Фальшивая война

      Стрелка часов уже пересекла отметку в пять часов, и атриум наполнился волшебниками, спешащими по домам, когда наконец-то из входа для посетителей вышли Гарри и Римус Люпин. Гермиона мягко оттолкнулась от стены и, пристроившись прямо за спиной Гарри, последовала за ним шаг в шаг.       Дождавшись, пока они подойдут к дежурному волшебнику, чтобы зарегистрировать палочки, Гермиона приблизилась к Поттеру и шепнула ему прямо на ухо:       — Гарри, это Гермиона. Я буду у тебя прямо за спиной. Не показывай вида.       Гарри в первую секунду дернулся, но потом замер, как ни в чем не бывало. Они прошли через золотые ворота к лифтам. Римус нажал ближайшую кнопку со стрелкой вниз, раздался лязг, и кабина появилась в поле их зрения почти мгновенно. С грохотом, отдавшимся эхом, разъехались золотые решётки, и Люпин шагнул внутрь. Гарри чуть споткнулся, давая возможность Гермионе проскользнуть в лифт мимо него, после чего ткнул пальцем в кнопку с цифрой девять, решётки с лязгом сомкнулись, и лифт, натужно гремя, пополз вниз.       Спустя очень долгие пятьдесят четыре секунды лифт остановился, прохладный женский голос сказал: “Отдел тайн”, и решётки разошлись в стороны. Они выбрались в коридор, где всё было неподвижно — только лёгкий порыв ветерка, поднятого лифтом, колыхнул пламя ближайших факелов.       Гарри повернул к простой чёрной двери. На протяжении долгих месяцев он видел её во сне — и вот наконец увидел наяву.       Римус и Гарри переглянулись, как бы совещаясь, стоит ли попытать удачу и войти, но в этот момент дверь распахнулась и на пороге возник человек невысокого роста с огромной круглой лысиной, слегка поблескивающей в свете факелов.       — Мистер Гарри Поттер? — равнодушно спросил он, обращаясь к пустому месту между Римусом и Гарри       — Да, это я, — помахал рукой парень, пытаясь привлечь внимание лысого коротышки.       Тот, так и не взглянув на него, развернулся и пошел вглубь помещения, не сказав больше ни слова.       Посетители обменялись недоуменными взглядами и двинулись следом. Гермиона под мантией-невидимкой последовала за ними, раздумывая, снять с невыразимца Империус, вырубить его или пока оставить так. Здраво рассудив, что найти дорогу с ним будет проще, а оглушить она всегда успеет, девушка решила раньше времени не обнаруживать своего присутствия.       Они вошли в просторную круглую комнату.       Все здесь было чёрным, даже пол и потолок, вокруг всей комнаты через равные интервалы были расположены одинаковые чёрные двери без ручек и табличек, а между ними горели синим пламенем свечи в канделябрах. Их холодный мерцающий свет, отражаясь на гладком мраморном полу, делал его похожим на темную воду под ногами.       Невыразимец пересек комнату, открыл дверь напротив входа и прошел дальше, не оборачиваясь и не обращая на своих спутников никакого внимания. Гарри и Римус, чуть помедлив, двинулись следом. Гермиона, замыкавшая шествие, задержалась на пару мгновений, оставляя на двери, через которую они вошли, едва заметную метку, и затем поспешила за ними.       За дверью, в которой скрылась блестящая лысина их сопровождающего, ждал танцующий, искрящийся бриллиантовый свет. Когда их глаза привыкли к блеску, они увидели, что со всех сторон на них смотрят циферблаты часов — большие и маленькие, стоячие и настенные, они висели между книжных полок и покоились на столах, расставленных вдоль всей комнаты, так что их деловое неумолимое тикание наполняло ее, точно звуки шагов крохотной марширующей армии. Танцующий, переливчатый свет исходил от высокого стеклянного сосуда куполообразной формы, стоявшего в дальнем конце комнаты.       Невыразимец пересек комнату и скрылся за единственной дверью позади стеклянного сосуда, по-прежнему не оглядываясь, и им ничего не оставалось, как последовать за ним.       Наконец они достигли цели.       Перед ними был зал, высокий, как в соборе, где не было ничего, кроме бесконечных стеллажей с маленькими пыльными стеклянными шариками. Кое-где к полкам были прикреплены зажженные канделябры, и шарики тускло блестели в их лучах. Здесь, как и в круглой комнате, свечи тоже горели синим пламенем. В зале было очень холодно.       Их провожающий куда-то исчез, и они остались, кажется, совершенно одни. Гермиона закрыла глаза и сосредоточилась, отыскивая следы магии. Впрочем, из этого ничего не вышло: магией был пропитан каждый дюйм пространства.       Тогда она сконцентрировалась на поиске жизненной энергии, и в темноте на обратной стороне ее век зажглись золотые силуэты: один, два, три… Гермиона насчитала вдалеке девять фигур, стоявших вытянутым кругом.       “Понятно, окружили со всех сторон, мышь не проскочит, — оценила ситуацию девушка. — Интересно, как Люциусу удалось протащить сюда десяток Пожирателей так, что никто не заметил?.. “       Гарри знал, куда идти, и без провожатого. Быстро и четко они продвигались вдоль стеллажей, пока не остановились наконец у стеллажа с номером девяносто семь.       Гермиона быстро сделала два шага и встала рядом с Гарри. Легко коснувшись его локтя, она чуть развела полы мантии-невидимки, показывая ему руку, готовую перехватить шарик с пророчеством.       Гарри едва заметно кивнул и быстро окинул взглядом полки. Под одним из шаров, покрытым толстым слоем пыли, был приклеен пожелтевший ярлычок. На нем тонким, почти неразборчивым почерком была написана дата — примерно семнадцать лет назад, а под ней стояло: “С.П.Т. — А.П.В.Б.Д. Темный Лорд и Гарри Поттер (?)”.       Юноша глубоко вдохнул, протянул руку и быстрым, стремительным движением сунул ее в карман, успев бросить шарик в протянутые руки Гермионы.       И тут, прямо за их спинами, раздался голос. Кто-то сказал спокойно, чуть растягивая слова:       — Очень хорошо, Поттер. А теперь повернись, медленно и без глупостей, и отдай его мне.       Черные силуэты, возникшие неизвестно откуда, обступили их слева и справа, отрезав все пути к бегству. Глаза блестели сквозь прорези капюшонов, с десяток палочек с горящими кончиками были направлены прямо им в сердце.       — Дай его мне, Поттер, — с расстановкой повторил голос, и его обладатель, Люциус Малфой, протянул к Гарри руку ладонью вверх.       Внутри у Гарри все перевернулось. Они были в ловушке, и даже Гермиона под мантией-невидимкой едва ли могла от них ускользнуть.       — Ну же, Поттер, — снова сказал Малфой.       — Я так не думаю, мистер Малфой, — раздался голос Гермионы, и в ту же секунду появилась она сама, оказавшись между Пожирателями и Римусом с Гарри.       Люциус побледнел и чуть опустил палочку.       — Какая неожиданная встреча, мисс Грейнджер. Разве вы не должны быть сейчас в школе? — пропел аристократ, растягивая слова чуть больше обычного.       — А вы, мистер Малфой, разве не должны быть сейчас в Малфой-мэноре, в кругу семьи? — парировала Гермиона.       — Я должен быть именно там, где нахожусь, — высокомерно и холодно произнес Малфой. — А теперь хватит этих глупостей. Отдайте мне пророчество, и никто не пострадает.       Не успел он договорить, как Пожирательница смерти взвизгнула:       — Акцио, проро…       Гарри среагировал как раз вовремя. Забыв о том, что настоящее пророчество у Гермионы, он крикнул: “Протего!” прежде, чем Пожирательница успела произнести заклинание до конца, и, хотя шарик в его кармане даже не дернулся, никто не обратил на это внимания. А Гермиона в очередной раз возблагодарила мадам Талле за ее подарки.       — А он у нас шустрый, малютка Поттер, — сказала Беллатрикс, стащив с головы капюшон, — Ну что ж, ладно. Тогда…       — ПРЕКРАТИ НЕМЕДЛЕННО! — рявкнул на нее Люциус Малфой. — Если ты его разобьешь…       — Только попробуйте напасть на любого из нас, и оно разобьется, — Гарри достал шарик из кармана и слегка помахал им. — Не думаю, что ваш хозяин будет доволен, если вы вернетесь к нему с пустыми руками. Или я не прав?       Беллатрикс не двинулась с места. Не сводя с него глаз, она облизнула кончиком языка тонкие губы.       — Я думаю, господа, — безмятежно проговорила Гермиона, — мы можем решить проблему полюбовно. Вам так нужно пророчество? Хорошо, мы отдадим. Но, поскольку мы не очень-то вам верим, отдадим не здесь, где вы поубиваете нас, как котят, не моргнув глазом, а в атриуме. Мы войдем в будку и осторожно положим его на пол. После чего вы дадите нам уйти и заберете свой драгоценный шарик.       — О, милая маленькая грязнокровка смеет ставить нам условия? — пропела Беллатрикс. — Паршивое маггловское отродье забыло свое место? Да как ты смеешь, ты, недостойная целовать пыль под нашими ногами, поганая тварь…       — Не нападай! — попытался осадить ее Люциус.       — Да как ты смеешь открывать рот в присутствии настоящих волшебников, ты, грязная…       — ПОДОЖДИ, ПОКА ПРОРОЧЕСТВО БУДЕТ У НАС! — взревел Малфой.       Гермиона даже ухом не повела на инсинуации Беллатрикс, продолжая выжидательно смотреть на Малфоя.       — Хорошо, мисс Грейнджер. Вы и ваша зверушка уйдете в знак наших добрых намерений. А Поттер последует за вами только тогда, когда отдаст мне пророчество, без фокусов и прямо в руки. Не вздумай шутить с нами, Поттер, — наконец решился он.       — Никаких шуток, — ответил Гарри.       — Джагсон, Крэбб — вы сопроводите в атриум мистера Люпина. Макнейр, Эйвери, Руквуд, Мальсибер — с вами проследует мистер Поттер. А мы с Беллатрикс и господами Лестрейнджами прогуляемся в компании мисс Грейнджер. И без глупостей, пожалуйста: если один из вас дернется, двое других умрут очень, очень быстро. Поттер, держите пророчество крепче, мой вам совет.       Пожиратели разделились, беря каждого из своих подопечных в кольцо. Гермиона внимательно следила за Гарри, гадая, использует ли Волдеморт их связь прямо сейчас и явится сам, или придется все-таки нажать на Люциуса. Но друг сохранял абсолютно бесстрастное выражение лица, и о том, что творилось в его голове, оставалось только догадываться.       Гермиона положила руку на грудь, изображая волнение, и крепко сжала свой медальон пальцами, мысленно выжигая на его поверхности “Атриум. Спрячьтесь. Не нападать.”       Поочередно лифт поднял их назад, в атриум Министерства. Зал был, похоже, абсолютно пуст. Сейчас освещение здесь было слабее, чем днем: в каминах вдоль стен не горел огонь, и только золотые символы по-прежнему совершали на переливчато-синем потолке сложные волнообразные движения.       Группа, охранявшая Гермиону, поднялась последней, остальные уже ждали их у фонтана. К Пожирателям присоединился возникший из ниоткуда Нотт. Окружив пленников, они двинулись к телефонной будке, но в этот момент…       — Не так быстро, — раздался высокий холодный голос.       Высокий, худой, в черном капюшоне, жуткое змеиное лицо, бледное и иссхошее, багровые глаза с щелочками зрачков…       Лорд Волдеморт стоял посреди зала, направив палочку на группу людей, и все они разом застыли на месте, не в силах шелохнуться.