Преимущество скверного характера

История Учихи и Хатаке, это, по сути, банальнейший бытовой роман, но играющий такими красками, которые заставляют перелистывать страницу и удивляться неожиданному сюжетному повороту. - Мог бы сходить на балкон и набрать сахар, - не отрываясь от ноутбука, бормочет Какаши. Обито сонно смотрит сначала на пустующую сахарницу, переводит взгляд на сожителя, возвращает взгляд, потом, наконец, понимает, что от него хотят и хмурится. - Я тебе что, домработница? – угрюмо протягивает он, растворяя слова в очередном зевке. - Тебя можно представить в белом передничке с рюшами, - обыденно говорит Хатаке, а Обито бледнеет, так и не научившись с достоинством и вовремя отвечать на въедливые и точные комментарии сожителя. Какаши самодовольно ухмыляется, когда тот выбегает из кухни, попутно хватая сахарницу и ворча что-то напоминающее «Дурак». Учиха всегда удивлялся, как Какаши может сохранять невозмутимый вид на протяжении суток. Хоть ночью подними – этот таракан через две минуты будет выглядеть так, будто только что с бала вышел – благоухающий и свежий. Майская роза, чтоб его. Обито так не умеет, ему нужно раскачаться полчасика, попить кофе, потом еще минут десять поваляться… И только потом, если не заснет, податься на учебу. К слову говоря, бытовые ссоры вперемешку с пикантными примирениями у них происходят уже полгода. Снимать вдвоем квартиру неподалёку от университета – чем не сказка? Тем, что под боком у тебя живет гном, а продукты, купленные на кровные и последние, постоянно похищает какой-то домовой. Но и с этим смириться можно, ведь любовь на то и дана – чтобы прощать. Дома на выходных хорошо. Дома тебя никто не трогает, не галдит по поводу «закрой форточку» или «я там в холодильнике что-то нашел – зелёное и шевелящееся», или «сегодня твоя очередь мыть посуду», но к воскресению они оба уже успевают соскучиться друг по другу. Каждая неделя начинается примерно одинаково, приезд и первая ночь – консервативные и на разных кроватях, как в пионерском лагере. В понедельник они очень серьезные, даже чуточку авторитетные – Учиха в силу фамилии, а Хатаке в честь доказанного ума и силы (зря, что льготник). А альянс этих парней вообще уносит половину университета в далёкие мечтания – жаль, никто не знает, что они вместе. Забавный бы вышел анекдот. В понедельник вечером всегда наваливается куча методичек, заданий и неотложных учебных дел, так что волей-неволей вечером они работают сплоченно, не покладая рук, до самой ночи. А потом Какаши в голову приходит гениальная мысль – оторвать приятеля (по совместительству старосту группы) от неотложных дел совсем нетоварищеским поцелуем. И снова целомудренные оправдания, заезженная пластинка о том, что им нельзя вместе, и прочая бредятина, которую Какаши предпочитает пропускать мимо ушей – сколько её было и сколько будет? – правильно, между прочим, делает. Как водится после этого, с утра опоздавшие студенты оправдываются тонной сделанной работы и мешками под глазами, и, что интересно, им в который раз верят! Сколько бы Обито не фыркал и не отнекивался, но Какаши ему дорог. Однажды он убедился в этом, испробовав на себе все прелести горя брошенных. Сначала было совсем не больно, только какая-то пустота внутри, когда входная дверь громко грохнула. Хатаке говорил, что видел его с какой-то прошмандовкой и не может вынести его измен, лжи вкупе с ужасным характером и жеманными попытками сохранить собственное мужество, и поэтому ушел к девушке. Это было похуже звонкой пощечины. Объяснять то, что это была двоюродная сестра, которая передавала ему деньги от родителей, Обито не смог вовремя – ком горькой обиды застрял в горле. Боль пришла только через пару часов, вместе с осознанием того, что он один и нет больше никого, кто подставит дружеское плечо, скажет, что всё будет хорошо, да хоть бросит шпильку о том, что свои джинсы он забрал у бомжа на улице! Обито страдал, мучился, выпивал литры чая, до конца решив не изменять своей гордости, и, в конце концов, наступил период апатии. Он научился спать по ночам. Он невольно вздрагивал, когда с утра рука автоматически ставила на стол две чашки. Он внезапно понял, что тот, кто ещё совсем недавно не значил для него ровным счетом ничего, стал самым близким и родным, а все родные и близкие вмиг потеряли свою цену. В университете волей-неволей приходилось контактировать. Какаши как будто нарочно обнимал идиотку-однокурсницу особенно развратно, когда рядом проходил его бывший любовник. Обито же просто крепче вцеплялся ногтями в папки и со всей силы старался выглядеть спокойно-отстраненным, чтобы за ближайшим углом опустить плечи и свести брови в то ли жалостливой, то ли угрюмой гримасе. Звонкий девчоночий смех, веселые голоса студентов, сгруппировавшихся вокруг внезапного лидера с его пассией, раздражали до дрожи, до черного исступления. Когда профессор зачитывал список пар, которые будут делать совместные проекты, Учиха бессознательно напрягался и молил всех богов о том, чтобы в напарники ему не попался Какаши, кто угодно, даже пусть лентяй Котетсу… Но Котетсу ожидаемо попал в пару к Изумо, а боги решили в который раз поиздеваться над старостой. Позже, уже будучи прижатым к стене в съемной квартире, Обито вполголоса проклинал Хатаке, который ласкал языком его шею и мертвой хваткой сжимал норовящие ударить руки. Скандал произошел, да он и не мог не произойти, учитывая сколько Учиха молчал и терпел, что по его темпераменту не полагается. Путем разбитой вазы и люстры было выяснено, что Обито и измена – вещи несовместимые, а Какаши, подонок и ловелас, тут же нашел ему замену, так что нет прощенья подлецу, но парень дальше не слушал. Он мысленно отметил, что нужно бросить тупицу, которая к нему привязалась, и начал вымаливать прощение за свой проступок самым проверенным и приятным из методов. Метод сработал на «ура», хоть и пришлось в этот раз отдать инициативу упорно сопротивляющемуся Обито. Дни сменяются днями и время идет, а эти двое как ссорились, так и будут ссориться, только теперь больше по бытовой части, потому что им друг с другом плохо, но друг без друга – ещё хуже. Какаши продолжает трепать нервы эмоциональному другу своими пошлыми шуточками, напускным безразличием и носками, разбросанными по углам, а Учиха на всё это устало прикрывает глаза ладонью, при случае намеренно вынося мозг своему сожителю в ответ. Обито может кричать и выпендриваться, но мы-то знаем, что ночами он тоже кричит... Правда, по другому поводу и еще более пронзительно.