Чёрная тень Белого Лотоса

«Воскресит магия»? Король сказал это на полном серьезе. Но возможно ли это было на самом деле, или слова его величества – всего лишь несбыточная мечта и красивая сказка? И почему тон короля был столь уверен, как будто взять и воскресить кого-то так просто? Сказку о Императоре и Белом Лотосе, дважды убитом и дважды возрождённом магией, в королевстве знали все. Согласно легенде, представители правящей династии, к которой принадлежал Ву Линь, являлись, как раз, прямыми потомками этого самого Белого Лотоса, волшебного спиритуального создания, духа природы, чему неоспоримым наглядным доказательством была неземная, почти божественная внешность короля, с волосами необыкновенного цвета, подобными серебристым лепесткам лотоса в полнолунную ночь… Его красота резала сердце, а улыбка ослепляла, заставляя смотреть на его величество бесконечно, и так же бесконечно тосковать, когда его величество изволило отсутствовать… А отсутствовать король соизволял всё чаще и чаще. Потому что, с тех пор, как исчез Чёрный рыцарь, король вдруг отчего-то категорически потерял сон, покой и аппетит, зато очень полюбил сидеть по ночам на берегу королевского озера, заросшего лотосами. Между прочим, по легенде, ТОГО САМОГО озера. В полном одиночестве и очевидной тоске… Запрещая сопровождать себя даже верному приближённому телохранителю. Но верный телохранитель (не зря его называли Тенью!) глаз с короля не спускал, карауля его величество на лодке, плавая неподалёку, а то вдруг, ещё, чего доброго, ну, мало ли, его величество решит утопиться? С кого голову снимут? То-то же. Ну, и, разумеется, не только поэтому… Иногда король соизволял разнообразить ночные бдения грустной игрой на люте, и пением песен, таких же грустных, чаще всего про поток слёз, который падает, как лепестки, нежно плывущие… «И для кого это всё? И где разбитое сердце может исцелиться?» – снова и снова печально вопрошал Ву Линь озерную гладь, которая хранила безмолвие. И это было ещё хуже, чем, если бы он просто молчал, и только вздыхал, как обычно, уныло, один за другим, обрывая лепестки фиолетовой хризантемы и бросая их в воду… В общем, страдал король по полной программе. Необыкновенно сильный сплин, терзающий дражайшего господина, отчасти передался и Хак Тьену. Он даже начинал немного сожалеть о своём скоропалительно решении тогда, на мосту… и вообще, это всё была виновата Кровавая луна, её губительный свет, что разбудил в нём безумно ревнивого адского демона. Но вот, в следующее полнолуние, король уже не просто сидел на излюбленном месте в созерцательной тоске, а вооружившись курительницами, аромасвечами и заклинательным гонгом, начал действовать: на полном серьёзе творить какую-то, пугающую до дрожи, явно чёрную магию. В сказки, тем более, овеянные веками легенды, Хак Тьен особо не верил, а вот с магией ему доводилось сталкиваться, поэтому он взирал на происходящее с суеверным ужасом, и молитвой всем богам буддийского пантеона. На всякий случай… Хотя знал, что от настоящей чёрной магии нет защиты, и никакие боги не помогут… Дым от курительниц и аромасвечей постепенно накрыл озеро сплошным удушливым туманом. Время, словно начало замедлять ход, а потом, как будто остановилось… Ритмичные удары колдовского инструмента усиливаясь и ускоряясь, внезапно вызвали в зеркально-неподвижных водах волнение, подобное морским волнам, затем, странное свечение, если его вообще, можно было назвать таковым… Потому что это был абсолютно-чёрный свет. И таким же, сверкающим, абсолютно-чёрным был бутон лотоса, выглянувший из воды ровно в том самом месте, где королевский телохранитель утопил Чёрного рыцаря. Выглянувший, как будто его позвали. Чёрные лепестки стремительно распускались, превращаясь в роскошный цветок… Он был совсем близко. Зачарованный зрелищем, решив проверить, не привиделось ли оно ему, под воздействием дурманящих ароматов, телохранитель наклонился и протянул руку… Но вместе с цветком вытащил из воды и поднял над озёрной гладью… Чёрного рыцаря, вполне себе целого и невредимого, живого и здорового, без малейших следов удара кинжалом… Самым первым желание Хак Тьена было – огреть гуля веслом по голове, оправив обратно, на дно, откуда он восстал, но властный, взволнованный, и, ооо, наконец-то, кажется, счастливый! голос короля приказал ему немедленно доставить Чёрного Лотоса, то есть, рыцаря – на берег. Хак Тьен безоговорочно повиновался. Едва лодка причалила, король отобрал у телохранителя чудесно воскрешённого, и, заботливо завернув в свой красный шёлковый аозай, одним этим возмутительно делая его равным себе, торжественно понёс на руках во дворец. «Прям как новобрачную!» – ревниво думал Хак Тьен, следуя за королём привычной чёрной тенью…