День любви и свободы

Ужасная боль в голове. Раздражающий, холодящий душу писк ударил барабанные перепонки юноши, эхом раздаваясь по его ушам. От боли, тот сжал челюсть, автоматически закрывая уши руками, пытаясь защититься от звука. Веки парня были тяжёлые, пока тот старался прийти в себя морально, физически он всё ещё спал. Это был сон. Первая здравая мысль, словно ударила его, заставляя широко раскрыть глаза, всё ещё отчаянно восстанавливая зрение, он пробежался ими по комнате, в надежде вспомнить, что ему снилось. Глаза были красными и заплаканными, выглядел Кэйа безнадёжно жалко. Парень точно знал, что тот не мог плакать из-за простого сна. Однако, причин больше.. Не должно быть. Боязливо помотав головой, тот убедился, что его никто не видел. Натянул уже привычную улыбку, выражающую то ли уверенность в себе, то ли юношескую беззаботность и, тяжело вздыхая, встал со своей кровати, медленно отходя в сторону ванной, дабы привести себя в порядок. Негоже Капитану Кавалерии показывать страх или же боль на публику, по крайней мере, так считал Кэйа. Солнце уже давно стояло, освещая и грея весь Мондштант. Город был украшен, люди суетились в преддверии праздника сердец и свободы. Атмосфера стояла сказочная, поэтому, уже давно переодевшись, патруль совершал синеволосый медленно, наслаждаясь процессом и, держа его в голове как обычную "прогулку". Наблюдать за счастливыми жителями города, что в предвкушении покупают друг другу подарки, в попытке найти слова для скорого признания в любви, или же, о том, что чувства до сих пор не угасли. "И лишь Капитан Кавалерии в этот момент был один." — внезапно ударила довольно навязчивая мысль в голову Альбериха, после чего моментально защимила ему сердце. Кулак парня автоматически сжался, скорее в детской обиде о том, что любимый им человек сейчас занят совсем не им. Разумеется, нахлынувшую совершенно внезапно и обезоружившую его грусть юноша скрыл, продолжая широко улыбаться и наблюдать за благополучностью жителей, по пути здороваясь с решившими поприветствовать Капитана людьми. Спустя ровно два часа, когда юноша уже закончил осмотр и убедился в порядке на улицах, тот вяло поплел в Штаб Ордо Фавониус, дабы поговорить со своей подругой и, наконец расслабиться. Путь много времени не занял, к счастью закончил тот недалеко от штаба, а поэтому сейчас он уже с характерным стуком вошёл в библиотеку молча махая девушке, сидящей не так далеко и присаживаясь рядом с облегчением вздохнул. — "Приветик, милашка" Слабо улыбаясь устало проговорила Лиза, не дожидаясь ответного "здравствуй". Кэйа обычно здоровался с ней молча, по крайней мере в библиотеке и девушка уже успела привыкнуть. — "В городе у жителей в голове один лишь праздник, так мило.." После минуты молчания, вдруг заявил капитан, с такой же полу ухмылкой, ставшей уже частью парня. — "Конечно он засядет в мыслях, читала я, что этот праздник был ещё далеко до нас с тобою." С этими словами девушка вытащила из под стола две чашки и принялась заваривать чай. — "Ха-ха, само собой.. Интересно только.. Собирается ли такая милая леди наконец действовать?" С непринуждённой улыбкой проговорил мужчина, с небольшой усмешкой в глазах. Девушка совершенно точно поняла о чем он говорит, это случилось настолько внезапно, что библиотекарь смутилась на секунду, опуская взгляд, однако сразу возвращая его на место, девушка вернула улыбку на устах на место. — "Я подготовила ей кое-что." Решила не врать ему девушка. Они были довольно близкими друзьями, что сошлись на частом дружеском флирте, обсуждении горячих сплетен и многом другом. — "Ох, неужели свершилось? Нужно выпить в честь этого." Усмехнулся парень. Он был искренне рад тому, что Лиза всё же решила перейти на новый уровень отношений с Джинн. — "Вы ведь не просто искали повод выпить?" Ожидая отрицание проговорила девушка, также мило улыбаясь. На самом деле, влюблённость в подругу точно была взаимной. Джинн никогда особо не умела скрывать эмоции, а со способностями Лизы видеть людей насквозь, при этом не давая узнать о себе ничего и сохраняя вокруг себя некую загадочность. — "Разумеется нет, что вы!" Кэйа хихикнул, оглядывая явно счастливую подругу. На самом деле, где-то глубоко внутри закралась зависть к деве. Её счастье и явно взаимная любовь оставляли неприятный осадок грусти в душе парня. Он понимал, что его чувства — абсолютно точно не взаимны. — "А ты? Малыш, тебе ведь точно кто-то нравится!" Вдруг заявила девушка с энтузиазмом поставив на стол две уже готовых чашки с чёрным чаем. Кэйа кашлянул от неожиданности вопроса, но собраться также быстро как Лиза у него не вышло. Тот замялся и тихонько покачал головой, мол, да, нравится. — "Ох, и кто же эта счастливица?" Лиза выглядела крайне заинтересованной. Указательный палец её постукивал по столу. — "Счастливчик... Дилюк." Кратко, выходя из своей роли проговорил парень. В помещении нависла гробовая тишина, а девушка подозрительно выпрямилась, не в силах её нарушить.. В глазах читался холод, удивление и небольшой ужас. В один момент Лиза, пытаясь прийти в себя мотнула головой, устремляясь взглядом мимо Кэйи только и успела, что произнести краткое —"но.." Как её криком перебил Кэйа. — "заткнись." Одновременно с этим, парень ударил стол, раздражённо глядя на девушку, после чего сжал челюсть и быстрым шагом вышел. Это не было Капитаном Кавалерии. Он всегда контролировал эмоции, благополучно пряча их под сногсшибательной улыбкой. Однако сейчас ресницы его задрожали, предупреждая о том, что вот-вот Кэйа позорно разрыдается. Он точно понял, о чём она говорила. Она также считает, что он, Альберих, не достоин чести сопровождать Рагнвиндра. У них и так были не лучшие отношения, а "любовь" со стороны Кэйи была неуместной и являлась обычным оскорблением столь идеального Дилюка. И парень это понимал. Он понимал, что ждать положительной реакции, а тем более взаимных чувств ему не стоит. Они оба были знакомы с Дилюком, именно поэтому, Кэйа посчитал, что Лиза также приняла его недостойным, хотя, это могло бы быть и ложью. Сам синеволосый тоже так считал. Именно поэтому, не теряя времени, парень поднялся на второй этаж здания, где располагалась общажная Ордо, так и не взглянув в глаза рыцарю, что наблюдал то, с каким раздражением покинул помещение парень. Как только Альберих остался наедине сам с собой он выдохнул. Ему безусловно было ужасно стыдно, ведь он сорвался на девушке,что ничего не сделала, а также повысил голос. Ему безусловно стоило извиниться перед ней позже, однако сейчас впереди предстояло самое нелепое за всю историю признание. Кэйа медленно, но верно сходил с ума держа эти чувства внутри, а значит, он сделает лишь хуже, если будет тянуть с этим. Парень со слабой улыбкой на устах притянул к себе коробочку и в последний раз открыл её, ласково проводя по украшению указательным пальцем. Это была небольшая, но увесистая брошь, выполнена она была из золота, а посередине был красный, переливающийся как пламя и отдающий багровым агат. Юноша закрыл коробок обратно и встал на ноги, после чего ушёл в ванную и умылся, приводя себя в порядок. Ночь. Таверна вот-вот закроется. Раз уж, чувства юноши не взаимны, тот решил не тянуть. Кэйа мог и должен был скрывать их в себе всё это время, однако желания делать это уже не было. Он хотел лишь высказать факт и услышать ответ. Поэтому Альберих направился в сторону таверны. Сердце щемило, с каждым шагом уверенность в себе улетучивалась всё сильнее, а мысли становились спутанее. Как только тот наконец дошёл до таверны, он остановился, глядя куда-то в пол. Сомнения закрались ему в голову и засели глубоко в душу, терзая сознание. Однако, тот собравшись с последними силами открыл дверь, проходя внутрь. За барной стойкой неизменно стоял Чарльз, парень уверенно прошёл на второй этаж, игнорируя присутствующих людей. Таверна скоро закрылась бы, поэтому их к счастью, было довольно малое количество. В самом углу, где-то в темноте сидел субъект, за которым и пришёл юноша. Рагнвиндр сидел молча, обездвижено, словно мёртвый. Кэйа подошёл медленно, тяжело дыша и подозвал парня, слегка вздрагивая в голосе. Рагнвиндр кинул на него слегка раздраженный и как обычно усталый взгляд, а затем принял вопросительное выражение лица. Кэйу смутило одно.. Всё это Рагнвиндр делал молча. Решив проигнорировать эту странность, мужчина аккуратно поставил коробок с подарком на стол, а затем тихо сказал. — "Дилюк.. Прости, что слишком внезапно.. Прости, что вообще говорю это... Ты мне нравишься... Не как брат.. " Молчание. Вновь это молчание, что теребило сердце парня, рвало сознание на мелкие куски заставляя руки потеть. Нервы были на пределе, ещё немного и он точно сделает какую-нибудь глупость. А Рагнвиндр продолжал молчать, глядя уже на коробок и всё ещё не спеша открывать его. Выражение лица парня не выражало практически ничего кроме мёртвой усталости. Кэйа сжал кулак и не вытерпев толкнул парня на пол, нависая над ним. Сейчас он глядел на лицо Дилюка сверху вниз, оно было безумно красивым. — "Отпусти." Внезапно произнёс парень чуть хриплым голосом. — "Дилюк, мать твою, я тебя люблю." Уже в отчаянии проговорил юноша, звучало это так, словно от ответа Рагнвиндра зависела дальнейшая судьба Кэйи... Так и было. — "Отпусти. Я давно мёртв. Отпусти меня." Прохрипел тот, уже слабо улыбаясь. — "Мёртв... Мёртв? Что за глупость.. Нет.. Нет-нет-нет.. Постой... ПОСТОЙТЕ. " В том же отчаянии закричал на всю таверну Кэйа, судорожно гладя того по волосам и прижимая к груди. Дилюк исчезал. Совершенно точно. Он становился всё менее материальным, пока в один момент не исчез полностью, заставив Кэйу в слезах обнимать воздух, оставшийся от любимого. Юноша никогда не имел ни единого шанса на любовь. Не успел. Альберих не успел. Четыре года назад, в страшном инциденте на повозку напал дракон, что убил обоих Рагнвиндров.