STEREO HEARTS

- Утро, моё утро, утро пришло, - Хизаши был активен, как никогда, несмотря на то, что вся ночь прошла без сна. Всю ночь учителя UA строили сцену на одной из тренировочных арен школы. А когда начал поджимать срок сдачи объекта и они сообразили позвать из общежития Яойорозу, чтобы не тратить силы на создание досок, было уже около 5 утра. Обмен прошёл отлично: через час деревянная сцена с прожекторами и колонками была готова, а сама Момо получила дополнительный час сна (Мик мог поклясться, что слышал из её корпуса крики "КАКОГО ЧЁРТА, МОГЛА И ЗА НАС ПОПРОСИТЬ!". Голос, кажется, принадлежал той девочке с рожками... Ашидо, точно). - Утречка, Шота! - Айзава, как обычно, пил кофе в учительской. Кофемашина появилась не так давно, и тем, кто принёс её сюда, был Ямада (захотелось сделать подарок Шоте, а он не захотел, чтобы в его абсолютно пустой комнате что-то стояло). - Нет, бля, вечера. - Айзава, не выражайся в школе, пожалуйста! - немного возмутился Всемогущий, также стоящий около кофеварки. - Здесь стоит лишь один ребёнок, - Сотриголова мгновенно осушил кружку. Лишь Мик отвернулся посмотреть, какой ребёнок абсолютно не обладает инстинктом самосохранения и мог беспрепятственно пробраться в учительскую, Айзава закатил глаза и поставил готовиться новую порцию бодрящего напитка.

***

Во всей школе царило возбуждение: уроки сократили, музыкальные группы, собирающиеся выступать, в десятый раз проверяли своё оборудование и инструменты. Вечно спокойная Кьёка Джиро, например, успела три раза тыкнуть в Каминари своими разъёмами - по той простой причине, что он потратил свои остатки разума на подзарядку для её микрофона. Ей пришлось идти к классу Б, где экспериментальным путём при использовании причуды Шинсо они вернули ему рассудок. Бакуго окончательно вынесло - если бы рядом с ним не стоял Киришима, который удержал его, то попавшийся под горячую руку Мидория наблюдал бы концерт из больничного крыла, избитый барабанными палочками. Учителя также были на взводе - проверяли всю аппаратуру, помогали ученикам с подготовкой. Даже Гьянбура, новый охранник в школе, носился по всем классам, попутно разговаривая с учениками. - Ну как, детишки, готовитесь? - Гьянбура подошёл к группе 1-А класса. - Готовимся, готовимся. Новый охранник детям нравился, он будто сам в душе был подростком. - Я всех уже проверил... да, всех. Готовьтесь дальше! - Не волнуйтесь, разберёмся. Полночь украшала сцену красивыми гирляндами. Она то и дело слышала голос Мика из-за кулис. Это было единственное место, где Айзава бы не услышал его, поэтому его пришлось слушать Немури. "Лишь бы Шота понял, что это для него исполняют, а то у него эмоциональный диапазон, как у зубочистки, - подумала Каяма. - Ничего не должно случиться, а то нас оглушит сломавшаяся железка Заши."

***

- I THINK ABOUT ALL THE WASTED TIME I SPENT, I WANNA BE, - Каминари ударил по струнам, будто подпевая голосу Джиро, - DISOBEDIENT! - I STOOD AWAY WONDERING WHERE MY SUMMERS WENT, I WANNA BE... - Кьёка подняла руку на голове, позволяя всей толпе на фестивале подпеть ей. На секунду установилась мёртвая тишина. Все ученики, учителя и просто люди, проходящие мимо, пришли на фестиваль. Джиро буквально взорвала всех вокруг - ей подпевали все. Вот Мидория на подтанцовке, кстати, рядом Ашидо (она выглядит немного надутой), Урарака, Яойорозу, Асуи... В толще людей виднелся 1-Б - Монома, Кендо, даже Шинсо, хотя он очевидно не был рад здесь находиться. Из детишек Стёрки там тоже кто-то был, но Мик просто не мог вспомнить, как их зовут. На освещенённой неоновым светом сцене, кроме Джиро, стоял Денки Каминари, которому она вручила гитару: электрику - играть на электрическом. На барабанах сидел Бакуго - этот взрывной ребёнок! Он колотил по установке с такой силой, будто это были не барабаны, а Мидория, который назвал Кацуки шпицем. Вторую гитару вручили намазанной фосфорной краской Хагакуре. - DISOBEDIENT! - крикнула толпа, поддерживая своего новоиспечённого кумира. Хизаши смотрел за выступлением 1-А класса из-за кулис. Он чётко видел все лица - они были направлены на Джиро, новую звезду музыки. "Ей светит большое будущее," - подумал вдруг Мик. Но его мысли были сосредоточены не на ней. А на нём. Среди всей счастливой толпы Ямада искал именно его. И он его нашёл.

***

Айзава не понимал, что привело его на этот концерт. Попоют детишки, и? Потом всё равно будут удлинённые уроки, чтобы наверстать материал, упущенный сегодня. Он улыбнулся, представив лица 1-А, когда он об этом объявит. Интересно, Денки устроит сцену, как обычно? У Бакуго взорвётся пердак от злости? Будет ли Иида всех успокаивать? Но додумать Стёрке не дали. На сцену вышел Заши. Не просто Заши, а абсолютно одухотворённый и уверенный в себе Заши. И смотрел он лишь на Шоту. "Чёрт, он... в этой куртке." Эту кожаную чёрную куртку Айзава подарил Мику на день рождения несколько лет назад. Она сразу ему приглянулась, а от мысли, что он увидит её на Хизаши, Сотриголова чуть ли не таял. В буквальном смысле, становилось слишком жарко и тесно. И Шота понимал, к чему клонит дело. А сейчас Ямада стоит в этой же самой куртке и смотрит на него. Лишь на него. - И следующий исполнитель... Сущий Мик! Он выглядит так мужественно, что больно смотреть! - Кто вообще поставил Киришиму на роль конфераньсе?! Кому эта идея в голову пришла?! Ему бы матчи по баскетболу комментировать, а не концерты. - Так давайте же попривествуем его! Раздались аплодисменты, и Шота присоединился к ним, стараясь спрятать их от взгляда Хизаши. Боковым зрением блондин увидел, как Джиро едва заметно кивнула головой, сообщая, что взяла ещё одну гитару и готова начать. Точно так же сделали шпиц, Пикачу и невидимка. Хизаши Ямада сделал вдох... - My heart's a stereo... It beats for you, so listen close... Hear my thoughts in every note, oh-oh... Ямада остановился на мгновение, прерванный аплодисментами. Хлопки придали ему уверенности, и он продолжил. - Make me your radio... Сущий Мик протянул руку вперёд. Все решили, что он просто сделал так для поддержки аудитории. Все, кроме того, кому он действительно протянул руку. - And turn me up, when you feel low... This melody was meant for you, To sing along to my stereo!... Он знал, для кого он поёт. - If I was just another dusty record on the shelf... - Would you blow me off and play me like everybody else? - Шо... - М? - Если бы я был обычным, ты бы продолжил со мной общаться? - Возможно. - If I asked you to scratch my back, could you manage that? - Шота, почеши мне спину, пж. - Странные у тебя запросы, но ладно. - Oh yeah, check it, Travie, I can handle that... - Furthermore, I apologize for any skipping tracks... - Хизаши, ты меня слушаешь? - Да, да, конечно... о чём ты говорил? - That's cause the last girl that played me left a couple cracks... - Заши, она просто использовала тебя. Развела. - Нем, я понял. - I used to, used to, used to, now I'm over that, - Cause holding grudges over loved is ancient artifact... - Айзава-сенсей, он красиво поёт, да? Сотриголова вздрогнул, услышав рядом голос Мидории. До этого момента Айзава был просто погружен в голос своего друга - друга ли? - Да, красиво, - согласился он. Изуку даже не подозревает, что на самом деле чувствует Шота. - If I could only find a note to make you understand... - I'd sing it softly in your ear and grab you by your hand... Сущий Мик. Хизаши Ямада. Тот, ради кого стоит жить. - Just keep me stuck inside your head like your favorite tune... - Айзава-сенсей, установка сломалась? - Опять проблемный ребёнок. - То есть? - вынырнул из транса Стёрка. - Там что-то на фоне играет, или мне кажется? Шота через силу оторвался от созерцания объекта своей любви и прислушался. - You know, my heart's a stereo, that only plays for you... - My... Кх... Что?... Голос Мика исчез под влиянием причуды Шоты Айзавы. Бакуго выронил барабанные палочки и выругался. Джиро удивлённо подняла голову. Каминари выронил гитару, которая упала бы, если бы не висела на лямке. Все мгновенно очнулись и подняли головы. Установилась мёртвая тишина. Мидория оказался прав. - Внимание, засечена активность с южной стороны UA. Уровень опасности: красный. Всему персоналу школы провести эвакуацию учеников в ближайшее безопасное место. Двери школы расплавились под жаром голубого огня.