Невинный спор

— Я верил тебе, — омега плачет беззвучно, смотря на своего альфу. Когда-то его. — Гарри, ты не так всё понял, выслушай меня, — альфа поймать омежку пытается, но тот вырывается, к стенке отходя и в неё вжимаясь. — И, — Гарри сглатывает, слезам просочиться не даёт, — сколько стоит моя любовь? — Любимый, прости меня, я так сглупил, согласившись на этот дурацкий спор на тебя, прости меня, — альфа на коленях ползать готов, а внутренний волк уши прижал. Понял ошибку, предав истинного омегу. — Я так ужасен, милый, прости меня. — Ты, — омеге тяжело, а ведь он хотел сообщить радостную новость, но он скроет и говорить даже не будет, — как ты можешь со мной говорить после этого? Поттер унижен и разбит. Его любимый, истинный альфа, проспорил на него со своими друзьями. Хотя в любви клялся. Подонок. Как же Гарри его теперь ненавидит, видеть не хочет. Стереть все воспоминания, связанные с ним, стереть желает. Том влюбился как мальчишка. Но ведь так и должно быть, они же истинные, поэтому должны быть вместе и счастливы, но Реддл всё испортил, ещё до начала их отношений проспорив на этого милого парнишку. Просто, тогда он даже не знал, что они истинными являются. Но, услышав прекрасным запах орхидеи, он хотел этот спор разорвать, но поздно, раньше думать надо было. Том пытался скрывать это от Гарри и продолжать счастливо жить, но сегодня, когда он вернулся домой, увидел плачущую омегу, что с ненавистью смотрел на парня. Он оплошал. Он сильно оплошал. — Гарри, почему от тебя пахнет другим? — Реддл долго думает, но понимает. Тут только два варианта, третьего не дано. — У тебя появился другой? Поэтому ты закатил истерику, думал, что я не узнаю?! — Том рычит на омегу, он ему изменил? Как посмел. — Идиот, я не изменял тебе, — омега кричит, слёзы из глаз брызгают. А Реддл верит, ведь его Гарри не врёт. Значит, остался только один вариант. — Гарри, давай успокоимся, — Реддл всё прекрасно понял, но говорить в слух не будет, — мы слишком много нервничаем, иди ко мне, — руку протягивает, что младший аж засматривается — как он любит эти большие руки на себе: на талии, шее, руках, бёдрах. Он любит Тома, но боится, ведь опять больно сделать может. — Ч-что ты хочешь? — младший руки к себе прижимает. Боится, что Том всё понял. — Уходи прошу. — Гарри, ну как же я тебя оставлю, м? — феромонов больше выпускается, видя, как Гарри жадно дышит этим воздухом. Дышит его дождём. — Как я могу оставить мою омегу? — Как ты смог проспорить на свою омегу? — как ножом по сердцу, но Реддл понимает, что заслужил это. — Я поступил ужасно, нет мне прощения, но Гарри, этот спор давно закончился, и я проиграл. — Н-но ты же… — Гарри договорить не успевает, как альфа к себе притягивает, в макушку утыкаясь и в лоб целуя. Омега плачет, но запах родной чувствует и медленно успокаивается. — Беременным нельзя нервничать, — Том шепчет на ухо, к себе ещё ближе прижимая, и одинокая слеза скатывается по его щеке. Что же ты натворил, придурок? — О чём ты? Я-я не беременный, — Гарри свою кофточку сжимает, нервничая, а Том замечает и по лбу себя ударить хочет. — Тише-тише, ну всё, теперь всё хорошо, — Поттер голову поднимает и мокрыми глазами на альфу смотрит. Реддл видит его мальчика. Поэтому наклоняется к нему, целуя медленно и нежно. Поцелуй получился солёным, всё из-за слёз мальчика, вызванным альфой. Том нижнюю губу посасывает, сладкий стон у омеги вырывая. Гарри отвечает несмело, ему до сих пор нехорошо, но поцелуй с его альфой настроение как-то поднимает и на душе спокойнее становится. Реддл поднимает омегу за бедра, неся в спальню. Сегодня Том будет его любить, прося прощения. А Гарри принимать эту любовь будет, слезами захлёбываясь, но принимая.