Двое в ночи

— Ты куда, Жан? — Жан?... «Подальше от всего этого дерьма»— пронеслась быстрой яростной вспышкой мысль в голове Жана. Кулаки всё ещё раздирала боль. Чёртов Райнер... Раскаивается из-за смерти Марко... Как можно было со спокойной душой отправить ни в чём неповинного человека на смерть да ещё и наблюдать, как она забирала беднягу в свои безжалостные лапы? А теперь этому мудаку видите ли жаль. Тени сгустились в голове Жана, заполонили его мысли. Будь проклят Райнер. Будь прокляты марлийцы и титаны. Будь проклят этот сумасшедший несправедливый мир. Вернее, не мир, а человечество. Мир в полном порядке– это люди прогнили насквозь, гоняясь за властью, желая ощутить хотя бы толику могущества. Почему всё должно быть именно так? Жан всего лишь хотел наслаждаться мирной жизнью под спокойным небом. Завести семью... Казалось бы– это вполне себе осуществимое желание, да вот только не для члена разведкорпуса. Что-ж, Жан сам избрал такую участь. Теперь нечего плакаться. Он шаг среди стволов деревьев, окаймлённых верными слугами ночи– тенями. Совсем ничего не видно. Жан лишь слышал возмущённые оханья сов да предсмертное потрескивание веток под ногами. Внезапно поднявшийся ветерок бросил в нос аромат хвои. А может, всё-таки сбежать обратно, пока не поздно? Стоит ли рисковать собственной шкурой? Видимо, придётся... Ведь там, за пределами Парадиза есть такие же люди, с такими же мечтами, как и у Жана. Некоторые из них уже совсем скоро встретятся лицом к лицу с тем самым тёмным, ледяным, забирающим жизни дыханием смерти. А может, многие уже почувствовали его на себе в первый и последний раз. От этой мысли по спине Жана пробежался холодок. Он добрёл до лесной опушки, которую безжалостно прерывал крутой обрыв. Жан скрестил руки на груди и стал пялиться на россыпь серебристых веснушек ночного неба. Он чувствовал себя идиотом, не зная, куда податься и что вообще сейчас делать. Возвращаться назад, определённо, не хотелось. Не остыл ещё. Вдруг из обрыва показалась гигантская бледная лапа. Жан рефлекторно подался назад. Его сердце встрепенулось, но быстро успокоилось, когда стало понятно что за чудо увидели глаза. Пик Фингер, принявшая форму титана, выбралась из обрыва. Густые клубы тумана вырвались из шеи гиганта мощным фонтаном. Пик показалась наружу, освобождаясь от титанических оков. Жан стоял, как вкопанный, боясь шевельнуться. Он и сам не мог понять почему... Любопытство? Ноги подвели девушку, стоило ей спрыгнуть на землю. Она тихо охнула и сразу же смолкла, лёжа на животе и совсем не подавая признаков жизни. Жан замешкался – помочь или оставить вражеского война Марлии без помощи, как он того и заслуживает? Жан развернулся с невозмутимым видом. Сделал пару шагов в сторону леса. И тяжело вздохнул. А потом отправился к Пик. Потому что она уже никакой не враг. И не заслуживает остаться без его помощи. Эта девушка всего лишь заложница обстоятельств. Она всё ещё не шевелилась. Волосы разметались по земле чёрным беспорядочным ураганом. — Ты как?— спросил Жан ледяным тоном. В ответ прозвучало лишь громкое сопение. Ну, хоть живая. — Понятно.— Жан протиснул руки под плечи девушки и потянул её на себя. Когда она оказалась лицом к нему, он и вовсе взял её на руки. А она в свою очередь приобняла его за шею, протяжно выдохнув. Жан почувствовал её тёплое дыхание на коже. Такая крохотная и лёгкая, будто котёнка поднял... Жан и подумать не мог, что титан-перевозчик такая хрупкая девушка. Но это только на первый взгляд. Он поставил её на землю, придерживая за спину. — Спасибо,— наконец, заговорила она, отряхиваясь. Повисло неловкое молчание. Чтобы хоть как-то развеять напряжение, Жан произнёс дурацкое: — Ты Пик, верно? — Жан?— больше озвучивая факт, чем спрашивая, сказала Пик. — Что ты здесь делаешь?— настойчиво спросил Жан. — Решила осмотреться,— ответила Пик, оглядывая горизонт залитый тонкой бледно-оранжевой полоской дотлевающего солнца. — Ты в своём уме? Тебя могут заметить! — Кто?— хмыкнула Пик.— Уж не лесные ли птички? Жан раздражённо поморщился и уже собрался уходить, как увидел струйку крови, хлынувшую из носа девушки. — У тебя... кровь.— Он пальцем указал на собственный нос, обозначая место «происшествия». — Вот чёрт,— прохрипела Пик, вытирая кровь ладонью. — На, возьми.— Жан протянул ей платок, по счастью, оказавшийся в кармане. Опустив взгляд, Пик приняла красную тряпочку, ни проронив ни слова. Ну и хорошо. Ни к чему им тут беседы заводить. Девушка опустилась на землю. Было в её движении что-то едва уловимо отчаянное, но вместе с тем смиренное. Она сидела сгорбившись и облокачивалась локтями о согнутые ноги. — Почему так мало...— прошептала Пик, но Жан всё равно смог различить её слова. — Ты это о чём?— поинтересовался он. — О своей жизни. Мне остался год. Ни больше,— ровным тоном ответила она. Из под маски спокойствия, замершей на её измождённом лице, покрытом титаническими метками, Жан всё же почувствовал, как беспокойство вероломно сжало ей сердце. Дыхание её было рваным. Ему вдруг вспомнился Эрен. Грёбаный суицидник... Тот тоже становился спокойнее с каждым годом, приближающим его к могиле. Как он мог с таким спокойствием говорить о грядущей смерти? Это так ужасно, знать, что сляжешь в могилу в самом рассвете сил. — Мне жаль,— ляпнул Жан. «Идиот безмозглый... зачем ей твоя жалость?»— укорил себя он. Однако к его удивлению губы Пик изогнулись в улыбке, хоть и в вымученной, а затем она сказала тихое: — Спасибо. — Я... пойду... в общем— растерялся Жан, почёсывая затылок. — Вот и правильно,— усмехнулась Пик.— Малышам уже давно пора спать. Какого хрена? Какой ещё малыш? Да он за свои девятнадцать лет пережил такое, что старики сочли бы его за своего. Жан оскалился. Его взгляд зажёгся злобой, но отвечать он не стал, хоть и все знакомые ругательства пытались вырваться изо рта. Иначе Жан лишь оправдает «статус» малыша. А ему не хотелось выглядеть таковым в глазах Пик... Да вообще ни в чьих! Жан оставил девушку позади, вновь скрывшись среди леса и теней.