Песнь Древнего

- Горн - Тормбол подсел к Певцу - а эти зелья восстановления памяти точно не опасны? - Точно, гораздо опаснее то, что вами кто-то манипулировал в тёмную. Представь, если точно так же манипулируют императором или его ближайшим окружением? Грипман тебе уже рассказал про гибель поселения Предводителя пустынников, битву с дорожниками и появление Отрекшегося? - Да, рассказал, но какой смысл кому-то устраивать такое безумие? - Первый Проклятый. Тормбол побледнел. Из тех документов, что хранились в имперском архиве он много чего узнал о тех временах, в том числе и о Первом Проклятом. Если верить историкам, то тогда погибло в несколько раз больше людей, чем за все предыдущие войны вместе взятые. И, если верить, этим источникам именно Первый проклятый показал путь к силе магам, в последствие ставшими Отрекшимися. Тогда же пустынник и имперцы, истощенные войной кланами Северной гряды вынуждены были оставить пограничные территории кланам заключив с ними мир на весьма позорных условиях и сосредоточить усилия на предотвращении катастрофы в виде Проклятого и его слуг. Надо отдать должное кланам, когда Северяне поняли масштаб угрозы, то пришли на помощь, не потребовав ничего взамен и даже больше - предоставили рунные камни для зачарования оружия в огромных масштабах. Тормбол вздохнул: - Кому-то явно скучно жилось, раз он решил возродить этого монстра. Сейчас пришлю лекаря. Сначала займемся тобой, а потом уже нашей памятью. Лучше уж будем восстанавливать её под твоим контролем, чем опять все пойдёт дорожнику под хвост. Горн согласно кивнул. Откинувшись на траву, Певец пытался сосредоточиться и проникнуть за грань звука, дабы уловить малейшие отклонения среди духов струн, но добился лишь того, что начала очень сильно болеть голова, а тело начало онемевать. Последнее, что он увидел, несущихся к нему Грипмана, Тормбола и еще одного мужчину. "Лекарь наверное, и чего они сорвались с места так резко" - Горн потерял сознание. - Самоубийца, чтоб его, раком на распутье - Лекарь не сдерживался в выражениях, - Быстро вскипятили воду и кинули туда вот это - кинув мешок с лепестками Тормболу, начал снимать с Горна верхнюю одежду. Певец тяжело дышал, а руки и ноги тряслись мелкой дрожью. сосуды под кожей вздулись и приобрели нездоровый, темно-синий оттенок, - щенок недобитый, каналы выжег, так еще и в бой потом под стимулятором вступил. Я, конечно, знал, что пустынники с головой не дружат, но не до такой же степени! Где вас там носит - котелок сюда быстро - выхватив из рук Тормбола сосуд с отваром и поставив его рядом с Горном, лекарь открыл свою походную сумку с инструментами и достал оттуда несколько тонких и длинных стальных стержней, заострённых с одной стороны. Тщательно протерев их отваром и положив на чистую тряпицу он перевернул Горна на бок и начал втыкать стержни в каком-то одному ему понятном порядке: два стержня он воткнул в суставы в районе запястий, один в основание черепа, еще два в ступни. Придерживая Певца коленом, чтобы тот не завалился на спину, затем достал тонкую серебряную проволоку и начал соединять между собой стержни, закончив подготовительный этап, он начал шептать заклинание. Тело певца начало выгибать в разные стороны: - Держите его крепче! - скомандовал лекарь. Тормбол и Грипман схватили Певца. Вверх по стержням начала подниматься тёмно-зелёная жидкость, перетекая по проволоке к центру, где был закреплён сосуд причудливой формы, попав внутрь, жидкость приобретала алый окрас и вовзращалась обратно по обратной стороне в тело пустынника. Наконец-то Горн перестал дергаться и обмяк. Лекарь аккуратно вытащил стержни и уложил на спину своего пациента. - Теперь осталось самое сложное, кто хоть слово скажет или звук издаст - к праотцам отправлю! - положив руки на лоб Певца, он начал впадать в транс. Внутренним оком он продвигался по лабиринту магического лабиринта каналов Пустынника, латая дыры и очищая их от сгустков проклятий. Русик погибнуть и у лекаря и у Певца был очень велик. Без филигранного владения техникой Проводника - вероятность летального исхода для обоих очень велика, но он, Морфанг, был одним из лучших лекарей в Империи и знал, на что шёл. - Всё - выйдя из транса, лекарь встряхнул руки и начал разминать свои затёкшие ноги - соорудите носилки прикрепите к бронхалам. В седле ему еще пару дней точно не сидеть. - кстати, Грипман... - Что? - Командир отряда-то не Тормбол, а я. - И почему я об этом узнаю только сейчас? - А, кроме тебя никто знать и не должен. - Так что хотел-то? - Мы вас будем сопровождать. - Дело твоё, но, если что не так- Грипман показал характерный жест поперёк шеи. - - Не дурнее змеекрыла. Куда направимся-то? - вдоль тракта. мне надо нагнать караван с моими людьми с заставы. Так что через час выдвигаемся. После недолгих сборов и легкого перекуса Грипман и "Кровавые следы" покинули место вынужденной стоянки; Спустя полдня Олин из подчиненных Морфанга заметил вдалеке повозки с пограничным гербом Империи. По мере приближения к каравану становилось понятно, что произошло что-то не слишком хорошее/ Костров не было, да и характерных звуков для лагеря с таким количеством народа не было. - Тормбол - да? - оставайтесь тут. - Мы с Морфангом на разведку. - Как скажешь, Грипман Подъехав к первой повозке и откинув матерчатый полог, закрывающий в неё вход и зажал нос пальцами. Стоял отчётливый запах, который исходит от разложившихся тел: изуродованные женские и детские тела были связаны между собой стальной проволокой и изуродованы до неузнаваемости, несмотря на начавшееся разложение, было видно по вывернутым костям, что их птаыли и весьма экзотическим для этих краёв способом. - Морфанг, загляни-ка сюда ... - Что тут у тебя.- сказал лекарь внимательно осматривая землю. - Сюда, говорю, иди! - да что ж ты разорался так. - На тела взгляни - ничего не напоминает? Лекарь спал с лица: - неужели.....