давайте, пацаны, жгите! - Орехова сразу пустилась в пляс.   Играла знакомая Матиасу песня, которую очень любит девушка.                  Музыка нас связала...                       Тайною нашей стала... "Точно, это же "Мираж"!" - он не ошибался. Лада вертелась и пела, Турик крутился возле нее, а Марк просто стоял, прислонившись к стене. - Нееет, так дело не пойдет! Иди со мной потанцуй! - Матиас всеми силами пытался сдвинуть Марка, чтобы тот вышел хотя бы на минуту. - Ну ты лось! Ну иди, потанцуй со мной! Я хочу веселиться, а ты тут с кислой миной! - Ладно, иду. Он вышел из тени и приобнял Яшу за плечи и стал медленно покачиваться. - Извини, я в танцах не мастер. - Ладно, плейбой, я пока потанцую с ребятами. Матиас отрывадся как мог. Он не особо обращал на песни внимание, он просто танцевал. Извивался, изгибался и кружился, чем очень веселил Мэрэ. Лада не отставала и они оба начали дурачится и прыгать. Отошедший к Марку Артур прислонился к стене. - Правда она хороша? - он указал головой на Ладу. - Ты себе уже невесту присматриваешь? - Возможно. - тот улвбнулся. Прошло около получаса перед тем, как начались медленные танцы. Матиас, запыхавшись, отшел к Марку. Лада, нисколько не устав, подошла к ним. Артур замялся. - Лада, дорогая, а можно пригласить тебя на танец? - Ой! Можно, конечно! - она засмущалась. - Ребят, мы пойдем, а то этот попрыгун совсем устал. - Марк подхватил Мати под плечи и понес на ввход. - Я совсем не устал! - Тот выполз из объятий и пошел самостоятельно. - Не дуйся. У меня есть сюрприз. - А что там? А где он? - Я же говорю - сюрприз! Так, они молча дошли до дома. Приказав сидеть на лавке внутри двора, Сенкнвич ушел. Через пять минут он пришел с магнитофоном. Маленькое, черное устройство сразу заворожило Матиаса. - Мы музыку будем слушать? - Лучше. Мы будем танцевать. Марк вставил кассету и перемотал. Заиграла медленная, красивая мелодия. - Иди ко мне. - он притянул русоголового к себе и обхватил того за талию. Матиас положил ему руки на плечи и они начали медленно кружиться под музыку.              Не плачь, Еще одна осталась ночь у нас с тобой... Они плавно кружились и смотрели друг другу в глаза. Марк заглянул в эти голубые, как небо, глаза и не мог отвести взгляд. Вот этот щуплый, странный паренек - его любимый человек, который любит его в ответ. Который не будет его осуждать за замкнутость и холодность. Не будут на него кричать и ругаться, не будут брезговать тем, что знакомы с наркоманом. Для не го это самое главное. ...Еще один раз прошепчу тебе: "Ты мой"... Вот, та самая строчка. Набравшись сил, Марк сказал: - Я... люблю тебя. Ты... мой. Матиас резко поднял смущенный, невинный взгляд. Мэрэ присмотрелся и увидел там слезы. Паренек начал плакать. - Что то не так? Я тебя обидел? - он почувствовал страх. - Я тоже люблю тебя. Ты мой самый любимый человек здесь. Он продолжал плакать, обнимая Марка. Он начал освпать поцелуями лицо Матиаса и гладить того по голове.    Эти слова так много для него значат...